Мужик это непременно шарф в сине-бордовую клетку с длинной жесткой шерстяной остью. Горячий и колючий шарф, сам по себе такой суровый, будто связанный из крапивы и битого стекла. Сложенный отдельно где-то на галошнице, не надетый на шею с выскобленной куриной кожей, в каждом пупырке которой светится свежесрезанная дремотная сила, на такую шею, пахнущую как маринованный в ацетоне лимон, этот аксессуар не вызывает такого уважения и трепета, но тоже. Тоже.
Мужик это также свитер, вязанный из нити в мизинец толщиной. Низ свитера растянут и как будто снизу шире, чем сверху, как маленькое платьице. Спереди вздернут, сзади обтекаемой формы.
Под свитером у мужика сутулая спина. Локти любит держать на кухонной клеенке во вспухших шрамах от ножа, струйка слюны по груди.
У мужика есть и глаза. Они неизвестного цвета, потому что высоко.
Мужик это, как правило, и какие-то разговоры, громкие отрывистые слова где-то громом под потолком.
Жареный запах изо рта.
Мужик ест очень много. Предпочитает дорогое мясо и чтобы много. Потому мы с мамой и бабушкой не можем его завести. Хорошо нам без мужика, говорит бабушка. Был бы мужик, не протянули бы.