Семиклассник Витька влюбился в одноклассницу Люду. Синие глаза, опушённые чёрными ресницами, большой лоб, ровный пробор, две золотистые косички, тонкие губы – красавица неописуемая! Отзывчивая, добрая, чувствительная – вот какая Люда! На уроке пения как затянет песню своим сопрано – Витька слушает и глаз не сводит с возлюбленной.
Ну, раз влюбился, надо открыться девочке, иначе она никогда не узнает, что у неё есть поклонник, и не будет дарить ему радости свиданий. Паренёк долго думал, как подойти к Людмиле, и сказать о самом главном. Но всё не решался. И страдал, как Ромео по Джульетте. А время шло. Вот уже и вторая четверть заканчивается. И если Витька хочет, чтобы Люда пришла к нему в гости для встречи Нового года, нужно что-то предпринимать. И семиклассник сотворил любовное письмо и на перемене вложил его в учебник объекта своего обожания.
Он видел, как на уроке Люда прочла строки признания, полные нежности, и мечты, одна ярче другой, вспыхнули в его голове. Вот Витька кружится с девочкой в танце на дискотеке, а стоящие вокруг пацаны кусают губы от зависти и в отчаянии сжимают кулаки. Вот Витька и Люда сидят на санках и мчатся с горки. Витька держит девочку за плечи, а она, румяная от мороза, счастливо хохочет и кричит: «Прекрасно! Ещё!»
После урока мальчик ждал, что Люда приблизится к нему и восторженно прошепчет: «Спасибо за комплименты и… признание. Ты мне тоже нравишься. Мы будем вместе!» Но одноклассница не обращала на него внимания. И Витька похолодел от страха: «Неужели я ей безразличен? Неужели не прочувствовала важности строк? Неужели её не тронули ласковые слова?»
Ничего не сказала ему Люда. От этого Витька не спал всю ночь. И даже плакал.
После урока русского языка его подозвала к себе учительница, Василиса Павловна, дородная и чрезвычайно строгая женщина, и огорошила:
– Ставлю тебе «двойку» за сочинение!
– За какое сочинение? Разве мы его писали? - удивился Витька.
– Вот за это! – Василиса Павловна протянула ему листок бумаги с каракулями, щедро усыпанными красными поправками. – Ошибка на ошибке! Позор! Сколько я труда в тебя вложила, а ты ничего не впитал! Ни одного правила! И, видно, дома ничегошеньки не читаешь. Эх, Витька, Витька! Иди уж, двоечник!
Витька отошёл от стола учительницы и прочёл написанное на листке:
«Милая Люда!
Ты самая прикрасная и васхитительная девачка в мире! Кагда я вижу тваи прикрасные очи, то дражу как асинавый листок и напалняюсь жаром валнения! Ты самый прикрасный цвиток на Земле, дарагая Люда! Недавна я понял что очинь-очинь тибя люблю!
Любимая! Я падарю тибе все звёзды всиленной! Я буду сагревать тибя теплом и ласкай, нежнастью и заботай. Я буду чуствавать каждае тваё жилание и выпалнять ево! Са мной ты будишь самай щастливой девачкай на свете, абваражительная Люда!
Я люблю тибя! И любить эта прикрасно! Ведь любофь эта самае валшебнае чуство и свойства что есть у чилавека! Буду рад тваей взаимнасти! Витя».
Учительница старательно зачеркнула каждую неправильно написанную букву и поставила недостающие запятые. Под жирно выведенной большущей цифрой "2" Василиса Павловна, видимо, в сердцах, написала: «Остолоп!»
Витька, со слезами на глазах, разорвал листок и процедил сквозь зубы: «Вот и пиши девчонкам любовные письма! Ябеды! Я к ней с чувствами… а она моё самое сокровенное – училке!» Найдя глазами Люду, он покачал головой и прошептал: «Всё равно люблю!»