Площадь Шарля де Голя. Не первый раз гуляю по её граниту. Но вот впервые заинтересовало, куда это так внимательно смотрит де Голь?
Может грустит глядя на то, что происходит у нас... А может, недоволен тем, что происходит во Франции... Но не улыбается - точно.
В самой Франции, в аэропорту своего имени, де Голь, отлитый в бронзе, уверенно шагает, гордо глядя вперёд.
Трудно разобраться сразу, что же задумывал Церетели, но на площади своего имени в Москве, де Голь, в той же бронзе, кажется, остолбенел и стал похож на удивлённого идола с острова Пасхи, которого зачем-то перевезли сюда.
Может, в 2005 году и его ошеломило стремительное крушение народного хозяйства, которое олицетворяла, пришедшая в запустение одноимённая выставка, перед его глазами.
А может, в те годы, он гордо смотрел, с высоты почти "александрийского столпа", словно констатируя, правоту выбранного им пути, для развития, своей страны.
А может, он только сейчас застыл в удивлении, глядя, как оживает выставка, думая: "... а вдруг они и хозяйство восстановят. Смогли же они, напомнить о себе. Вроде бы под надзором были всё это время, а ведь гляди, что выкинули."
А может, смотрит он на дорогу, которая точно ведёт к Храму, в Сергиевом Посаде. К Храму в который вновь вернулись и рабочий, и колхозница, и те, кто хулили, и те, кто хранили... Смотрит и, возможно, размышляет над этой извечною русской загадкой.
Но кажется, что на площади своего имени, главное, что видит де Голь - скульптура "Мир", греческого скульптора Ставроса Георгопулоса.
Видит девушку, с белым голубем в руке. И вероятно, каждое утро, как молитву, читает текст на табличке, в основании скульптуры, со словами Геродота:
"Никто не может быть таким безумным, чтобы хотеть войны вместо мира, ибо, когда мир, то дети хоронят отцов, а когда война, то отцы хоронят детей"!
Вероятно, это и есть главное, что видит де Голь, на площади своего имени!
Не знаю.
Но многое в этот раз, показалось мне очень символично.