Мой блог посвящен, в основном, статьям о будничной жизни в сельской глубинке на Среднем Урале, но здесь есть еще и своя предыстория, которая непосредственно связана с Русской старообрядческой церковью. Нет, агитировать к старообрядческой вере я никого не буду, прежде всего потому, что и сама уже несколько лет назад отошла от этого и вернулась к православию. В качестве простого экскурсовода, я расскажу о старообрядчестве, как о странице русской истории, которая мало известна, но весьма любопытна и своеобразна. Кому интересно, приглашаю следовать за мной.
Я не профессиональный историк, но глубоко знаю свою тему изнутри, поэтому готова к любой дискуссии и провокационным вопросам. Желая сохранить объективность, я не буду марать свои рассказы только черно-белыми красками: в жизни все намного сложнее. Я даже буду стараться подчеркивать положительные стороны и говорить о том, что почерпнула для себя полезного в старообрядческой среде: негатива у нас и так хватает.
Первым делом, хочу разбить стереотип о старообрядчестве, как о «темном, дремучем средневековье». Современные старообрядцы в обычной жизни мало чем отличаются от остальных людей и без ограничений пользуются всеми благами цивилизации и новыми технологиями. Редкое исключение – Агафья Лыкова и ей подобные, но лично я, среди прихожан старообрядческой церкви, таких уже практически никогда не встречала.
В церкви и в домашнем быту старообрядцы строго соблюдают обычаи и традиции 17-го века. В старообрядческой церкви очень красиво и торжественно. Все иконы написаны в древнем стиле, поют знаменным распевом (но хор смешанный, хотя, по канонам, должен быть только мужской – читала, что эта традиция сохранилась в греческой и некоторых других поместных православных церквях). Мужчины молятся в длинных черных кафтанах, у женщин – сарафаны в пол и платки под булавку. Все стоят с лестовками и подручниками, руки согнуты в локтях и сложены к груди. Дисциплина на службе железная. Крестное знамение, земные и поясные поклоны – четко по уставу и все одновременно, если поклон в землю, то уже не шелохнись.
Но, честно говоря, здесь допускается одна хитрая халтура. Например, когда в Великий пост старообрядческий устав предписывает множество земных поклонов, люди выходят из положения таким образом, что кланяются не в пол, а на специальные скамеечки. По высоте скамеечка находится на уровне коленок: можно лишь слегка присесть на корточки, коснуться обеими руками до скамейки – и поклон готов. Службы очень долгие – вечером по полному монастырскому уставу около 5-6 часов, но храмы, кроме особо торжественных случаев, в это время стоят полупустыми. Большинство прихожан собирается к середине литургии – здесь уже, как говорится, «яблоку негде упасть».
В старообрядчестве не любят чужаков и на вновь приходящих всегда будут смотреть с некоторым недоверием (это мне напоминает деревенских). И понятно, люди живут родовыми кланами, постоянно общаются, поддерживают друг друга. Вступать в брачные отношения принято в своем кругу. «Коренные», т.е., старообрядцы нескольких поколений предпочитают таких же «коренных». «Неофиты» - т.е. те, кто крестился в старообрядчество в сознательном возрасте, всегда будут людьми второго сорта, тем более, что многие потом разочаровываются и отходят в сторону.
Большой плюс старообрядцев – их целеустремленность, упорство, взаимовыручка. Трудолюбие, предприимчивость и незаурядные таланты: многие крупнейшие купцы и фабриканты в дореволюционной России были старообрядцами. Минус – в отсутствии единого богословского вероучения. Старообрядчество отнюдь не монолитно, но состоит из множества толков и согласий, каждое из которых считает себя истиной в последней инстанции и обвиняет в различных ересях и нарушениях своих соседей.
Единственный общий догмат для всех согласий – вера в исключительное значение двуперстного крестного знамении: «аще кто не знаменуется двумя перстами, якоже и Христос, да будет проклят» (из постановлений поместного стоглавого собора 1551 года).
Два основные течения в старообрядчестве – поповство и беспоповство, которое не признает никакого священнодействия. Духовный центр старообрядцев белокриницкого поповского согласия находится в Москве, на Рогожском кладбище, у беспоповцев – на Преображенском. Во второй половине восемнадцатого века, во времена правления Екатерины II , гонения на старообрядцев значительно поутихли, но в 70-е годы в Москве свирепствовала страшная эпидемия чумы. Старообрядцы обратились с просьбой, чтобы им выделили землю под собственное кладбище и поставили там часовню для заупокойных молитв. Впоследствии, рядом с кладбищами, образовались Рогожская и Преображенская слобода.
Русская Православная Церковь давно уже отменила прещения касательно старых церковных обрядов: еще в 1800 году было учреждено единоверие, где желающие могли молиться по старому чину (т.е., двуперстно, с большим количеством земных поклонов и пр.), в 1971 году в Православной церкви состоялся специальный собор, где были полностью отменены анафематствования Большого московского собора 1666-7 гг. на старые обряды и тех, кто их придерживается. Не думаю, что это будет когда-либо способствовать соединению со старообрядчеством, которое и само разбито по кусочкам, но, при такой реабилитации можно уже, со спокойной совестью, поискать себе что-либо полезное в старообрядческих духовных книгах. Которые написаны, конечно, не самими наставниками согласий, а содержат канонические поучения святых отцов: свт. Иоанна Златоуста, прп. Ефрема Сирина, свт. Василия Великого и пр. Но об этом уже в другой раз.