Все дети живы.
О навыках приходящих в ясном состоянии сознания.
Дети. Все живы и никто не умер, если взрослыми стали дети.
Давайте вспомним себя и своих друзей в возрасте 1-3 класс. Все мы были дети. Всем нам было весело. Мы дружили. Играли. Спорили. Ругались. Жаловались. Искали единомышленников. С одними дружили против других. И понемногу или по много узнавали друг друга по поступкам.
Дети были всякие. Но двух видов. Только мальчики. И только девочки. А дальше начинается. Трусишки. Ябеды. Предатели. Завистники. И так далее. Наша другая сторона.
Мы как бы жили все. Дружили. Обсуждали и хвалили детей героев. И порицали детей не героев.
Мы дети подмечали качества друг друга легко.
Почему?
Как нам это удавалось?
Очень просто. Между детьми нет денежного оборота. В нынешнее время уже есть. Дети с пелёнок знают что деньги родителей решают все. Ха-ха! Помню мы когда приехали жить в Америку, я своему сыну сказал. Короче слушай меня сынок. В этой стране денег никто не берет. Все живут хорошо. Поэтому если ты продолжишь свой образ жизни, каким он был на родине, я тебя отмазать не смогу. Просто потому что они не берут взятки. Ну или надо повышать мастерство. Короче сын послушал папу и занялся учёбой. От чего вырос умным и красивым не только снаружи, но и внутри.
Оказывается привить ребёнку интерес к учебе и развитию не так сложно. Нужно перестать заниматься гиперопекой и стать с ребёнком на одну ступень. Как когда-то с друзьями.
У меня есть курс кстати. Учу учиться. Развиваю любовь к познанию. Курс для детей с родителями. Не раздельно. Или только для взрослых.
Ну так вернёмся в детство.
Денег между нами тогда не было. Родители у всех были скромны даже если жили в достатке. Советский Союз и ОБХСС прекрасно справлялись с тщеславием своих граждан. Быстро и доходчиво, порой через комфортный отдых на севере отрезвлял гражданина.
Дети не мерились телефонами. Брендами. Ходили в кружки октябрятские. Да на пионеров равнялись.
И вот видеть мы могли друг в друге только настоящее. Собрались пять шесть человек. И ободрали яблоню соседа. Сосед на утро увидал. Матом ругается. Орет. Мы ржем. Соседка мужа ругает. Неделю тебе говорила собери яблоки на компот да на варение. А ты все погоди да погоди. Пусть наливаются. Вот блять, налились. И ушли. Ночью. И давай его полотенцем лупить. Мы ещё больше ржем. Посмотрели спектакль. Насмеялись всем двором. Тут сидим думаем что делать дальше, как развлечься. Сосед бежит в нашу сторону. Все сидим. Лица ровные. Сердце бешено при этом бьются. Но сидим. Делаем вид что мы сами ахуели от случившегося.
Мужик подбежал.
Быстро. Это он говорит. Быстро со двора скройтесь. Там Веточкина пришла, моей рассказывает кто ее дерево ободрал.
Мы естественно как Каспер. Испарились. К вечеру все успокоились. Мы во двор вернулись. Ржем. У всех соседей реакция разная. Кто-то в поддержку и защиту. Кто-то качает головой. Веточкина сидит на лавке семечки грызёт. Делает вид что нас не замечает. Самой видно что стыдно. Одна сидит. Дети везде играют другие. С ней никто не играет. Эй Веточкина, сюда иди, поговорим.
Веточкина. Это наша несформированная личность с косичками и в сарафане. Она часть нашего дружного коллектива маленьких авантюристов. И Веточкина, не смотря на то, что отличница. Решила вступить в нашу скромную организацию ещё в более раннем детстве. Это я к тому, что мы все дружили с тех пор, как не помним что было время до нашей дружбы и там была жизнь. Нам казалось что жизнь существовала и мы в ней дружим от самого начала и до конца. А жизни где мы не дружим, не существует. Вот такая у нас была шайка.
Короче Веточкина в деле участвовала. Но как бы и не участвовала. Она всегда была с нами. И всегда выступала в роли нашей совести. Короче Веточкина охраняла вход в огород. Пока мы собирали яблоки.
Все время пока мы обсуждали план сбора урожая, Веточкина говорила. Ну может не надо. А вдруг поймают. Ну ребята, ну хулиганить плохо. Давайте я попрошу маму она нам кучу яблок накупит. Так, Веточкина, купленные яблоки не вкусные. Ты с нами или нет? Ну ребята, я не могу. Не могу красть.
Мы не кладём Веточкина. Мы собираем урожай. Да ночью. Да пока никто не видит. Но это же хорошо. Мы никому не мешаем. Люди могут отдыхать спокойно.
Но это же не наш огород.
Веточкина, как это не наш? А чей? Все в нашей стране принадлежит советским гражданам.
На этом Веточкина спросила какова ее роль. Хоть она и лазила по деревьям хорошо, мы все же поставили ее на шухер.
Короче Веточкина после дела съела одно яблоко. Пришла домой. И не смогла уснуть очень долго. Совесть видите ли замучила ее. И пока она не приняла решение о том, что утром во всем сознается, не засыпала. А как только приняла решение поступить по совести, сразу крепко уснула. Благодаря чему проспала. И мы смогли насладиться утренним концертом.
Веточкина не собиралась сдавать нас. Ее совесть согласилась на то, чтобы взять все на себя.
Однако. Количество ушедших с дерева яблок превышало количество и размер Веточкиной во вселенной. Причём значительно. Но не опытная в подобного рода делах Веточкина, не могла учесть этот факт.
Естественно Клавдия Михаиловна и ее вечно курящая беломор подруга соседка быстро определили нестыковки в показаниях Веточкиной.
И тогда ниточка потянулась ко всей тимуровской команде.
Веточкиной теперь было стыдно вдвойне. Но это ещё не конец. Потому как дети. Особенно умные. Отличаются невероятной жестокостью тогда, когда хотят преподать урок своему сверстнику.
В общем надавили мы на совесть Веточкиной. Спросили не Морозова ли она на самом деле? И где ее настоящий папка?
Веточкина сказала ну ребята, ну хватит уже. И плачет. Ну простите. Ну дура. Больше никогда не пойду против вас. Честно.
Никто не собирался прогонять Веточкину. Хотя днём, в бегах, некоторые выразили мнение не в пользу Веточкиной. Но Веточкина на самом деле ни в чем не виновата.
Когда Веточкина узнала про это, настроение ее ухудшилось до совсем разбитой Веточкиной.
Три дня назад, мы всей толпой как всегда искали приключения. У нас были знакомые ребята из детского дома. И мы общались через забор. И вот сидим мы на асфальте у забора. Общаемся. Идёт мимо Дядя Мустафа. Это как раз тот самый мужик, которому досталось полотенцем от жены. С базара идёт. Ребятам в забор сунул лепешку. Нам предложил мы отказались. И тут он говорит нам. У меня в огороде яблоки созрели. Вы вечерком попозже придите, тихо соберите, чтобы никто не слышал, и ребяткам принесите. Пускай свежих поедят.
А че ночью то, спросили мы?
Надо чтобы моя не узнала, она не даст.
Хорошо Дядя Мустафа, спасибо.
Ребята из детдома тоже порадовались.
Дальше мы обсудили план. Исполнили. И вы все уже знаете.
Где мы ошиблись?
Веточкина. Посещает три раза в неделю классы фортепьяно. По одному часу. И в это время ее с нами нет.
Дорога из музыкальной школы домой лежит тем же путём, где мы сидели на дороге. И где был разговор с Дядей Мустафой. Но Дядя пришёл с предложением и лепешкой раньше Веточкиной.
А Веточкина пришла в момент когда Мустафа только отошёл. И мы никто не заметили того, что Веточкиной не было во время разговора о яблоках.
В итоге получилось следующее. У нас у всех чудесным образом пропало понимание отсутствия Веточкиной. И мы разыгрывая спектакль прекрасно все думали что мы все в курсе. И только у одной Веточкиной было видение преступления. Она не слышала Мустафу. И в ее реальности получилось что мы составили план воровства. К тому же она сказала что спешит домой, в ночь ограбления. Поэтому скушав по яблоку после дела, Веточкина пошла домой. А мы потащили яблоки в детский дом.
Бедная Веточкина всю ночь винила себя в преступлении. А оказалось что мы забыли ей рассказать о том, что было в ее отсутствие. Мы и думать забыли что ее с нами не было.
Благо поняв это мы сохранили подругу.
За что Веточкиной такая ситуация в детстве прилетела, я не знаю.
Бедный ребёнок, отличница, пианистка, решила взять все на себя. Это конечно невероятная преданность своим друзьям. Дело не в том, что Веточкина не продумала свою ложь в признании. Дело в том, что-то Веточкиной и в мыслях не было лгать. Она шла сознаваться. И сознаваться она шла за себя. Если бы Веточкина в свои 6-9 лет знала о существовании второй поправки. То возможно ей бы план удался и она бы все взяла на себя. Но не тут то было. Комсомольцы пытали октябрёнка, и все узнали про тимуровцев.
Мустафу только не сдавай. Попросили мы Веточкину. И засмеялись. Та снова расплакалась.
С годами дети становятся взрослыми. И связь эта теряется. Вступает оценочное мнение. А стремление понимать уходит на второй план.
Оценивать человека по оценкам учат в школе. И с возрастом человек не учится оценивать себя и свои поступки. С возрастом человек наделяет себя не по праву правом оценивать других. Судить о них. О их поступках. Выносить приговоры. Решения. И при этом не судить ни при каких обстоятельствах себя.
Как учат в школе относиться к учителю? Ты не можешь выражать несогласие с учителем. Учитель всегда прав. И его оценка тебя или твоего поведения или твоих знаний всегда верна и неоспорима. Что вырастает в результате такого воспитания? Судьи. Без права и власти вершить суд над другими. Но наделившие себя всем этим вопреки всему здравому смыслу.
Вот эти люди, вечно судящие и осуждающие других, когда то были чистыми и светлыми душами. Готовыми принимать правильные решения. И принимающие их. И только взрослому не стыдно врать себе.
Артур Оливерович Шестаков