Нина Ивановна шла, можно сказать, летела по улице села с горящими глазами. Сухопарая, высокая, она издалека напоминала кочергу. Но сама была уверена, что высока и стройна. Кардинально отличается от коренастых булок. Как презрительно про себя называла своих соседок.
За ней исподтишка наблюдали любопытные женские глаза в немереном количестве. Из окошка, из-за забора, из-за кустов и открыто, лузгая семечки на скамейке.
- Глянь - ка, наша верста вырядилась, берет напялила!
- А то, бежит к своему! Прям невеста, ей-богу.
Так обсасывали косточки бедной Нине Ивановне.
Она давно уже жила одна. В далекой юности сходила замуж, родила дочку. Муж погуливал, они ругались. Да так и срулил незаметно. Правда, всегда помогал и дочку любил, и сейчас помогает, хоть дочке уже и 50 лет.
Сама Нина Ивановна была городская, всю жизнь работала главным бухгалтером, а на старости лет перебралась в село. Прельстилась чистым воздухом и тихой жизнью. Продала квартиру и купила хороший дом. Дочка приезжала с мужем и внучкой, отдыхали, помогали. У дочери была своя жизнь, А Нина Ивановна так и не вышла замуж. Впрочем, как и бывший муж.
Поэтому была свободна, как ветер. Мужчины ей попадались все не такие. То бедный, то жадный, то носки разбрасывает, то курит в комнате, то посуду не моет. Ничего ей не нравилось. И вот уж и думать не думала, а нашла!
Веселый, всегда приветливый и с юмором, романтичный, не приставучий. И посуду за собой моет. И курит в палисаднике. И слова такие говорит. Конечно, он же не деревенский мужик. Тоже откуда-то из города. Сначала комнату у ней снимал. А куда ей одной целый дом! Ну а потом… любовь вот такая. Окаянная!
В общем, Борис предложил пожениться. Что уж во грехе жить. Нужно все по-человечески. А то пересуды уже пошли. Пошли да зарегистрировались. Нина прописала Бориса в доме. А то, оказывается, прописки-то у него и не было! Кумушки деревенские примолкли, но у виска покрутили.
Таня приехала с мужем и дочкой в гости. Торт, чай, самовар.
К столу Нина Ивановна вышла с Борисом. Он уселся, как хозяин, на первое место и всем приветливо улыбался. Нина Ивановна торжественно оглянула недоуменное лицо дочери и объявила: «Поженились мы с Борей официально. Теперь муж и жена!» Дочка почему-то не обрадовалась, а прямо даже нахмурилась. - Что же ты, мама, мне ничего не сказала?
- Сюрприиииз, - пропела Нина Ивановна.
За столом повисла напряженная тишина. Которая Нине Ивановне не понравилась. Дочь была недовольна. После обеда она выпытывала у матери, что из себя представляет Борис, есть ли у него свое жилье, откуда он. Когда узнала, что ничего нет у него и даже прописки, нет даже и пенсии, и откуда он, мать не знает, то была просто в шоке.
- Да зачем ты за него замуж-то вышла и прописала его! Жили бы так, что людей смешить!
- Да мне никто замуж никогда не предлагал, все только деньги тянули, дармоеды! А тут смотри, позвал и на возраст 69 лет не посмотрел. Младше меня на 5 лет. А нравлюсь я ему!
Таня обозвала мать в сердцах глупой женщиной, и уехала с тяжелым сердцем.
Нина Ивановна обиделась и как дочь не названивала, трубку не брала. Через две недели наконец-то позвонила и сказала слабым голосом: «Таня приезжай, заболела я». Татьяна тотчас поехала.
Счастье Нины Ивановна длилось недолго. Муж отобрал у нее пенсию, запил, привел дружков-собутыльников в дом. А когда Нина стала возмущаться, выгнал ее в осенний день ночью из дому. К соседям она пойти постыдилась и просидела в одном халате всю ночь на скамейке. Простыла. И лежала одна в нетопленом доме и с горя позвонила дочери.
Новоявленного мужа Таня в доме у матери не нашла. Он пошел с дружками пропивать пенсию возлюбленной.
- Оформляй развод, невеста. Все, хватит, переезжай в город. Заболела ты, кто за тобой будет ухаживать в 70 лет. Продавай дом, купим тебе рядом с нами какую-нибудь квартирку.
Нина Ивановна побрела разводиться. Борис оказался такой же, как и все – думала она. Но молодой муж крепко обосновался и … отказался выписываться. Выяснилось, что это у него единственное жилье, нигде он не работал, и был, оказывается, вообще Без Определенного Места Жительства (БОМЖ). А жил тем, что окучивал вот таких Нин. Прописавшись, он побежал оформлять пенсию по старости. В общем, только жизнь налаживаться стала у человека.
- Езжай к своей дочке, да живи у ней! Мне есть где жить, - заявил он ошарашенной Нине Ивановне, - не имеешь права выписывать, куда я пойду? Это мое единственное жилье!
Татьяна всю зиму в непогоду ездила по судам, возила адвоката из города. Все-таки отсудила дом и продала его. Купила матери квартиру поблизости и оформила от греха подальше на свое имя.
За окном щебетали птицы. Нина Ивановна зазвала к себе в квартиру соседку. И они завели за чаем разговор о мужчинах.
- Да, ну их! – сказала Нина Ивановна,- я вон в 70 лет замуж вышла, в ногах валялся, так любил! Ну, поженились. А то, говорит, руки наложу!
- Что ж не живешь с ним, Нина?
- Да нужен он мне! Носки за ним стирать. Вот, дочка в город позвала. Я ж городская, надоела мне деревня эта. Хочу культуры, цивилизации, выставки, концерты. Ну а он уперся – люблю деревню, я здесь вырос! Вот и пришлось развестись. Уж как убивался! Но дочь мне дороже, – неожиданно закончила свой рассказ Нина Ивановна.
- Надо же, - покачала головой соседка, тут девки молодые не могут замуж выйти! А тут поди ж ты!