Александр Петрович встретил тётю Веру, бывшую соседку. Семья тёти Веры и семья Александра Петровича, тогда ещё просто Саши, жили в одном доме в небольшом и старом московском дворе. С ними в доме, на первом этаже жила Зойка. Пила эта Зойка безбожно, не работала, а получала пенсию за погибшего мужа. И жили они с дочкой Светой на эту пенсию. Зойка пила, пропадала днями где-то, а Светку всем домом кормили. И, что характерно, к себе домой Зойка собутыльников не водила. Так и росла Светка под присмотром соседей. В школу её тоже всем домом собирали. Училась Светка кое-как, хоть и умная от природы была. Но выучилась, получила среднее образование. И вот, точно в день своего совершеннолетия, проснулась Светка утром, посмотрела в окно и видит на дворовой скамейке, прямо напротив окна, мать её сидит, после трёх дней загула. И сидит Зойка, как-то неестественно окаменев. Вспомнила Зойка про день рождения дочки и поторопилась домой, не дошла немного, присела отдохнуть на скамейку перед домом, да и умерла. Осталась Светка одна, но не свихнулась в жизни, пьянку на дух не переносила, компании у себя не собирала. Парень ей подвернулся, она, долго не думая, вышла замуж. И также, долго не думая, выгнала его, когда поняла, что он «выпить не дурак». Но ребёнка он ей сделать успел. Родила Светка мальчика. Время шло, сынишка рос и в этом году он в школу должен пойти.
– Саша, – зашептала тётя Вера, – Светка вместе с Тёмочкой пропали неделю назад. Она, конечно, халда, но ведь жалко её. А Тёмочка у неё хороший мальчик.
– Тётя Вера, но почему пропала, может просто уехали куда-нибудь, ведь лето же – пора отпусков.
– Да, не до отдыха ей. Она сама мне сказала, что будет всё лето вкалывать, чтобы Тёму в школу собрать. Хоть она меня и называла агентом ЦРУ, но всё мне рассказывала, и всё время ко мне: то за солью, то за маслом, то за Тёмой приглядеть просила. Нет, Саша, чувствую я, что-то случилось.
Александр Петрович, заразившись от тёти Веры беспокойством, решил действовать. Сходил в дом с целью проверить квартиру Светки. Проверил только входную дверь в квартиру, которая оказалась заперта на все замки. По подсказке тёти Веры побывал на рабочем месте Светки. Работала она, как оказалось, до недавнего времени в овощном ларьке в двух кварталах от дома. Александр Петрович встретился с хозяином ларька по имени Багдасар, и выяснил следующее: чуть больше недели назад Светка внезапно уволилась.
– Вот так палажиль халат, – рассказывал Багдасар, резко бросив рабочий халат, размахнувшись с плеча, – и сказаль: «прапади прападам са сваим памидорам» и ушоль. – Багдасар поцокал языком и добавил: – Свэта-джан хароший жэнчина, честний. Я звониль ей, а телефон запламбираван.
Александр Петрович понял, что увольнение Светки из ларька свелось к тому, что она бросила рабочий халат в лицо хозяину и со словами: «пропади ты пропадом со своими помидорами», ушла. А номер телефона Светки оказался заблокирован. Вот всё, что удалось узнать на рабочем месте Светки. Кому-то из соседей Светка сказала, что скоро будет работать в крупном торговом центре, ещё кто-то из соседей видел, как она вместе с сыном садилась в машину, но машину разглядеть не удалось по причине ночного времени. Александр Петрович уговорил Багдасара написать заявление в полицию, чтобы было основание действовать законно. И уже на законных основаниях вскрыл квартиру Светки. Осмотр квартиры ничего не дал. Но Александр Петрович на этом не остановился.
– Я пока не увижу Светку с Тёмой целыми и невредимыми, не успокоюсь, – Александр Петрович нервно ходил по кабинету. – На моих глазах Светка карабкалась по жизни, при такой матери не скатилась в пропасть. Тёму она так любит, так старается для него. Я ведь пока искал их, всё узнал. В детском саду был, там сказали, что Тёма умный мальчишка, развитый, добрый. Мама у него замечательная.
Александр Петрович сидел в кабинете и занимался бумаготворчеством. Утром он получил выговор, пока только устный, от начальства за плохую работу с документами. И вот сейчас закопался в бумагах, пытаясь каждому документу найти своё место, а пустые места заполнить соответствующей бумажкой.
- На спящий город опускается туман, шалят ветра по подворотням и дворам, а нам всё это не впервой, а нам доверено судьбой оберегать на здешних улицах покой, – напевал Александр Петрович известный шлягер его любимой группы «Любэ», что бы как то успокоить нервы, расшатанные до предела этой нудной бумажной работой.
Вдруг до его ушей и сознания дошёл какой-то шум из коридора. По слуху определил составляющие этого шума: визгливый женский крик и монотонное бормотание дежурного. Александр Петрович решил воспользоваться этим событием, что бы хоть на несколько минут без угрызения совести отвлечься от бумаг. Он вышел из кабинета и направился к дежурной части, откуда и слышался скандальный женский крик.
– Почему я, законопослушная гражданка России, не могу спокойно оставить закрытой квартиру и съездить на море? Зачем и кому надо было ломать дверь в мою квартиру? Кто мне теперь заменит дверь? А я ещё проверю, и если пропали мои сбережения, то вы всю жизнь на моё содержание будете работать!
Чутьё Александра Петровича подсказало, что вот сейчас он испытает смешанные чувства, а именно: радость и досаду. У дежурной части стояла Светка, сверкала свежим загаром, размахивала шляпой с большими полями, и кричала. Дежурный увидел Александра Петровича и, с трудом перекрикивая Светку, прокричал:
– Саша, это твоя клиентка, забирай её скорей.
Светка увидела Александра Петровича, узнала его, хоть и не виделись они несколько лет с тех пор, как он переехал в другой дом. Она набрала в грудь воздуха и закричала:
– Саша, привет, как хорошо, что ты здесь! Представляешь, мне какой-то гад из ваших сломал дверь и бумажку с печатью прилепил…
– Света, пойдём ко мне в кабинет, разберёмся.
Только вошли в кабинет, Александр Петрович спросил:
– А где Тёма?
– Тёма у тёти Веры. Вы, что тут все с ума сошли? Тётя Вера меня веником отходила, за то, что я ей не сказала, что уезжаю отдыхать. – Светка уселась на стул возле стола, и сказала с улыбкой: – Представляешь, она волновалась за нас. – Это было открытие для неё и, явно, приятное. – Не дала мне сорвать бумажку с двери и войти в квартиру, между прочим, в мою собственную квартиру. Отправила сюда, к вам. Саша, что произошло?
– Мы работали по заявлению твоего работодателя. Искали тебя, ты же никакой информации не оставила, исчезла внезапно и всё. – Александр Петрович не стал сдавать тётю Веру, понимая, что и она его не сдала.
– Какое заявление? Кто этот, работодатель?
– Багдасар твой работодатель.
– Ничего себе! А я и не знала, – с довольным видом заявила Светка.
Что именно Светка не знала, Александр Петрович не стал уточнять.
– Света, ты мне скажи, почему ты уволилась так резко?
– А что, я нарушила закон? Захотела и уволилась. – Светка вдруг напряглась и спросила с тревогой: – А зачем меня Багдасар искал? Я ничего ему не должна, у меня всё чётко там просчитано…
– Да нет у Багдасара к тебе претензий, – успокоил её Александр Петрович. – А на какие шиши ты на море поехала? – Александр Петрович решил не церемониться с ней.
– Я, может, копила целый год… – Светка откинулась на стуле, вытянув ноги, и с вызовом посмотрела на Александра Петровича. – Саш, а ты был на Чёрном море? – вдруг спросила в совершенно другой тональности, и, не дожидаясь ответа, закатив глаза к потолку, мечтательно произнесла: – Там так классно!
Александр Петрович понял, что откровенного разговора не будет, но всё же, решил продолжить допрос, пусть и не для протокола.
– Ладно… Почему у тебя дома как после кражи, бардак?
– Что-о-о? В каком смысле? – Светка вся напряглась и опять с тревогой посмотрела на Александра Петровича.
– Почему все ящики открыты и бумаги перевёрнуты?
– А-а-а, это… да это я сама… свидетельство о рождении Тёмки искала. Времени-то на сборы было полчаса, вот и торопилась, – расслабилась Светка.
– Та-а-а-к, значит, во времени тебя кто-то ограничивал… Кто? Или что?
Светка сообразила, что ляпнула лишнее, заморгала часто глазами и заверещала визгливым голосом:
– Вот, только допрос мне не надо устраивать! И к словам цепляться не надо! – отвернулась обиженно в сторону, помолчала и спросила жалобно: – Саша, можно я пойду? Меня там Тёма ждёт. Бумажку-то можно отклеить?
Александр Петрович заметил, что Светка совершенно свободно и моментально переходила из одного эмоционального состояния в другое. Это происходило так натурально и естественно, что назвать её актрисой язык не поворачивался.
– Иди. Отклей.
Александр Петрович погрузился в свои бумаги, а Светка тихо выскользнула из кабинета и поторопилась выйти на улицу. Проходя мимо дежурного, она вежливо попрощалась:
– До свидания. Всего хорошего вам, – и улыбнулась, чтобы подтвердить свои добрые намерения.
Александр Петрович почувствовал облегчение на сердце: Светка с Тёмой живы и здоровы, и даже счастливы, и это уже хорошо. Но его полицейское чутьё следователя подсказывало, что без криминальной подоплеки здесь не обошлось. Но, что ж, будем разбираться.
