Пес лижет тебя в щеку, и ты плачешь.
Больше здесь нечего делать.
Пес не отходит от тебя еще сутки, пока не приезжает служба по отлову бродячих собак. Его увозят силой.
С тобой остается его тень.
Псу пробивают ухо, ставят синюю метку.
Тень скребет когтями асфальт, роет газон, на который ты упала.
Псу ставят уколы, лапы его стянуты пластиковыми хомутами, когти острижены, брюхо — в тугой перевязке.
Тень заходит в дом, бредет сквозь стены, проваливаясь лапами в пол, на кухне она залезает на мойку и подставляет морду под кран, из которого сочится вода, ждет каплю. Она проходит тень навылет.
Пес воет, и ему горестно отвечают десятки клеток, уходящих во тьму.
Тень срывается и летит, ее голова проходит сквозь кирпичную кладку, тень пропадает в черноте открытого канализационного люка. Тут-то ей и конец.
Пес не ест и не пьет, его глаза затягивает молочная пленка, пес едва шевелит хвостом, пса увозят, втыкают капельницу, проверяют зубы, заталкивают в пасть зонд.
Тень двигается где-то внизу, бесцветная, распавшаяся.
Пес хрипло дышит, вспоминая твою руку, твою ласку, твой запах.
Тень попадает под луч фонаря, монтер, он ползет вверх — прочь из колодца, тень прыгает за ним, лихорадочная, поспешная, она мечется за лучем фонаря, болтающимся на поясе монтера, другой луч — на его каске — смотрит по его взгляду, тень прыгает на стену прямо перед лицом монтера, тот вскрикивает и отпускает руки. Долгое мгновение луч чертит световую дорожку по стене. Тени хватает этого мига.
Пес задыхается, вокруг лежит толстый слой выпавшей шерсти.
Тень врывается в дом, там-пам-пам, брякает фортепиано, тень мчит сквозь стены, проскальзывает под дверями, тень врывается в спальню, девушке едва ли исполнилось двадцать, отрешенная, она не играет — парит над клавишами. Тень застывает на миг. Это мгновение бесконечно.
Пес находит тебя в больнице. Ты бы его не узнала, тощий, он похож на рыбу. Пес прячется за каталками, бесшумно скользит за белыми халатами, проскальзывает в закрывающиеся двери. Пес встает передними лапами на твою постель. Сил запрыгнуть ему не хватает. Пес лижет твою руку. Руку с пульсоксиметром. Пес лижет и падает. Пик взрывает кардиограмму.
Пес лежит на веранде. У него огромная мягкая подстилка. Пес лениво следит за листьями, которые, кружась, уходят с горизонта в тьму газона. Пес медленно и глубоко дышит. Иногда у него дёргаются лапы, точно он бежит. Пес никуда не побежит больше. Ты выносишь его утром и в обед заносишь обратно. Ты нежно гладишь его промеж ушей. Ты завела фортепьяно. Пока ничего не получается, робкая, пока нерешительная, но упругая сила толкает твои пальцы изнутри. И да, у тебя нет тени.
Пес смотрит на дерево. На ветке сидит кот. Пес присматривается, от неожиданности у него ухо встает торчком.
Кот сидит молча, но все ветки рядом обсидели девять его теней. И они шипят на пса. Но подойти боятся.
Пес прикрывает глаза и улыбается во всю пасть. Тебе ничего не грозит.
(c) Юрий Некрасов
===
Фото: Курт Хаттон, 50-е
P.S. Это мой авторский канал, поэтому я редко выкладываю здесь истории, написанные не мной. Но иногда делаю исключение. "Уличный" -- фантастическая история, но в тоже время - это не совсем фантастика. Написал этот крошечный рассказ мой друг и соавтор по роману "Золотая пуля" Юрий Некрасов. Мы часто присылаем друг другу рассказы/отрывки, что написали в последнее время. Этот рассказ мне так понравился, что я попросил у Юры разрешение выложить его здесь.
Надеюсь, он вам тоже понравился, друзья.
Спасибо и удачи!