Наша дача находится в деревне на самой западном оконечности московской области. Места я вас скажу волшебные. Местность очень холмистая и от того особенно живописная. Недалеко от нашей деревни берет свое начало река Москва. И течет она там в распадке между лесистыми холмами и пологими долинами бывших совхозных сенокосов, ныне, впрочем, оставленных.
В округе много озер, но только одно из них природное. Большинство озер возникли на месте старых карьеров. Вода там чудесная голубая, ныряешь в нее словно в небо.
А природное озеро образовано рекой Москвой. Она протекает через котловину и образует почти овальное озеро.
У озера нет берегов. В том смысле, что подойти к нему совершенно невозможно. Со стороны нашего берега сплошные осиновые заросли, а с противоположного, болота и камыши. Половина озера — это плавни, где полно птицы, гнездящейся на плавучих островках. Остальное - камыш в полтора человеческих роста. Щучьи места, одним словом.
Зато с нашего берега есть грунтовая дорога. Она идет к заброшенной водокачке, которая гнала воду на карьероуправление. Тоже, впрочем, нынче заброшенное. Остались только развалины цехов-дробилок и огромные намывы песка.
Вот на это озеро мы и решили вчетвером выбраться порыбачить. Даже не порыбачить, а так, провести время с удочками. Мы с товарищем как старшие залезли в резиновую лодку, а Игоря с Костиком оставили на берегу. У водокачки есть искусственная бухточка, где любит стоять карась.
Отпряли мы на середину, закинулись и давай есть бутерброды под пиво. Или на оборот пиво под бутерброды. Трудно уже сейчас вспомнить. Резко все произошло.
Погода стояла теплая, не жаркая, а именно теплая. Облака плыли медленно и солнце волнами прокатывалось по окрестным косогорам. Из плавней напротив высунулась лодка рыбнадзора, у них пост в Бутырках на противоположном холме. Глянули, что сетей и динамита у нас нет и убрались восвояси. А мы отдыхали. И вдруг наступает тьма.
Именно наступает, как показывают во всякой голливудской продукции мистического содержания. Словно невидимая рука отпихнула с неба солнце, сгребла облака в огромную тучу и выжала их на землю потоками воды, щедро сдабривая россыпью молний.
С минуту мы сидели в растерянности от происходящего, потом навалились на весла. Вернее, Денис навалился, а я принялся помогать, гребя руками.
Вода бесновалась вокруг с ревом и грохотом. Иногда казалось, что не дождь падает с неба, а само озеро кипит и выбрасывает водяные заряды в черные тучи. Молнии сыпали по опушке дальнего леса, раскаты грома сливались в единый звук.
Выгребая к берегу, мы увидели, что Игорь, мечась по берегу, пытается бросить нам веревку. Ничего у него не вышло, и он бросил это дело. Лодка заполнилась водой на добрых четыре пальца и села на мель метрах в пяти от берега. Мы выбрасывали удочки на берег словно копья и прыгали за борт, волоча за собой отяжелевшую лодку. Ливень лил нам в спины, глушил громом и ослеплял вспышками молний.
И над всем этим, на глинистом холме с бамбуковый удилищем в руках стоял Константин. Неколебимый как Юпитер, взирающий на гибель мира. Правда без туники, а в одних плавках и сланцах.
- Вы не настоящие рыбаки! Дождя испугались! - возвестил он сквозь рокот бури. – Я настоящий рыбак.
Барахтаясь в размытой глине берега, я воззрился на него и подумал:
«Вот если сейчас его шарахнет молнией, прямо через его любимое бамбуковое удилище, сланцы на ногах у него испаряться или только расплавятся?»
Но все обошлось. Кончилось так же, как и началось. Невидимая рука сбросила с небес грохочущую пелену и солнечный свет упал на омытый бурей мир.
Мы в полузабытьи сидели и лежали на земле, а вокруг поднимался пар. Мир становился душным и виделся словно через запотевшее стекло.
- Ну, чего расселись, - сказал Игорь. – Домой идти надо, тут даже костра развести не из чего.
Он был уже одет в сухую одежду. Оказалось, этот прохиндей и приспособленец заранее спрятал ее в невесть откуда взявшуюся в кустах тумбочку. И теперь своим видом укорял наше убожество.
Обратный путь был мучителен и труден. Дорога превратилась в глиняную кашу, вязкую, как оконная замазка. Лодку с нашим скарбом мы несли за четыре угла. Оскальзываясь на каждом шагу и падая на колени, мы осилили половину пути и единогласно решили, дальше идти через лес. Вернее, через ровные посадки сосен, которыми когда-то укрепили склон холма.
И вот тут, нас и постигла награда за наши мучения. Встреченные нами у деревни соседи были немало порадованы нашим видом. Грязные и измотанные люди, выходят из леса с полной лодкой крепеньких молодых маслят.
Я недавно прочел «Откровения Иоана Богослова» или «Апокалипсис» - в принципе, очень походе. И развязка, как и у нас тогда, хорошая. Вот только про грибы там ничего не сказано.
