«Не могу сказать точно, но, по-моему, участники экспедиции испытывали к обитателям планеты некую неприязнь. Возможно, зависть. Система Новак располагалась в сердце небольшой тёмной пылевой туманности, и была незаметна снаружи. В то же время, условия на планете Новак- II несравненно благоприятнее для любой жизни, чем на Новой Венере. Там даже была своя собственная биосфера! Кто знает, возможно, она там есть и сейчас, если, конечно, завоеватели не перекроили там всё на свой лад.
Я помню наиболее интересные из тамошних животных и растений. Местные показывали их нам как некую достопримечательность. Самым забавным, наверное, был кожаный гриб. Он произрастал в небольших пресных водоёмах, образуя плотную плёнку на поверхности, цветом и фактурой напоминающую человеческую кожу. Жутковатое зрелище, но никакой опасности для человека гриб не представлял. Только для водных организмов: он потреблял много кислорода, и мог вызвать замор в небольшом озерце или болоте. Если слой этой ложной «кожи» был достаточно толст, по заросшему грибом водоёму можно было спокойно ходить, не боясь провалиться в воду.
Большая часть суши покрывали белёсые джунгли, и высота самых больших деревьев достигала пятидесяти-шестидесяти метров. Колонисты активно их выкорчёвывали, расчищая место под свои культуры. На планете хорошо росли земные злаки, особенно кукуруза и рис. В атмосфере было много углекислого газа, было много света и тепла, благодаря чему процессы фотосинтеза могли идти очень быстро. Другой важной особенностью было почти полное отсутствие крупных хищников. Даже в джунглях.
Словом, планета была приятной во всех отношениях, и если бы не пылевая туманность, на Новую Венеру бы никто и внимания не обратил. Тем более, что между системами расстояние-то всего парсеков пять, если по прямой. Все бы заселяли Новак- II . Однако, туманность надёжно скрывает свои звёзды, и систему открыли на двести лет позже, чем Новую Венеру, да то, лишь благодаря межзвёздной торговле. Прежде, чем отправляться на исследование туманности, капитан Станислав Новак купил её карту у торговца с планеты Криин, благо, криинцы исследовали данный регион Галактики ещё сотни лет тому назад.
Я даже слышал, как эти, якобы, биологи, переговаривались между собой о будущем системы. Там, среди колонистов, был один на редкость смышлёный паренёк, он ухитрился не только подслушивать переговоры нововенерианцев, но и разгадал их шифр, с помощью которого они пытались сохранить секретность. В общем, они то и дело рассказывали, что система Новак должна принадлежать Новой Венере. С их точки зрения, хотя «проклятая» туманность и не позволила им стать первооткрывателями, но весь этот сектор Галактики всё равно их по праву, и капитан с Земли не имел права привозить сюда колонистов. Так же они говорили, что после войны, если Ка Бирра удастся победить, нововенерианский флот ни за что на свете не должен уходить из окрестностей этих миров, и что нужно будет как можно скорее депортировать всех колонистов обратно на Землю.
Так же благодаря этому парню я узнал и их имена. От нас-то они их скрывали, назывались просто по номерам: Первый, Второй, Третий и так до Двадцатого. Но из расшифрованных радиоперехватов стало ясно, во-первых, что Первый – вовсе не их командир, а подставное лицо, и заправляет всем Третий, которого на самом деле зовут Эжен Лагранж. Я тогда ещё удивился, какая интересная фамилия, как у одного физика с древней Земли. Тогда я ещё не знал, что на Новой Венере есть традиция менять фамилии в честь древних учёных. Дальше мы с тем пареньком – его звали, кажется, Виктор Ковальчик – расшифровали огромное множество перехваченных переговоров, сообщений, докладов, узнали имена почти всех членов нововенерианской экспедиции. Это было забавно, словно читаешь учебник по истории науки. Тут вам и Флемминг, и Менделеев, и Дженнер с Лейбницем, и даже Аристотель. Хотя, как я понимаю, это должно быть имя, а не фамилия. Фамилия должна была бы быть Аристотельз, или, к примеру, Аристотелев, но не важно. Короче, биологи эти слишком доверяли своей системе шифрования, и без малейшего стеснения говорили всё, что думают. Правда, на латыни, иногда сбиваясь на древнегреческий, так что, можно сказать, их система шифрования был двухуровневой. От инопланетной разведки это, конечно, могло бы спасти: откуда Ка Бирру знать языки древней Земли? Но я-то землянин. Я эту латынь в школе выучил чисто «по приколу», на спор с учителем криинского языка.
Короче, подлая сущность так называемых «биологов» стала ясна сразу, равно как и то, что их целью является вовсе не наука, и даже не помощь колонистам планеты Новак- II , а банальная военная разведка перед вторжением. Захватить планету с благоприятными условиями – вот какой была их истинная цель. Кстати, Ковальчик ещё перехватил одну интересную радиограмму. Я уж не помню, что там точно было сказано, но из неё вытекало, что эти ребята и на Новой Венере совершали тяжкие преступления. В частности, некий Фрин, я уж не знаю, что это за кличка такая, убил нескольких человек и заменил их клонами, а Лагранж всё это одобрял и всячески способствовал.
Потом же, когда Ка Бирр выдавил-таки нас с планеты, всё это оказалось не актуально: Лагранж то погиб, то ли попал в плен, что в данном случае одно и то же, большая часть его приспешников тоже не смогли покинуть планету. Мы отступали уже в последний момент, флот Ка Бирра буквально следовал за нами по пятам, не отставая до самых границ туманности.
Паренёк этот, Ковальчик, тоже погиб, у них там какой-то конфликт вышел с нововенерианцами. Это было уже после меня, я к тому времени перевёлся в другое подразделение, и мы готовились к эвакуации. Лагранж уже пропал, от его отряда осталось всего несколько человек, быть может, пятеро. Думаю, они каким-то образом узнали, что парень взломал их шифр, и решили отомстить ему. Я слышал так же, что перед самым отлётом с планеты кто-то из лангражевских приспешников застрелил мэра городка, в котором они базировались.
Понимаю, что всё это уже неактуально, так как прошло тридцать с лишним лет, но, думаю, народу Новой Венеры следует знать как своих героев, так и своих предателей».
– Да нет, тут вы ошиблись – высокий белокурый нововенерианец принял из рук землянина толстую книжицу, в которой было в подробностях изложено всё то, о чём шла речь в разговоре – Видите ли, тридцать лет для нашей планеты – вообще не срок. Мы же не стареем благодаря генной инженерии, и участники тех событий, если они, как вы говорите, успели эвакуироваться, живут сегодня среди нас. Моя жена, к примеру, знает не меньше троих человек с фамилией Дженнер, которые могли быть участниками экспедиции Лагранжа. И двоих Лейбницев.
– Тогда возьмите ещё и это – гость с Земли вытащил из сумки несколько распечаток и флэш-карту – Здесь фотографии, видеозаписи с места событий, записи голосов, хронология событий и схема иерархических связей между участниками экспедиции. Мы с Ковальчиком тогда поработали на славу.
– А кто именно выжил? – вдруг спросила Джулия, жена Мамморо, миниатюрная брюнетка с очень красивыми глазами и милой улыбкой.
– Дженнер, Морган и Комарович – точно – сказал землянин – Их псевдонимы были Семнадцатый, Пятый и Двадцатый соответственно. На фото и видео вы их легко отличите, у них эти номера на скафандрах нарисованы.
– Спасибо – Мамморо бегло просмотрел фотографии – А без скафандров вы их не видели?
– Нет – землянин покачал головой – Увы, они их не снимали.
– Слушайте, вы нам очень сильно помогли – С благодарностью в голосе сказала Джулия – Если мы можем что-то для вас сделать, только скажите, мистер…
– Хаббази. Пауль Хаббази – гость с Земли повторил своё имя – Я прибыл на вашу планету как миссионер, и мне бы очень хотелось выступить перед как можно более широкой аудиторией. И желательно, перед людьми, облечёнными властью. Понимаете?
– Я добьюсь для вас аудиенции в Высоком Совете – тут же сказал Мамморо – Простите, а можно узнать заранее предмет вашей миссии. Мы не отказываемся от своих слов, но нам хотелось бы заранее знать, к каким идеям вы хотите призвать общество Новой Венеры.
– Скорее, отказаться от определённых – поправил Пауль – Видите ли, я понял, что ваше общество, или, по крайней мере, его часть, много на себя берёт. Эксперименты над живыми людьми, создание клонов и химер, генетические модификации, которые лишают одних людей полноценного рассудка, других – воли, а третьих – напротив, совершенствуют до состояния полубожества, в сравнении с которым я, простой землянин, показался бы жалким ничтожеством. Рано или поздно подобные эксперименты приведут вашу цивилизацию к гибели, или, быть может, к тоталитарной диктатуре, в которой ни у кого, кроме диктатора, не возникнет даже мысли о свободе. Просто нужных центров в мозгу не будет.
– В таком случае, мы обеими руками на вашей стороне – воскликнула Джулия – Видите ли, мы с мужем придерживаемся такой же точки зрения.
– Да – подтвердил Мамморо – Ещё не так давно я пытался протащить через Высокий Совет закон о запрете химеризации человека и создания новых рас клонов. Однако, фракция Биологов и их союзники Химики мне помешали. Кстати, Пауль, думаю, вы должны знать, что Лагранж действительно был биологом, и более того, возглавлял их фракцию тридцать лет тому назад.
– Не может быть! – Пауль подскочил на месте. Так значит, те, кого он много лет считал космическими авантюристами, радикалами и чуть ли не пиратами, на самом деле представляли одну из самых могущественных фракций нововенерианского общества!
– Я вам больше скажу, у нас есть косвенные свидетельства того, что этот человек жив – Мамморо продолжал ошарашивать Пауля, словно не видел его реакции – Но пока мы вас не хотим напрасно обнадёживать. Как только получим прямые доказательства, что Лагранж и другие пленники Ка Бирра выжили, будьте уверены, вы об этом узнаете вторыми после Высокого Совета. А пока можете насладиться видеохрониками и книгами по послевоенной системе Новак.
– Что? Но ведь систему захватил Ка Бирр! Вы что, хотите сказать, что за эти тридцать лет она была отвоёвана?
– Нет – Мамморо рассмеялся – просто у нас тоже есть межзвёздная дипломатическая служба, и двадцать лет назад мы установили с Ка Бирром отношения дружественного нейтралитета. Как, впрочем, и с Криином. Нейтралитет ведь всегда выгоднее противостояния.
Поражённый землянин вежливо попрощался и убрался восвояси, изучать историю системы Новак за последние тридцать лет. Мир с Ка Бирром! Дружественный нейтралитет! Ка Бирр позволяет вест съёмку на захваченной планете! Эти мысли продолжали крутиться у него в голове, словно рой взбешённых гарраксианских шмелей.