Как правило, когда мы говорим о выживании, нам представляется человек, попавший в экстремальные условия. Сам ли он попал в эти условия, или кто-то создал их для него, – вопросы эти могут иметь несколько ответов, но в центре всё равно будет стоять личность самого человека.
Где-то в самом начале 2000-х произошла странная и одновременно страшная история с одной многодетной семьёй. Они каждый год ездили летом на своей машине отдыхать в Крым. Когда это случилось, самому маленькому их ребёнку было всего 5 месяцев. Он родился где-то весной, а летом семья вновь собралась в поездку.
Жили на берегу моря в коттедже, купались и загорали, как все.
Пляж в 100 метрах от дома и был виден из окна. В тот день, когда всё случилось, мама с 3 младшими детьми осталась дома (неважно себя чувствовала), а папа с остальными пошёл на берег. Каждый ли день папа плавал на лодке на близлежащий островок за ключевой водой, это уже не имеет никакого значения, но в тот день он собрался оставить детей на берегу под присмотром отдыхающих, а сам собирался отплыть. Это место было совсем рядом.
Надо сказать, что старшему сыну было 7 лет, и он как хвостик всегда следовал за папой. В тот вечер мальчик тоже не захотел остаться на берегу и напросился поехать с ним. Знал или не знал глава семейства, что именно в этом районе побережья бывает отбойное течение, вопрос не в этом: случилось то, что должно было случиться. Лодку с отцом и сыном потащило в море. Они кричали и звали на помощь, их даже с берега было видно, как они махали руками, но никто тогда не обратил на это особого внимания.
Лишь через некоторое время, когда лодка скрылась вдали, кто-то заволновался, что их долго нет, заплакали дети. Прибежала жена, но сделать уже ничего было невозможно. На море поднимался шторм, а вызванные спасательные катера никого не нашли. Отец и сын погибли.
Можно ли было им выжить в таких экстремальных условиях? – вопрос риторический. Однако есть люди, которые специально создают для себя такие условия, когда выжить бывает весьма не просто. Это любители экстрима. При удачном стечении обстоятельств ловят кайф от выброса адреналина, который следует сразу за чувством страха. Только они совершенно не подозревают того, что рядом со страхом всегда присутствует смерть, и эта тоненькая духовная преграда в виде страха, отделяющая жизнь от смерти очень тонка и в любой момент может разорваться.
Таким одиночкам экстремалам нравится сам момент выживания, они как бы играют со смертью в поддавки. Эти люди подобны наркоманам, поэтому в своей игре со смертью её выигрыш всегда бывает больше.
Конечно, никто не может диктовать человеку, как ему следует жить, это личное дело каждого: хочешь жить в состоянии экстрима, – живи. Мне же хочется сказать о тех экстремальных условиях, которые создаются для людей специально.
Война – самая яркая представительница экстрима, именно в её условиях человек учится выживать.
Хочешь ты или не хочешь, но каждому приходится бороться со страхом смерти. Но это открытая опасность смерти и человек понимает обусловленность своего страха вовремя войны, он может выжить и даже стать выносливее и крепче.
Сейчас, войны нет, а страх смерти есть. И делается это не при помощи винтовок, танков или боевых ракет, а при помощи микроскопического вируса. Вы посмотрите на людей, на их глаза, в которых тоска, безысходность и страх. Пожилые люди, даже на улице ходят в масках, обходят тебя стороной и спешат удалиться. Видно, что состояние их духа находится в самых экстремальных условиях – они выживают. Что происходит со здоровьем во время стресса (страх, это самый сильный стресс ), можно только догадываться.
И ведь что больше всего нас угнетает в этой истории с коронавирусом, вовсе не его поражающая организм сила, а совершенно неоправданные, на мой взгляд, действия власти. Она постоянно, день за днём, совершает психологическую атаку на своих же граждан в виде непрекращающегося потока информации о новом вирусном заболевании, думая, видимо, что эта информированность поможет людям выжить, но происходит всё наоборот.
Вирусы были и раньше, а наша традиционная отечественная медицина умела с ними справляться без нагнетания страхов. Всё происходило в тишине медицинских кабинетов, люди лечились и выздоравливали. Сейчас: иголки, шприцы, врачи, медсёстры, скорые – все на «голубом глазу». Неужели в наш век, когда сделано столько открытий, в том числе и в области психологии человека, люди наверху не понимают, что они делают? Вряд ли, всё они понимают и даже кто-то знает, зачем нужно создавать такую экстремальную ситуацию.
Поэтому страшен не сам вирус, а те, кто позволяет себе использовать этот вирус в качестве орудия страха, заставляя человека выживать, а не жить.