Я скрывался от кредитора в колокольне. Во дворе постоянно дежурил черный фургон. Однажды утром, он наконец исчез. Я спустился по лестнице, открыл дверь. Но улицы за дверью не обнаружил. Вместо улицы я оказался в маленьком, стильно обставленном кабинете. Я сообразил, что оказался в фургоне, который поставили вплотную к зданию, распахнув задние створки. Это была ловушка. Но, надо признать, шикарная: кожаные кресла, полированное дерево, блестящий хром ручек на мебели. Я понял, что в таком фургоне в лес меня вряд ли повезут, и немного успокоился. В центре салона располагался стол красного дерева. За ним, закинув ноги на стол, расположился мой кредитор - Ризван Демидос. Фехтуя позолоченной ручкой и беззвучно шевеля губами, он заполнял какие-то бумаги. За спиной Демидоса виднелась бычья шея водителя. На бритом затылке из-под кожи проступало какое-то утолщение, напоминавшее небольшой цилиндр. Казалось, водитель посетил хоккейный матч, где после сильного броска шайба угодила ему в рот, просвистела насквозь через голову и впечаталась в заднюю стенку черепа.
Демидос словно бы не обращал на меня внимания. Водитель тоже не смотрел в зеркало заднего вида. Бежать? Слева и справа зазор между кузовом и фасадом был мал. А вот внизу, между днищем авто и землей, свободное место имелось.
— Здравствуй, мой родной, — сказал наконец Демидос и жестом указал на стул. — Под машину лезть не стоит. Рано.
Я шагнул в салон и сел напротив Ризвана. Отполированная столешница отражала мое испуганное лицо.
На широком столе располагались: два ноутбука, спутниковый телефон с толстой антенной, папки, наверняка с платежками, россыпь сим-карт, флешки с электронно-цифровыми подписями, пачка паспортов, паяльник, трудовая книжка, аппарат для производства оттисков печатей из жидкого полимера, груда кредитных карт.
— Если гора не идет к Ризвану, то что? — спросил Демидос, продолжая заполнять бумаги. — Хорошее место выбрал. Ищешь защиты у бога?
— Так получилось.
— Снова делегируешь ответственность случаю? Нехорошо. Как дела с моими конторами, Федя?
— Н-нормально, — соврал я, — как раз за людьми в Наро-Фоминск собирался. Слышал, там рассадник.
— Врут. Нет там никого, кроме вояк. Зольдаты в качестве директоров не прокатят. Их потом из части хрен вытащишь. Когда будет закрыт мой заказ?
— Скоро. Из Электростали обещали людей привезти. У Коли Туши-Свет есть подвязки в наркошке.
— Мой дорогой, долго, очень долго. Счета блокируются, а запасных, куда можно вывести бабки, нет. Деньги подвисают, менеджеры в банках сливают мошенникам инфу о висяках, клиенты нервничают. Сроки все вышли. Мыслимые и немыслимые. Счетчик вращается со скоростью света.
— Я пытаюсь все исправить.
— А не нужно пытаться, — вздохнул Ризван, закручивая золотой колпачок на корпусе перьевой ручки. — Поскольку исполнитель нарушил условия соглашения, то договор аннулируется. Прошу вернуть предоплату.
Демидос отвернулся в сторону, словно увидел что-то интересное в окне и положил на стол широкую сухую ладонь.
— Нет денег, — сказал я. — Могу часы отдать покамест. Водонепроницаемость — пятьдесят метров.
— Часы тебе пригодятся, — прервал Ризван, — когда нырять будешь. Даю неделю. Край всех краев. Если бабок не будет, то мы едем к Тимуру на «Новокузнецкую». Кем работает Тимур, знаешь?
— Киллером? — выдавил я.
— Не, зачем, — улыбнулся Ризван. — Тимур — начальник кредитного отдела банка «Смоленский». Ты подпишешь договор, и банк выдаст тебе кредит в размере семьсот тысяч рублей. После этого ты возвращаешь мне долг, проценты и идешь отдыхать.
— Дайте мне месяц. Я все сделаю. Я нашел человека, но он сбежал, прихватив учредительные документы. А еще Баева фирма лежит. Но Баев пока недоступен. Точнее, доступен ночью, когда пьет. А днем, когда нужно ехать в банк, он отсыпается.
— Дорогой друг, не тараторь. Я тебя долго искал. Если еще раз мне придется тебя искать, то кредит будет оформлять твой брат Матвей из Нововоронежа. Или матушка, Виктория Федоровна, официантка в кафе «Мирный атом». Не шути с этим.
Он припер меня в стенке. У меня остался последний, полубезумный план.
— А если… если я найду человека и мы застрахуем его жизнь?
— А потом что? Будем ждать, пока состарится? Или ты убьешь его? Федор, Федор.
— Нет-нет. Одна знакомая девушка, она тяжело больна. Моя невеста. Мы можем расписаться, потом застраховать ее жизнь. А когда она умрет, я получу страховую премию как супруг.
— А если она не умрет?
— Умрет. Четвертая стадия онко, — соврал я.
— Что ж, — сказал Ризван и взял один из телефонов, — смертельно больных страховать не так просто. Был у меня один должник, страховой агент. Арсен, Арсенчик, где ты, где… А, вот. Одну секунду, мой дорогой. Алло! Салам-пополам! Нет, не в Махачкале. В Москве. Привет, привет, родной. Что с векселями? Бог свидетель, второй год делаешь. Это я слышал, ладно. Помощь твоя нужна.
Повесть "Небо - мой дом", отрывок.
Полную версию вы можете скачать в интернете.