19 марта 2020 года, четверг
День второй
Второй пост. Палата № 5, надзорная. Утро (Квазимодо, ещё 6 человек и я)
Ночью я так и не смог уснуть: ворочался с боку набок, иногда впадал в забытьё, иногда в своеобразный полусон с большим количеством красочных фантасмагорических видений — наверное, потому, что днём, пусть понемногу, но два раза спал. Кроме того, и, думаю, это было главной причиной, начал проявляться и, следовательно, беспокоить абстинентный синдром. Действие лекарств, конечно же, ощущалось, но хотя бы до минимального восстановления было ещё очень далеко.
Удалось задремать только ранним утром. Определить это стало возможным по едва изменившемуся цвету ночного неба, что при ослепляющем, зажжённом ещё вечером свете сделать было весьма сложно. Вскоре проснулся, но теперь уже на фоне предрассветных сумерек за окном и, судя по совершенно спокойному состоянию отделения, — до подъёма.
Пошёл в туалет.
— Илья, ты про баночку не забыл? — окликнул меня санитар, возлежащий на широкой деревянной скамье, той самой, что перекрывала вход в четвёртую палату.
Удивительно! Он назвал меня по имени, или показалось?
— Анализ мочи, — напомнил Борода.
— Скоро будет, — пообещал я и для убедительности показал ему контейнер.
Вернувшись, за отсутствием иных занятий прилёг, и меня неожиданно, казалось беспричинно, стали преследовать ужасающие картины из совсем недавнего, ближайшего прошлого, — того, что предшествовало вчерашней госпитализации.
Через некоторое время объявили подъём, и медсестра, не удостоив нас приветствием, раздала градусники. Мой показал 35,1. Возможно, показания были точными, но ни они, ни сами электронные термометры доверия у меня не вызывали. Другие же — ртутные, абсолютно уверен, здесь по понятным причинам были запрещены.
Объявление подъёма означало, что нужно начинать одеваться, — мне этого делать не пришлось, поскольку я был одет, — идти умываться и чистить зубы, а потом заправлять кровать. В дальнейшем в течение всего дня, кроме тихого часа, разрешалось лежать на постели только поверх покрывала. Мои соседи, выполнив все предусмотренные правилами действия, снова улеглись досыпать или дожидаться завтрака.
Мне больше лежать не хотелось. Я долго стоял у окна и смотрел на утренний туманный город.
Когда на улице уже совсем рассвело, и в надзорной палате, наконец-то, отключили изрядно надоевший за ночь электрический свет, зашёл недавно заступивший на смену молодой санитар. Среднего роста, крепкого телосложения, на вид лет двадцати пяти, с интеллигентным лицом, очень короткой стрижкой, ранними залысинами и отрастающей интенсивно чёрной бородой он больше походил на студента-старшекурсника, а может это и соответствовало действительности, но никак не на санитара психиатрической больницы.
Оказалось, что Павел, так звали молодого санитара, пришёл за мной — пора было идти в процедурную. Там, уже знакомая мне медсестра Вера Васильевна сделала забор крови. Взяла много, наверное, для нескольких анализов.
На завтрак давали кашу, большой кусок хлеба с маслом, как было на ужине, и чай с небольшим количеством сахара. Впервые, видимо, начав постепенно приходить в себя, обратил внимание на то, что, возвращая посуду, почти все пациенты благодарили буфетчицу. Так же стал делать и я.
Восстановлено по памяти 24 марта
Дневник пациента. Запись 006
Начало ← Предыдущая ← → Следующая → Все записи