Потом Лева отправился в палатку отдохнуть, а я пошла за водой на родник. Почти дойдя до родника , я услышала странный голос, который звал меня откуда-то из леса по имени. Вначале я решила, что это кто-то из туристов меня разыгрывает, и не придала никакого значения. Но голос вновь повторил моё имя, на это раз уже в другой тональности. Затем этот голос стал трансформироваться то в детский, то в женский. Голос звучал уже не где-то в лесу, а непосредственно в моей голове, его требования были всё навязчивей и навязчивей. У меня возникло желание уйти в лес, повинуясь этому голосу … Голос стал знакомым и близким, мольба звучащая в нем, действовала на меня, заставляла идти на голос, не думая ни о чем. Я торопливо шла, почти бежала к озеру и вдруг впереди меня появилась фигура. Очертания ее были размыты в густом вечернем воздухе, но я понимала, что удаляющаяся фигура принадлежала женщине и была мне очень знакома. Желание догнать ее стало маниакально навязчивым. Я бежала все быстрее и замедлила бег только когда вода озера дошла до лодыжек. Беглянка впереди меня заскользила по поверхности водной глади, и мне показалось, что я могу протянуть руку и схватить ее.
- Мама! – Гошкин крик заставил меня обернуться. Ребенок несся ко мне, перепрыгивая через валуны, лежащие на берегу. Я поняла, что стою по колено в воде и посмотрела на ту, которую преследовала. Она замерла в неудобной позе бегущего человека, вода под ее ногами напоминала гранитную твердь. Через секунду она, привлеченная криком моего сына, повернулась, и я увидела ее лицо. Такого ужаса я не испытывала никогда! На меня смотрела…Я! Гошкина рука судорожно вцепилась в мое плечо и дернула к себе. Я очутилась в кольце его рук, мельком увидела перепуганные темные глаза и провалилась в душную темноту.
-Очнулась? – Левкин голос был суров и разгневан. – И чего это Вы мадам решили искупаться в такое время, да еще и в одиночестве? Я потрясла головой, пытаясь прогнать остатки мерзкого сна. Реальность вернулась вместе с ощущением мокрых кроссовок на ногах. Коленки были расцарапаны и кровоточили. Левкины теплые руки уже стаскивали с меня хлюпающую обувь, Гошка подсовывал теплые сухие носки, Леночка протягивала кружку с горячим чаем.
Потом я, завернутая в одеяло и напичканная успокоительными, пыталась связно поведать о безумной гонке за … собой. Происшествие, мягко говоря, выходило за рамки обыденности, и легко могло привести к драматическим последствиям.
У костра, Стас, раскуривая неизменную трубку, рассказал, что слышал об экспедиции к озеру Московских дайверов. Бравые ребята-дайверы говорили, что у озера в сумерках им было неприятно находиться, возникало ощущение, что за тобой что-то или кто-то пристально наблюдает. Это не тот лес, в котором можно прогуливаться, получая удовольствие, … Лагерь экспедиции был расположен на некотором удалении от Шайтана, но у членов экспедиции вечером появились слуховые галлюцинации. Неоднократно при попытках набрать воды в источнике, расположенном буквально в нескольких метрах от лагеря, в склоне оврага, в лесу, сотрудники экспедиции в ужасе бежали обратно в лагерь, кинув вёдра, и наотрез отказывались возвращаться обратно. Никто не описывал причину своих страхов, так как боялись выглядеть глупо. Просто речь шла о том, что в лесу ЧТО-ТО, или КТО-ТО есть.
При всём скептицизме, наш коллектив начал понемногу впадать в депрессивное состояние. Количество тайн росло, а заодно и возрастали наши опасения.