Резкий звук телефонного рингтона разорвал тишину утра. Первые лучи всплывающего зимнего Солнца вырвали из сопротивляющейся темноты строгие очертания телевизора и стоящего у окна серванта.
Спешить было не куда, работу Степан потерял еще три месяца назад, но годами выработанная привычка заводить на утро будильник, как язва въелась в его сознание.
Привычным движением выключив телефон, он с удовольствием вытянул на диване расслабленное негой сна тело. Полежал еще, прокручивая в голове планы на день .
Работа... Знакомым позвонил. Те, с кем было просто шапочное знакомство, отказали сразу . Те, что поближе пообещали подумать, но как-то не убедительно.
Обзвонил по объявлениям о найме: разговор заканчивался единственной фразой – услышав , что ему уже за 50 голос из другой телефонной трубки, натренированно извинившись для приличия, декларировал, что вакансия уже занята и ему перезвонят. В это верилось также, как в обещание друзей подумать. О своих двух высших образованиях он ни разу не успел даже сказать...
Объявления о поиске разместил еще четыре месяца назад, но ни одного звонка так и не дождался..
Так что планировать на грядущий день розыск хоть какого-то заработка было глупо и бесперспективно!
В голову вкралась шальная мысль, что, пока есть возможность, можно было бы друзей повидать ... Начал в уме перебирать тех, кого бы самому хотелось увидеть. Николай Иванов... Сколько вместе пережито . Будет рад встрече, конечно, но не до Степана ему сегодня: дети серьезно больны, да и сам только что из под инсульта кое-как выкарабкался. Васильевич Петров... Заходил к нему несколько дней тому как , перебор будет, да и у того со здоровьем не айс . Серега Сидоров... Далековато живет, на даче. К нему если на такси несколько раз съездить, так дешевле в Турцию слетать... Остальные кто работает, с кем пить придется, кого видеть не хочется ...
Оказывается с годами друзей поубавилось !
Оставались обыденные дела по дому .
Еще раз с удовольствием потянувшись, включил телевизор. Посмотрел какие-то фильмы, особенно не вдумываясь в смысл происходящего на экране. Да там, к слову сказать, и задумываться не об чем было. В одном два богатея отношения между собой выясняли, наворованные у государства миллиарды друг у друга в оффшорах тыря . В другом девица из Тьмутаракани, почему-то, живущая в стометровой квартире в сталинской высотке и разъезжавшая по салонам красоты и торговым центрам на невесть откуда взявшемся личном «Вольво» все полтора часа на судьбу пеняла , как ей хреново живется.
Но, как бы там ни было, стрелки часов, к удовольствию Степана, уже перевалили за полдень. Наконец-то поднявшись с дивана, прошлепал на кухню. В холодильнике порылся в остатках продуктов, еще раз задумавшись , что работу где-то и как-то надо искать...
Вернувшись в зал, пролистал телевизионную программу своего кабельного телевидения и отыскал военное кино. Он любил смотреть фильмы про армию и войну, возвращавшие его во времена его летной службы и в те, когда он пехотинцем совершал боевые выходы на войне в одной из бывших республик постсоветского пространства.
Во время одной из рекламных пауз рука потянулась за сотовым , чтобы позвонить дочери. Но тут же себя одернул: казаться слабым не хотелось .
Когда в комнату украдкой начал просачиваться вечерний сумрак, сработала с детства выработанная привычка смотреть программу «Время». Страны давно уже не было, а привычка осталась...
Степан приник к экрану телевизора. Президент вещал из Давоса, что, первое, у человека должна быть комфортная среда обитания. Второе , у человека должна быть работа. Ну а про третье... Про медицинскую помощь, он не дослушал, поскольку единственная за последние 20 лет попытка обратиться в ЦРБ с жалобой на боли в сердце обернулась для него отказом, как ему объяснили потому, что больница закрыта из-за пандемии Ковида ... Да к тому же Степан откровенно недопонимал: почему высшее должностное лицо государства знает как надо, а его подчиненные - нет. И так все последние 20 лет! Про отсутствие работы он даже и не вспомнил: ослу ослово, а Цезарю - цезарево.
Смачно выругавшись про себя, Степан уронил голову на подушку и уснул, убаюкав себя мыслью, что завтра, даст Бог, будет новый день и все обязательно изменится....