Не секрет, что многие из нас, грешных, страдают англоманией - для этого достаточно посмотреть разок культовые "Приключения Шерлока Холмса и доктора Ватсона". Шедевр Игоря Масленникова снимался в Ленинграде и Латвии, но кусочек промышленно-неоготической Англии XIX столетия есть и в Московской области.
Итак, Негодяй представляет: райцентр Егорьевск, население порядка 73 тысяч человек - чуть помене Жуковского, стоит на краю освоенной человеком части Московской области. Дальше на восток до самой границы региона - только деревни, леса и торф, торф, торф.
Егорьевск самозародился из села Высокого, известного грамотному человечеству с XV века и входившего в княжеские вотчины Василия Темного (так что в Московской области ему самое место). Затем село превратилось в Егорие-Высокое, затем - в Григорьевское, а в 1778 году (барабанная дробь) высочайшим указом было назначено уездным городом Егорьевом ("ск" появилось потом) и подчинено Рязани.
В XIX - начале XX века Егорьевск держался достойно и дорос до второго по размерам города в губернии. Поначалу он был ярмарочным центром всей округи - в те времена городничим здесь сидел двоюродный дядя Пушкина Яков Исакич Ганнибал. Но постепенно в леса на стыке трех губерний добрела и промышленная революция. Первые текстильные фабрики стали появляться в городе имени Егора в 1820-е годы, а в 1845 году заработала крупнейшая из них - эпических размеров фабрика Хлудовых и Бардыгина почти в самом центре города. В 1869 году в Егорьевск протянули ж/д ветку от будущего Воскресенска, и все заверте...
Не миновали фабричный Егорьевск и забастовки, и манифестации в революцию 1905 года (разогнанные с двумя смертельно раненными), и самосуды над местными биг боссами Хреновыми в 1917 году. На пятом году Советской власти Егорьевск вновь отошел к Москве и теперь так и остается в Московской области.
Самый известный уроженец местный - уже два года как покойный Эдуард Успенский, появившийся на свет в Егорьевске 22 декабря не самого подходящего 1937 года.
Так что у всех персонажей выше тоже есть егорьевские корни.
Когда я оказался в Егорьевске, стоял май 2020 года - финиш первой волны пандемии и излет локдауна. Почти все, кроме пары ларьков с мороженым, было закрыто. Можно было только любоваться снаружи - прежде всего промышленной и околопромышленной архитектурой города.
Несмотря на буйство коронавируса, фабрика Хлудовых-Бардыгина носила следы свежего и завершенного хотя бы внешне ремонта. Видно, и ее собрались пустить на лофты с коворкингами для честных смелых IT-криэйторов. Хотя местным вряд ли хватит на аренду, а московским сюда переехать будет сложно.
Фабричный корпус недурственно сохранил следы стиля мастерской мира по состоянию на 1845 год - Великобритании. До крымской войны и политического мема "англичанка гадит" оставалось уже недолго.
Причина основания фабрик в Егорьевске протекает рядом - это речка-вонючка Гуслица, на которой работала вся машинерия старинных фабрик. Гуслица берет исток к югу от города и затем долго петляет, впадая даже не в Москву-реку, а в ее приток Нерскую.
Несмотря на неказистый вид, Гуслица дала имя целому субрегиону на границе Московской, Рязанской и Владимирской губерний. В лесной местности на стыке трех "субъектов федерации", где не пойми какой полицеймейстер за что отвечает, образовалась большая раскольничья колония, которая и в самом Егорьевске дает о себе знать, а также процветал криминал - к примеру, разбой на дорогах и фальшивомонетчество. Гиляровский не даст соврать.
Хотя текстильное производство в Егорьевске и пришло в упадок, во времена Путина I и II - в оптимистические нулевые - в городе открывались заводы и других отраслей, в основном заморских инвесторов: фармацевтического "Гедеона Рихтера", химического "Сен-Гобена", кофейного "Чибо"... Уж не знаю, что из них осталось в живых в десятые.
Если выдвинуться к северу от фабрики и на другую сторону Гуслицы, то вы окажетесь на улице Профсоюзной, где снова можно увидеть клочок Англии.
Это Егорьевский технологический институт, филиал московского СтанкИна, aka механико-электротехническое училище имени цесаревича Алексея. Училище было открыто в 1909 году. Проект проспонсировали потомки вышеупомянутого Никифора Бардыгина - фабриканта и городского головы с 30-летним стажем. Строил этот неоготический Баскервиль-холл московский архитектор Барютин.
Центральная улица Егорьевска, как не трудно догадаться - Советская (Московская). Она и район вокруг нее - один большой конгломерат уездной двухэтажной старины.
На боковой улице Карла Маркса английские текстильно-манчестерские веяния окончательно уступают место суровому духу дедовского древнего благочестия. Здесь расположился старообрядческий храм Георгия Победоносца, по некоторым источникам - крупнейший в России.
В центре "старообрядческой Палестины" Гуслиц просто не могли не появиться многочисленные раскольничьи моленные. В XIX веке одна из таких зародилась на месте будущего храма, а в 1880-е годы с дозволения градоначальства приобрела полулегальный статус.
Но свой храмовый облик Георгиевская церковь приобрела лишь после революции 1905 года, когда одна из тогдашних самостоятельных и посему недолговечных Госдум добилась-таки уравнения староверов в гражданских правах с последователями "никонианского" православного мейнстрима. Церковь было дозволено освятить и дополнить главами и колокольней.
Казалось, что раскольники сделали немалые вложения в первую русскую революцию не напрасно. Но уже через десятилетие с небольшим к старейшей на Руси непримиримой оппозиции подкралась следующая - большевики, не приемлющие "религиозный дурман" вовсе. В 1936 году старообрядческий храм был закрыт, "обезглавлен" и переквалифицирован под дом пионеров. Так что 60 лет спустя, в эпоху нового пришествия свободы совести, староверам пришлось повторять всю работу начала века с нуля.
В южном конце параллельной Московской Советской улицы, напротив, стоит оплот генеральной линии православия - Успенский собор. История его создания в чем-то анекдотична: в 1879 году Бардыгин профинансировал закладку собора в честь спасения императора Александра II от пятого по счету покушения. Но строительство растянулось лет на 16 - за это время и Александр Освободитель был взорван на Екатерининском канале, и его наследник Александр III Притеснитель Миротворец ушел в мир иной.
У начала Советской стоит другое культовое в прямом смысле слова место - Свято-Троицкий девичий Мариинский монастырь, возведенный в 1870-е годы в стилистике псевдомосковского псевдокремля.
Впрочем, прославилась монастырская земля уже в эпоху воинствующих безбожников, когда на части ее территории в 1918 году обосновалась летная народная социалистическая школа, переехавшая из Гатчины поближе к новой столице. Курс летательных наук здесь проходил в числе прочих парень с Волги Валера Чкалов, которому затем предстояло стать главной летающей иконой Союза вплоть до космического рейса Гагарина.
А колледж гражданской авиации - старейший в России - существует тут по сей день.
История Чкалова, одолевавшего курс летной школы посреди голимой разрухи, тифа, бескормицы и безработицы, когда многим казалось, что Россия через несколько лет повымрет сама собой - наводит на мысли о том, что в этом пространстве наиболее эффективны только сокрушительные, неделикатные и болезненные толчки в будущее, после которых какое-то время "кондовая-избяная" Русь сможет катиться сама по инерции. И приклад красногвардейской винтовки сработал не хуже, чем палка Петра - хотя и то, и другое попутно причинило тяжелейший разор и заставило народ на десятилетия забыть о хоть каком-то благосостоянии.
Кстати, о пламенным революционерам - местам главного из них будет посвящен следующий пост о путешествиях по Подмосковью.
До новых встреч с Негодяем!