К чему приводят материнские страхи за детей
Вчера во французском кафе звучали казачьи песни – старые, но живые до сих пор, потому как в принципе живые. Не концерт – скорее посиделки, за полночь всё окончилось. Без Окуджавы и Визбора тоже не обошлось, потому как если есть гитара и вино, то комплект должен быть полным. Хоть казаки московские (!) в Переславль приехали, хоть геологи уральские - на Ильменку…
Немножко не наш формат, но наш-то формат у нас дома в кухне каждый вечер, так что было хорошо (и вкусно) – выбрались в кои то веке в свет, спасибо Лоранс. Но я не про песни сейчас. Про ребёнка.
Там девочка была лет пяти, дочка солистки коллектива. Мордашка умная, стрижка модельная, свободный свитерок. Взгляд из-под отросшей чёлки – прямой, пытливый. И вот сидит, значит, это создание на широком подоконнике, ни к кому не пристаёт, но и не скучает. То в окно глядит, то по спинке рядом стоящего стула ритм ножом и вилкой отбивает… По металлической, между прочим, скобе – певцу под самое ухо. Но ничего, как-то органично всё, славно так.
И вот решила эта девчонка покинуть насиженный подоконник, мысль ей пришла пойти куда-то. Слезать вниз просто так скучно, и потому она сначала прыгнула на свободный стул, что рядом был, а потом уже со стула – на пол, тоже прыжком. Всё хорошо, никто и ухом не повёл. И прыгнула ловко и красиво, как белочка. Обе ручки перед собою. В одной вилка, в другой – нож. Столовый нож, тупой, но ведь нож же! И вилка такая большая, конкретная… И всё очень естественно, никаких вам «Осторожно! Так нельзя, опасно!..», и мама рядом – поёт на улыбке.
А не опасно потому что. И ребёнок спокойный. Не дёрганый, не замуштрованный и не избалованный. И в центр внимания не лезет, и без комплексов. Хороший у девочки-белочки мир… Под народные песни растёт!
… Там песенка была одна на украинском, сюжетец не для слабонервных. Костя почему-то не понял, я ему по свежему давай пересказывать, и все замолчали, а солист Женя засмеялся: «Переводишь? Душа должна быть настроена мистически, чтоб понять…»
А чего понимать-то. Ехали казаки, сманили с собой доверчивую Галю, в лесу её же косами к сосне привязали – да и подожгли сосну. И мораль сей басни:
А хто дочек мае,
Нехай научае,
Тай темноi ночью
Гулять не пускае.
Вот и думай теперь о базовом доверии миру и тревоге нашей вечной материнской. И что-то сдаётся мне – не от хорошей жизни Галя с казаками дом родной покинула.
Детёныш бенгальский огонь зажигает – а нам кажется, что та сосна горит… Из будущего сосна.
Счастья вам! И детям вашим.
***********************
Девочка моя, слушай:
мы с тобой пойдём к речке,
ивовых теней кружево
ляжет на твои плечики.
Камушки кидать - молча,
и считать круги - долго,
даже полетать можно,
только обернись пчёлкой.
Только не лети выше
облачной гряды-гривы!..
Как же мне теперь выжить?
Ивушка моя, ива...
***
хорошо тебе травинка
не затопчут так живи
и ещё одна травинка
и ещё одна травинка
дети Божией любви
смотрит в неба половинку
целым небом тополёк
сына-сыночка-кровинка
на конце стрелы кровинка
легче ветра ветерок
***
Зеленое, желтое и голубое
Дыхание новорожденной земли -
Ни крапинки кроме, ни призвука более,
И сосны, как дети, на берег пришли.
И дети - родимые три силуэта
На краешке лета, на самой кайме.
За что мне жестокое знание это
О завтрашних бедах, о белой зиме?
Зеленые звуки озерных прелюдий
Зовут в голубую разлуку-страну.
Мы были как лютики, стали - как люди,
Мы будем... Я на ухо сыну шепну
И каждой из дочек - безудержной ложью,
Нечаянной правдой навстречу судьбе:
"А солнце по озеру - желтой дорожкой -
К тебе, мое солнце, к тебе!.."
(Н.Р.)