Остров не так прост, как кажется на первый взгляд. Есть в нём что-то невидимое, недосказанное. Когда выходишь за посёлок и попадаешь на островные океанические луга, в глаза бросается обилие цветов, среди которых встречаются и незнакомые.
Ирисы, гвоздики, ромашки, и повсеместно - жёлтый цветок, похожий на маленький подсолнух. Поиск в интернете выдал ошеломляющий результат. Судя по внешнему виду - это рудбекия, область распространения которой - прерии Северной Америки. Кто её сюда завёз - непонятно.
На крупномасштабных картах острова вы нигде не найдёте официальных географических названий. Почему-то Василий Бабкин, гидрограф, который делал опись берегов Японского моря, оставил неназванными мысы, вершины и бухты именно на Рейнеке. Только лишь сам остров назвал в честь своего наставника, Михаила Францевича Рейнеке, директора гидрографического департамента Российской Империи. Вот я и иду на безымянную высшую точку острова - Высоту 148,8, или гору Рейнеке, хотя у неё имеются и другие, более романтические названия.
Почти у самой вершины расположены домики Мумий Тролля. Но самого белого маленького бегемотика, а также муми-маму, муми-папу, Сниффа и Снусмумрика, вы здесь вряд ли застанете. Домики - это уже развалины. Просто стены и пустые оконные проёмы, глядящие в океан. Вполне возможно, муми-тролли сейчас перебрались жить вниз, на маяк, на мыс Всех Ветров (название народное). Вот вы сейчас все закричите - неправда, на самом деле здесь была станция слежения Тихоокеанского флота, на которой служил Илья Лагутенко, лидер группы Мумий Тролль.
Да, была. А в качестве домовых на ней служили как раз-таки муми-тролли. Илья, когда служил на Рейнеке, тогда ещё молодой пацан, видимо завёл с ними знакомство. А когда 31 декабря 1988 года, он побежал в самоволку к жене во Владивосток, в проливе провалившись под лёд, именно его друзья муми-тролли помогли ему выжить, втащив на кромку льда. И тогда Илья Лагутенко написал хит "С Новым Годом, крошка" и назвал рок-группу "Мумий Тролль". Можете мне не верить ))).
А виды отсюда просто потрясные! Сама вершина представляет из себя просторную площадку с обзором на все 360 градусов. И вот ты выходишь на неё, и стоишь то на одном крае, то на другом, и везде можно надолго залипнуть, созерцая открывающиеся просторы. Конечно, зачастую гора утопает в морских туманах, но когда их нет, то вид обалденный!
Вообще-то, станция слежения продолжает выполнять свои функции, так как на вершине очень часто можно встретить кого-нибудь с фотоаппаратом, биноклем, или просто так глазеющего вдаль. Особенно часто люди здесь появляются на рассвете или закате. На острове, не избалованном туристической инфраструктурой - встреча рассвета и проводы заката являются одними из главных культурных мероприятий. Конечно, не только на этой вершине, но и на пляжах, мысах, кому где удобнее.
Именно из-за того, что я хотел быть поближе к вершине, я остановился в самой гуще сказочного и таинственного Кентерберийского леса, недалеко от того места, где начинают бить родники. Найдя на склоне небольшую ровную площадку, поставил на ней палатку, предварительно изучив окружающие деревья. На предмет - не сухие ли, и не собираются ли упасть на палатку? Такие предосторожности в густом лесу вовсе не лишние.
На Остров опускалась ночь. Первая ночь в этом лесу. Когда стали стихать дневные звуки и лес наполнился ночными шорохами, я даже немного пожалел, что не пошёл ближе к людям. Но метаться было поздно. Маленький костерок освещал стоящую рядом палатку, играл оранжевыми всполохами на плотных кронах деревьев, сомкнувшихся над головой, словно резной потолок. Ветер стих совершенно, и на остров опустилась тихая и душная летняя ночь. Было тепло и очень сыро. Возможно, с моря полз туман, и, оседая на листве, стекал по ней и изредка капал в траву. Я отправился спать. Костерок догорел. Вокруг была непроглядная тьма. Тишина давила. Шумело бы море, шелестела бы листва, я бы заснул быстрее. А так в голове крутились всякие мысли: почему этот лес считают священным, может зря я сюда залез?
Я уже успел задремать, когда услышал, что рядом с палаткой с грохотом повалилась большая сушина. Сначала послышался треск, затем гулкий удар о землю. И снова тишина. Я подскочил, сердце заколотилось. Вспомнил, что над палаткой ничего угрожающего не было, успокоился и снова задремал. Но не прошло и 20 минут, как снова, неподалёку от палатки опять завалилось сухое дерево. И опять в тишине и безветрии. Словно местный леший решил меня выгнать из леса, как непрошенного гостя. Ну что делать... Так не хотелось впотьмах собираться и куда-то тащиться! Мысленно извинился за беспокойство перед Лешим (или местными Троллями?) и на этот раз крепко заснул. После этого, все остальные ночи на этом месте было очень спокойно и уютно. Может быть леший сделал мне проверку? Посмотрел, что я не испугался, да и решил, что я свой - таёжный человек. Зауважал, и больше не беспокоил. Но и я старался вести себя хорошо. С костром обращался аккуратно, мусор не раскидывал.
Этот островной лес - словно единый дружный народец, среди которого есть и выдающиеся деревья-"личности". Например, у тропы, ведущей на м. Всех Ветров, стоит Дерево Желаний.
Выделяется оно тем, что его ветви увешаны различными вещами. Не знаю, для чего они. В тайнах Острова я ещё плохо разобрался. Но исполнение одного моего желания Дерево организовало. Причём очень оперативно. Уж не знаю, за какие заслуги. Возможно, что это было просто маленькое желание, а не какая-нибудь Великая Мечта.
Южное побережье Рейнеке сложено красивыми серыми гранитами. В конце XIX века русский француз, владивостокский купец Август Менард организовал здесь каменоломню. Из этого гранита делали подпорные стены, мостили улицы во Владивостоке.
Есть мнение, что этот гранит использовали ещё манчжуры. Может быть для жерновов. На одном валуне я видел что-то вроде иероглифа.
Ещё одно культовое место Рейнеке - полузатопленный списанный ледокол Пересвет. Это бывшее немецкое судно Кастор, полученное в качестве трофея. Солёная морская вода делает своё дело, и прогулка по разъетой коррозией палубе весьма опасна. Хотя, конечно, определённая аура здесь имеется. Волны плещутся в рубке, везде толстые слои ржавого металла, запустение...
Юго-восточный берег Рейнеке обращён к открытому морю. Он сложен из красивых красноватых гранитов и поэтому этот берег носит название Красные Скалы. Побережье здесь имеет суровый, но красивый облик. Погоды на этих берегах туманнее, волны выше, берега пустыннее. Но свои фанаты Красных Скал ни за что не променяют это побережье на другое, более уютное. Здесь вотчина экстремалов - дайверов, сёрферов. Наверное, и на параплане парить над здешними лугами и обрывами здорово.
Красноватые граниты здесь окатаны в среднюю и крупную гальку и немного напоминают икру. Местами берег сложен из округлых красноватых валунов. Во время сильного прибоя рокот здесь стоит знатный. Даже кажется, что немного дрожит земля. В середине пляжа Красных Скал расположен то ли лагерь сёрферов, то ли стойбище коренных народов. Интересное, аутентичное оформление. На фоне аскетичных пейзажей напоминает какую-то Чукотку.
Здесь есть даже маленький бар с барной стойкой! Всё хэнд мэйд из дрифт вуд. Ну, или мне так показалось. Внутрь не заходил.
Однажды задержался у знакомых в посёлке. Вышел домой, в Кентер, во втором часу ночи. После того, как за спиной скрылись редкие фонари островного посёлка, вокруг разлилась непроглядная темень. Лишь лужицы на дороге слегка отсвечивали звездное небо. Когда идёшь ночью без фонаря, на грязь уже не обращаешь внимания. Вдруг впереди послышались смех и болтовня. Я нагнал трёх девчонок, отправившихся в ночь тоже без фонариков. Они шли на рэйв до Красных Скал. Судя по их печально-безнадёжно-восторженным репликам - босиком, по колено измазанные грязью. Я ещё подумал - во дают! Какая там может быть тусовка, в этой глухомани?!
Но поднявшись высоко на склон, увидел мелькающие огни оупен эйр внизу, на пляже. Представьте картина: маленький дальневосточный остров. За спиной над горизонтом проглядывает зарево далёкого Владивостока. Впереди, за пляжем, обмакивает в открытом море свой хвост Млечный Путь. Электронная музыка, доносящаяся с пляжа, завораживает, на небе звёзды, в море огни маяков и промысловых судов. Ибица, блин! Просто космос какой-то.
Время почти 2 ночи. Поднимаюсь на вершину к домикам Мумий Тролля. В траве на спине лежит чувак, залипая в своём смартофоне. Пожелав спокойной ночи, спускаюсь в свой лес. Но что за чёрт! Палатки нет нигде. Пришлось включать фонарик на телефоне и нарезать круги по таинственно-притихшему лесу. Не иначе, муми-тролли решили подшутить и поиграть со мной в прятки. Но вот и палатка, ура. Заваливаюсь спать, ополоснув ноги из бутылки.
В-общем, на Рейнеке происходит много странных вещей. Однажды на островке Выкента, расположенном рядом с Рейнеке, напротив островного кладбища, я неожиданно столкнулся с ведьмой и мы напугали друг друга. Но об этой истории в другой раз...
Островной Владивосток:
Остров Рейнеке. Там, где гостят туманы.