Прямо, нежно очерченный нос
И головка на тоненькой шее,
С водопадом пьянящих волос
И улыбкою сказочной феи.
Невысокого роста, хрупка,
Вся в тумане из света и запаха,
Гибкой поступью, нежная лань,
Ты восходишь звездою на западе.
Ты из тени, из тающих нег,
Поцелуи устами рисуя,
Даришь радости бренной земле,
Красотою своею рискуя.
Ты роняешь нездешнюю прыть,
Рассыпая то смехи, то слёзы.
Раз увидевши – не позабыть
Той египетской пламенной розы.
И сейчас в тишине и во сне,
На планете иных фараонов
Я пытаюсь пройти по весне
Золотою тропой Эхнатона…
Прикоснуться к знакомым губам…
И над кожаной книгою смерти
Прошептать бесконечным годам:
«Ты моя навсегда, Птанеферти».
Брови черные, прелесть ресниц,
Подбородок из блеска и воска,
Недописанных лет страниц
Из ночи голубая полоска.
«Но да будет слово ваше: да, да; нет, нет; а что сверх этого, то от лукавого». 3