Когда дело доходило до смертельных эпидемий, Советы не прибегали к полумерам. Не только врачи, но и полиция, армия, флот и даже КГБ были привлечены, чтобы сдержать распространение.
Чума
В 1939 году микробиолог Абрам Берлин привез из Саратова в Москву опасную болезнь. Там, в Саратове, во время опытов на животных он использовал живого возбудителя чумы и был строго заключен в карантин.
Однако срочный звонок из Москвы заставил его немедленно отправиться в столицу, развязав чуму. Берлин остановился в отеле "Националь", пообедал там и посетил парикмахерскую.
Чувствуя себя очень плохо, нулевой пациент был госпитализирован с ошибочным диагнозом крупозной пневмонии. Заслуга в том, что эпидемию удалось вовремя подхватить, принадлежит Симону Горелику, врачу 1-го Московского медицинского института.
Обнаружив у больного легочную чуму, Горелик немедленно доложил об опасности начальству и изолировал и себя, и Берлин. Он знал, что они оба обречены, так как чума в те дни была неизлечима.
Тайная полиция обнаружила и поместила в карантин всех в городе, кто контактировал с Абрамом Берлином. Клиника, где он находился, была оцеплена, а отель "Националь" продезинфицирован (ночью, чтобы информация не просочилась и не вызвала паники).
В результате эпидемия чумы была пресечена в зародыше. Только трое умерли от смертельной болезни: Горелик, Берлин и несчастный парикмахер.
Оспа
Оспа прибыла в советскую столицу в декабре 1959 года вместе с художником Алексеем Кокорекиным по возвращении из Индии, где он заразился опасной болезнью на церемонии кремации брахманов.
Страдая от лихорадки, сильного кашля и боли во всем теле, Кокорекин обратился за медицинской помощью. Врачи ошибочно диагностировали грипп, несмотря на то, что пациент был покрыт нехарактерной сыпью.
О том, что оспа вспыхнула, стало известно только через две недели после смерти художника, когда несколько человек, контактировавших с ним, начали испытывать сходные симптомы.
Когда диагноз подтвердился, все московские медицинские службы, полицейские управления и КГБ были развернуты для борьбы с серьезной угрозой. Сотрудники правоохранительных органов обнаружили и поместили в карантин всех, кто контактировал с Кокорекиным или членами его семьи.
Больница, в которой лечили зараженного, была закрыта. Правительственные запасы драгоценного белья, зарезервированного для военного времени, были предоставлены тысячам заключенных рабочих и пациентов.
Однако главной мерой стала беспрецедентная в истории всеобщая вакцинация всех жителей Москвы и Подмосковья. Работая круглосуточно, врачи за одну неделю сделали инъекции более чем 9 миллионам человек.
В результате смертельная болезнь была обнаружена всего у 45 человек в Москве, трое из которых умерли. Через девятнадцать дней после обнаружения и начала скоординированных ответных мер вспышка прекратилась.
Холера
Проникнув из Ирана, волна холеры охватила все советское Черноморское побережье в 1970 году. Эпидемия пришла в разгар курортного сезона, когда прибрежные города были переполнены отдыхающими.
Болезнь постепенно распространилась по всей стране, включая Москву и Ленинград (Санкт-Петербург). Этому способствовала крупная ошибка местных чиновников, которые объявили о вспышке холеры по громкоговорителям на пляжах, призывая людей разойтись по домам.
Центральное правительство, со своей стороны, действовало быстро и решительно. Наряду с тысячами врачей, армия и флот были вовлечены в борьбу с распространением болезни.
Одесса, Батуми, Керчь и другие крупные эпицентры оказались под карантином. Людей выпускали только после тщательного бактериологического обследования. Десятки кораблей и поездов были переоборудованы в передвижные лаборатории и отправлены в города.
Тысячи попавших в ловушку туристов были охвачены паникой. Многие пытались обойти или даже прорвать военные кордоны. Ситуация успокоилась только тогда, когда Совет Министров СССР распорядился выплачивать зарплату всем, кто был вынужден оставаться в карантине.
Эпидемия холеры была окончательно ликвидирована к ноябрю того же года. Власти извлекли необходимые уроки, и началось массовое строительство очистных сооружений на Черноморском побережье и в бассейнах рек Поволжья и Урала.
Сибирская язва
Вспышка сибирской язвы на Урале в апреле 1979 года остается самой загадочной эпидемией в советской истории. По разным данным, она унесла 60-100 жизней.
На пике своего развития в инфекционные отделения города Свердловска (Екатеринбург) поступало по 5-10 человек в день, страдающих синдромом токсического шока.
Когда причина смерти была установлена как сибирская язва, для больных было создано специальное отделение. Началась также масштабная вакцинация жителей и дезинфекция города с использованием вертолетов (по неподтвержденным данным). К июню эпидемия была под контролем.
По официальной советской версии, вспышка была вызвана заражением скота. Однако другая теория предполагает, что это могло произойти из-за случайного выброса спор сибирской язвы из военной биологической лаборатории, расположенной в пригороде города. Обсуждался и саботаж западных спецслужб, стремившихся дискредитировать СССР накануне Московской Олимпиады 1980 года.
Официальная информация о трагедии остается засекреченной и будет обнародована только через 75 лет после инцидента — в 2054 году.