Новейшие формы транснационального терроризма в организационном, оперативном плане и в плане логистики так сильно отличаются от обрисованной выше модели первоначального терроризма национал- и социал-революционеров, что общее обозначение «терроризм» скорее вводит в заблуждение, чем проясняет ситуацию. В конце концов, оно учитывает одну только непосредственную функцию нападений, а именно: распространение страха и ужаса. Если в первоначальном варианте терроризма этот ужас был нацелен преимущественно на государственный аппарат и господствующие классы, которых следовало запугать или подтолкнуть к иррациональным реакциям, тогда как «заинтересованная третья сторона» поначалу оставалась в комфортной позиции незадействованного зрителя, то ужас, распространяемый новыми формами терроризма, - это атака на психическую инфраструктуру всего общества которое тем самым вынуждается к глубочайшим изменениям в поведении. «Заинтересованной третьей стороны» - в том смысле, как она присутствовала в изначальном варианте терроризма, больше не существует. Теперь террористическая кампания не является более преходящим этапом в рамках общей стратегии, а представляет собой самостоятельный уровень борьбы, где отсутствуют требования перехода к другой форме насилия, например, к партизанской войне.
Если первоначальный терроризм выполнял функцию собирания и организации необходимых сил для того, чтобы с достаточными шансами на успех вступить в серьезное противостояние с государственным репрессивным аппаратом, то новейшие формы терроризма не уделяют особого внимания армии и полиции, они ищут и стремятся к основному столкновению там, где подвергающийся нападению противник слаб или относительно легко уязвим. А это, конечно, никак не военный аппарат, это, скорее, сложнейшие экономические структуры современных обществ, и внутри них - подвижное психическое состояние людей в первую очередь.
Вследствие этого террористическая сеть организации «Аль-Каида» при планировании и совершении терактов «обошла» американских военных, атаковав вместо этого непосредственно психическую инфраструктуру западных обществ, в особенности Соединенных Штатов (11). Стратегическая цель этого нападения - остановить или - как минимум -повернуть, по-иному канализировать потоки капиталов, информации, а также людские и туристические потоки, которые представляют собой важнейшие составные части современных обществ. При этом профессиональный военный аппарат, в который современные общества делали большие инвестиции с целью обеспечения своей безопасности, просто-напросто «обходится», избегается, и в качестве целей атак выбираются непосредственно легко уязвимые места этих обществ (12). Или если воспользоваться расхожим образом: террористы уклоняются от конфронтации с железным кулаком противника, нанося вместо этого удар в подчревную область. Если удастся поразить это сплетение кровеносных сосудов и нервов, то железный кулак упадет сам собой.
Это можно пояснить на одном примере: когда на тунисском курорте в местечке Джерба после совершенного недалеко от синагоги теракта, унесшего жизни 19 человек, сокращаются туристические потоки из Западной Европы, когда вследствие этого ослабевает тунисский туристический бизнес, когда дело доходит до тяжелого экономического кризиса в стране, в значительной степени зависящей от туризма, то тогда становится возможным и крушение политического режима. Если это произойдет, то Запад не только потеряет важного партнера и союзника, но тем самым изменится и конфигурация власти во всем регионе Магриба (Арабский Запад).
Или другой пример: меры безопасности, введенные после 11 сентября 2001 года, привели к замедлению пассажиропотоков на определенных направлениях, и большие затраты времени наряду с непосредственными затратами на меры безопасности привели к значительному росту издержек западной экономики. Поскольку в капиталистической экономике время - это деньги, то террористы приводят в движение соответствующие рычаги. И очевидно, что эти рычаги действуют также независимо от реальных терактов в виде вновь и вновь раздающихся предупреждений и постоянных превентивных мер безопасности.
Часть 1. Терроризм сегодня: война становится ассиметричной
Часть 2. Мутации ведения войны
Часть 3. Террор как предварительная ступень
Часть 4. Террор как способ ведения войны
Часть 5. Опустошительная война как модель
Часть 6. Оборона против опустошительных войн
Часть 7. Стратегическая асимметрия
Мюнклер Х. Терроризм сегодня // Internationale politik. 2004. №4. C. 4-16.
__________________________________________________________________________________________Примечания:
11. Обширная подборка содержится у Oliver Schrоm, Al Qaida. Akteure, Strukturen, Attentate, Berlin 2003 [Оливер Шрем. Аль-Каида. Игроки, структура, теракты. Берлин 2003]. Что касается выбора невоенных целей для нападений, то единственным исключением стал подрыв американского эсминца «Cole» в Адене 12 октября 2000 года.
12. См.: Munkler, Grammatik der Gewalt. Der jiingste Strategiewandel des Terrorismus und dessen Folgen fiir die Organisationsstruktur terroristischer Gruppen; in: Ronald Hitzler und Jo Reichertz (Hrsg.), Irritierte Ordnung. Die gesellschaftliche Verarbeitung von Terror, Konstanz 2003, S. 13-29. [Мюнклер. Грамматика насилия. Новейшие изменения в стратегии терроризма и их последствия для организационных структур террористических групп, в: Роланд Хитцлер, Йо Райхертц (изд). Пошатнувшийся порядок. Распространение террора в обществе, Констанц 2003, с. 13-29].