На первый взгляд Паркфилд кажется маловероятным прибежищем для туристов. В двадцати пяти милях от ближайшей заправочной станции этот шаткий калифорнийский город-ранчо принадлежит к янтарной стране гладких круглых гор, жвачных коров и абсолютно никакой общественной жизни. Все его население, вероятно, можно было бы втиснуть в любой недорогой минивэн на дороге (по последней официальной оценке - 19). Начальная школа напоминает парк трейлеров, которым не повезло. И большинство его выгоревших на солнце деревянных домов либо рухнули, либо, кажется, очень серьезно об этом думают. На первый взгляд, в Паркфилде никогда ничего не происходит. Но глубоко под поверхностью. . . ну это отдельная история.
Паркфилд на самом деле не подвергается большему количеству землетрясений, чем остальная часть Калифорнии. Но вот уже более двух веков на город каждые 22 года или около того наносят удары по численности в шесть с лишним лет. В результате Геологическая служба США (которая поддерживает оборудование для мониторинга на сумму около 2 миллионов долларов в этом районе, больше, чем где-либо еще в Соединенных Штатах) утверждает, что Паркфилд является наиболее вероятным местом для следующего землетрясения в Калифорнии. Конечно, большое землятресение не сотрясает город с 1966 года, и это заставляет жителей гадать, когда наступит следующее, а посетители надеются, что это произойдет, пока они в городе.
Тем не менее, жители Паркфилда объявили свой город мировой столицей землетрясений. Еду по пустой дороге, глядя на столь же пустой город, и мне трудно поверить, что такой гиперболы достаточно, чтобы кого-то привлечь к этой отметке на карте. Я выхожу из машины перед гостиницей «Паркфилд» и заглядываю через решетчатую дверь, где вывеска, нарисованная на чем-то похожем на половину ржавого локомотива, приглашает посетителей ИДИТЕ СЮДА, КОГДА ЭТО ПРОИСХОДИТ. Еще одна вывеска над пустой стойкой регистрации гласит: гостиница «Паркфилд» закрыта. Пожалуйста, зарегистрируйтесь через дорогу в кафе Parkfield.
Поэтому я несу свою сумку в одно из четырех других общественных зданий в городе. Кафе Parkfield внутри украшено огромными металлическими инструментами, сантехникой и старым бензоколонкой Shell. Я заказываю Magnitude 6, описанный в меню как «стейк хорошего размера!» Практически все, что вам нужно знать о Паркфилде, напечатано в меню в стиле информационного бюллетеня кафе: имена и марки крупного рогатого скота местных владельцев ранчо, даты сильных землетрясений. На карте обозначен единственный значительный ориентир в окружающей долине Чоламе (произносится как «шах-лам») - памятник недалеко от шоссе 46, на том месте, где умер Джеймс Дин.
К тому времени, как я заканчиваю обед, появляется Джек Вариан. Он тот парень, который придумал целую идею мировой столицы землетрясений. Он объясняет, что это было во время сильной засухи в середине восьмидесятых, примерно в то время, когда его сын и дочь вместе с внуками вернулись в долину. «Чтобы накормить больше ртов, - говорит он, - нам нужно было больше работы, поэтому мы решили отдать их себе. Мы открыли гостиницу и кафе, а затем родео. После этого дела пошли в гору».
Красивый, суровый и независимый Вариан олицетворяет архетип калифорнийца. Его дедушка и бабушка были теософами, которые отправились на Запад в поисках утопии; его отец был бывшим пилотом авиакомпании, который изобрел клистрон, силовую трубку, используемую в радарах и микроволновых реле. Сам Вариан, похоже, намерен заново изобрести американский Запад, как Уолт Дисней или Уильям Малхолланд. Построив кафе и гостиницу, он и его сын установили уличный фонарь в викторианском стиле и сделали два причудливых фонтана, сварив вместе старые резервуары для воды и водопроводную арматуру. Когда он не руководит погонами крупного рогатого скота с оплатой за каждую лошадь с помощью своей жены Зеры, у него есть время читать лекции посетителям, таким как я, о новом стиле животноводства: целостном управлении.
Как только Вариан осветит такие темы, как «три принципа выращивания травы» и «создание ландшафта», я готов взяться за дело. Поэтому я отправляюсь через улицу в назначенное мне жилье. Она называется «Инструментальная комната», и, как следует из названия, она украшена старинными граблями, теслами, мотыгами, самолетами и гаечными ключами, натянутыми вдоль стен и потолка, как мрачные реквизиты из какого-то забытого фильма ужасов Винсента Прайса - «Подвал» Инструментальные убийства, скажем, или Калифорнийская резня безумных кранов.
После сна и душа я возвращаюсь в кафе и вижу, как Вариан машет мне рукой. Он стоит рядом с ржавым пикапом, который, как и большинство ранчо в долине, оборудован бордер-колли, прикрепленным к кровати. Внутри грузовика Вариана (как и снаружи Вариана) покрыто мелкой янтарной пылью. Это великолепный день, и пока мы едем по разлому Сан-Андреас, на вершине которого находится Паркфилд, я понимаю, что, хотя Паркфилду, возможно, нечего предложить, кроме случайных землетрясений, это настоящая Калифорния: пустые пейзажи. Мужчины в пыльных джинсах Wrangler и ковбойских сапогах со стальным носком. И целый день ничего не делать, кроме работы.