Европа-1984 Крым наш = Крым не наш.
Так получилось, что мои детство и юность прошли в маленьком посёлке Болбасово около Орши. Мы, дети, естественно называли его, этот посёлок. называли Балбесово. Этот посёлок был военным городком №20 - и в нём располагалась войсковая часть 32901 - первая часть дальней авиации, в которую стали поступать самолёты Ту-16 - носители ядерного оружия. Наши папки держали в страхе всю Европу. А у моего папы день рождения был 29 января 1923 года. Как Вы, сэры, понимаете, ему принесли повестку из военкомата 23 июня 1941 года. Тем более, что и нести её было особенно нечего, потому что военкомат находился на противоположной стороне улицы.
Однако всё оказалось непросто. Дело в том, что мой дед Григорий Виссарионович был сыном раскулаченного, а мой папа Василий Григорьевич был внуком раскулаченного (и тем не менее он был комсоргом школы №6 города Казани!). А я, собственно, получаюсь правнуком раскулаченного и так далее по поколениям... Непросто оказалось потому, что перед войной детей раскулаченных не брали на работу на фабрики и заводы, хотя вроде бы провозглашался принцип, что "дети за родителей не отвечают". Соответственно семья дедушки Григория Спиридоновича и бабушки Евдокии Дмитриевны жила крайне бедно, что называется, с огорода. Дед по весне уезжал за Волгу что-то там батрачить в деревнях. Как сейчас говорят, был шабашником. Соответственно, когда его детишки подрастали, он их тоже привлекал к этому делу. Вот и весной 1941 года мой папа, окончивший уже экстерном среднюю школу, уехал десятником бригады косарей куда-то за Волгу, где не было ничего - ни радио, ни военкоматов... В результате о том, что идёт война они узнали уже в августе, когда вернулись в Казань.
Маме вообще не повезло . В субботу 21 июня 1941 года у них в школе №6 города Казани начался выпускной вечер. Кому могло прийти в голову в
Казани, что немецкие парнишки лет по 25 уже сидели в кабинах самолётов и грели моторы. Ровно в 4 часа Киев бомбили... Как раз в 4 утра мама и две её подружки появились дома у Родионовых (Казань, улица Кожевенная, дом 28), потому что Люсе Парамоновой надо было идти через мост, а Люсе Завгородней надо было идти ещё километр до её дома. Когда они проснулись, "уже началася война".
Мама слегка поучилась на медицинском факультете Казанского медицинского института, но вынуждена была из него уйти, потому что у студенток брали какое-то немыслимое количество крови - типа 2 раза в месяц по пол-литра.