Ульяна с замиранием сердца ждала возвращения мужа с работы. Она-то отпросилась пораньше, уже сделала восхитительную прическу, макияж, надела свое самое соблазнительное платье и приготовила кое-что вкусненькое. Романтический ужин, да еще и неожиданно – вот, что она придумала!
Ульяна и Данила были женаты уже года полтора. Молодая жена еще пребывала в том эйфорическом состоянии, когда кажется, что вся твоя жизнь теперь будет сплошным праздником, который, по идее, должен устраивать тебе муж.
Щелкнул замок, дверь открылась. Данила медленно вошел в прихожую, положил ключи на тумбочку.
Ульяна грациозно вышла в коридор и, улыбнувшись, сказала:
-Привет, милый! А я уже заждалась!
-А, привет! – не глядя на супругу, ответил Данила.
Ульяна даже опешила. Как так-то? Она, вся такая красивая, благоухающая, встречает мужа в потрясающем платье, а он даже не смотрит на нее.
-Ты что грустный такой? Ну, ладно, переодевайся скорее, приходи на кухню, посидим. Я решила устроить сегодня романтический вечер.
-С чего это? – Данила не спеша снял ботинки, прошел в ванную и с удовольствием умылся холодной водой. Намотался он за сегодня, устал, да еще и отравился чем-то, живот резало с самого обеда. Вода освежала, приятно остужая лицо.
-Как с чего? Да просто так! В честь того, что я тебя люблю!
Ульяна нежно обвила шею мужа руками, прильнула к нему, ожидая страстного поцелуя.
-Извини, котенок! Давай до завтра отложим. Я знаю, ты старалась, вон, выглядишь сногсшибательно, но что-то живот у меня крутит. Вообще сил нет.
Данила тяжело вздохнул и пошел в спальню, переодеться.
Мрачная тень пробежала по лицу молодой жены. Живот, значит?
Где-то Ульяна то ли слышала, то ли читала, что своего мужчину нужно иногда «взъерошить», так сказать. Ну, напомнить ему об обязанностях, клятвах, указать на ошибки. В-общем, «освежить» отношения. Пора попробовать этот «рецепт супружеской жизни».
Только Данила вышел из спальни в старой, поношенной, но такой любимой, футболке и трениках, как Ульяна начала промывать мужу мозги. Что, вообще-то, она замуж выходила, чтоб ее любили, он обещал на руках носить, мир бросить к ее ногам, а теперь у него «живот». Никакой романтики в жизни; она, бедная, готовилась, а он не оценил.
Муж только страдальчески смотрел на супругу, делая маленькие шажки к двери туалета. Завершение обличительной речи он слушал уже там.
Ульяна окончательно вышла из себя. Сказалось и выпитое в ожидании любимого вино. Ощутив себя окончательно брошенной и оскорбленной, она быстро натянула сапоги, набросила пальто, схватила сумку и ушла.
-Вот пусть теперь поволнуется, пострадает! Я даже на звонки отвечать не буду! – решила она. А потом позвонила сестре Данилы, Маше. – Маш, слушай, я заеду, ты же не против?
Маша и Ульяна дружили давно, еще дольше, чем Данила встречался со своей будущей женой. Может быть, они даже были лучшими подругами. Когда Ульяна вышла замуж за брата Марии, то постоянно жаловалась именно ей, если что-то шло не так. Маше это порядком надоело. Ладно бы, чужого мужчину обсуждать, а тут брат. Она пыталась несколько раз осадить Ульяну, но та не понимала. Нужно было действовать по-другому.
-Ладно, приезжай! А что случилось-то?
И Ульяна рассказала и об ужине, и о прическе, и о платье, которое, между прочим, сильно жало в подмышках, и про живот нерадивого мужа, и про «взъерошить». Маша все выслушала, поугукала и твердо сказала: « Приезжай, только не в платье!»
-Почему? Я не буду возвращаться, чтоб переодеться!
-Ладно, найдем тебе что-нибудь, приезжай!
Через полтора часа Ульяна уже звонила в дверь подруги.
-Привет! Вот и я, - трагически прошептала гостья и зашла в прихожую.
-Привет! Ты как раз вовремя! Сейчас будем обои сдирать. Переоденься, я тебе там нашла кое-что из старого. На диване положила.
Ульяна решила, что не расслышала, что-то перепутала.
-Какие обои? Ты что?
-Да ремонт я затеяла, понимаешь, косметический. Нужно успеть до понедельника. С соседями я договорилась, они уезжают сегодня, так что можно шуметь. А тут как раз ты, помогать будешь!
Ульяна, растерянно оглядываясь, прошла в гостиную. На диване ее ждали вытянутая футболка, напоминающая мужнину, и шорты.
-Маш, но я такое не ношу. Да и ремонт делать не умею. Давай просто посидим, поболтаем. Я вот вина по дороге купила. А завтра наймешь рабочих, быстро все сделают! – девушка с надеждой посмотрела на подругу.
-Нет! После всего, что ты мне рассказала, я вообще иметь дело с мужиками не желаю! Лучше все самой, чем пускать в квартиру кого попало!
Маша еще что-то говорила, распаляя в Ульяне искру праведного гнева ко всем представителям мужского пола. Наконец Ульяна «дозрела», решительно переоделась, и подруги принялись за работу.
Обои отдирались от стены хорошо. Ульяна даже удивилась, и чего в ремонте такого, легче легкого же! Она остервенело срывала обои, то и дело посматривая на телефон и проверяя, не звонил ли супруг. Но нет, не звонил.
Через некоторое время стены были полностью очищены. Ульяна только села отдохнуть, как Маша уже тащила новенькие обои и ведро с разведенным клеем.
-Ты что? Давай переведем дух! Я устала!
-Да ладно тебе! Что мы, с обоями, что ли, не справимся? Хуже мужиков, что ли? – громко, азартно сказала Маша и протянула подруге валик для клея.
Мазюкать клеем по стене было скучно. Кисельный клей то и дело брызгал в лицо, капал на футболку. Ульяна брезгливо опускала валик в ведро, потом нерешительно подносила его к стене, отворачивалась и еле-еле водила по стене.
-Сильнее, сильнее нажимай! Давай быстрее, а то высохнет, обои не приклеятся! – Маша ловко обмазав свою часть стены уже прилаживала обои, разглаживала их тряпкой, подгоняла швы.
-У меня не получается, давай, я лучше обои буду резать, а ты мажь! – предложила Ульяна.
-Нет, у тебя же ногти длинные, нож неудобно будет держать! Мажь, мажь!
Так уж вышло, что Ульяна за всю свою жизнь никогда не делала ремонт сама. Она даже и не видела, как это происходит. Родители всегда нанимали кого-нибудь. А дочь уже въезжала в обновленную квартиру. А теперь она оказалась в самой гуще событий…
Битый час они с Машей обклеивали стены. Ульяна уже возненавидела эти серебристые, с вензелями, обои. Тело ныло, руки отваливались.
-Давай откроем окно, душно, клеем воняет! – попросила она.
-Нет, нельзя, а то все отклеится. Нужна влажная среда. Пойдем в гостиную, там полку повесить нужно! – бросила через плечо Маша.
Ульяна закатила глаза, вздохнула и поплелась за золовкой.
-Может, все-таки вызовешь специалистов?
-Какие специалисты? Эти мужики-то? Да ты сама говоришь, что они все сплошь криворукие и недотепы. Ноги их в моем доме не будет!
-Найди женскую бригаду, бывают же такие, наверное?
Но Маша ничего не ответила. Она уже тащила тяжеленный перфоратор, дюбели и еще что-то, про что Ульяна даже и не слышала.
-Так, вот полка, - Маша показала на длиннющую панель ДСП. – Ее нужно прикрепить к стене. Вот тут все написано. Давай, мы сейчас наметим отверстия, просверлим, а там, дальше, разберемся.
Ульяна в ужасе смотрела на огромный перфоратор, победно лежащий у ее ног. Потом они с подругой, кряхтя, приподняли тяжеленную полку и еле-еле приложили ее к стене, размечая отверстия.
Руки немели, голова гудела, а Маше все нипочем, как будто семижильная она.
-Так, бери дрель! – Маша буквально заставила Ульяну взять в руки инструмент. – Держи ровнее! Ты что, боишься, что ли? Да ладно тебе! Мужики, вон, тягают, криворукие, а мы, что, не можем? Ладно, давай, я, а ты потом все доделаешь!
Работа у девушек кипела. За полкой последовала покраска стены на кухне, сборка нового стола, который ну никак не хотел становиться «ломберным».
-А чего это он по частям весь разворочен? Они же в магазине полусобранные стоят! Я видела, когда мы с Данилой мебель покупали!
- Ну, этот у меня долго в гараже лежал, мешал, я его разобрала, а как было, уже и не помню.
Потом было еще что-то, но Ульяна уже плохо помнила, что. Она поняла, что пора бежать из этого кошмара и, пока Маша замешивала очередную бурду для покрытия какой-то стены, прокралась к телефону в коридоре.
-Дань! Милый! Как ты себя чувствуешь? Как живот? – пролепетала она, чуть не плача от усталости. – Забери меня отсюда, а! Пожалуйста!
-Я не могу, котенок, правда! Отравился я конкретно, уже угля половину пачки съел, не помогает. Приезжай сама, зайди в аптеку, купи что-нибудь мне! Давай, вызови такси, я тебя очень люблю и жду! Целую!
Тут за спиной Ульяна услышала шаги Маши.
-Ты чего ушла-то? Сейчас покажу, как штукатурку на стену класть, там хочу квадрат на стене такой живописный сделать…
-Маш… - еле шептала Ульяна. – Я больше не могу, я домой поеду. Хорошо у тебя, конечно, но…
-Что, умаялась? Бывает, Понимаю! Ничего, завтра приезжай, доделаем все!
-Нет-нет, завтра я не могу! – испуганно возразила сноха.
-А что так?
- Да дома дела, убраться нужно, готовка…
-А… - протянула Маша в ответ. – Ну, Даниле привет. Пусть выздоравливает. А он, кстати, так каждый день пашет, ты подумай на досуге.
Ульяна замерла на миг, растерянно посмотрела на золовку, опустила глаза.
Тут позвонил водитель такси, и Ульяна наконец-то поехала домой.
Маша не знала, останутся ли они после всего этого подругами, время покажет…
Ульяна тихо зашла в квартиру. Перед ней стоял посвежевший муж.
-А мне полегчало! Представляешь, прям как ты позвонила, что едешь, так и лучше стало! Любимая, пойдем на кухню, я тебе что-нибудь вкусненькое приготовлю, посидим! Что–то ты бледная! Прическа, вон, как помялась…
-Нет-нет, все нормально, ничего не нужно, пойдем отдыхать. Нам всем нужно отдохнуть,- сонно и глухо прошептала Ульяна, прошла на трясущихся ногах в ванную, через некоторое время вернулась, упала на диван и уснула. Данила удивленно посмотрел на нее, потом позвонил сестре.
-Маш, а чего это вы там делали? Что с Ульянкой-то?
-Трудотерапия! Скажи, пусть еще приходит, если что!
Данила ничего не понял, но с тех пор Ульяна перестала «взъерошивать» мужа. Их семейная жизнь перешла на новый уровень.