Каждую ночь она ложилась в холодную постель и начинала молиться. Даже не молилась, а разговаривала с Богом. Это одностороннее общение она обычно начинала словами: «Господи, ну, что Ты там надумал? Храни моего сыночка, Светиком его зовут. Он такой высокий, красивый, один он у меня». И дальше она рассказывала Всевышнему о том, что муж ее, хороший, добрый человек, вышел во двор за дровами, поскользнулся и, ударившись виском о крыльцо, умер. От этой нелепой смерти она чуть не сошла с ума, потому что замуж она вышла по большой любви и через год родила любимому сына. И думала о долгой, счастливой жизни, о большой, многодетной семье, но мечтам ее не суждено было сбыться. Мужа не стало, и на ее руках остался маленький сын. Всю свою нерастраченную любовь к мужчине она перенесла на сына. Она осыпала его градом поцелуев и нежных слов, которых хватило бы на целый детский садик. У него было красивое имя — Евгений, но никто никогда не слышал, чтобы мать называла его по имени. С самого рождения звала она сына Светиком. Однажды, когда сын уже учился в школе, он пришел домой в слезах. Сначала молчал, а потом рассказал матери, как одноклассники подняли его на смех, узнав, что мать зовет его Светиком. «Я же тебе не девчонка, — плакал сын. — Я — мужчина». Его слезы были для матери тяжелым ударом в сердце. Она, прижимая его красивую головку к груди, приговаривала: «Ты — мужчина, самый мой любимый, дорогой, единственный, ты — мой защитник, ты — мой свет. И жить я буду до тех пор, пока ты будешь мне светить». Сын затихал на теплой материнской груди, а, затем, обхватив ее руками за лицо, и, глядя прямо в глаза, говорил: «Я всегда тебе буду светить, только ты живи».
Она часто вспоминала этот давний разговор с сыном. И, лежа бессонными ночами в холодной постели, и, вновь и вновь, обращаясь к Богу, твердила: «Господи, он мне обещал светить всегда, Ты же помнишь. Так уж побереги моего сыночка». После таких ночей мать вставала разбитая. Доила корову, прибиралась в доме и бежала в правление колхоза. Мужиков в селе не осталось, и поэтому женщины тянули все. Все они, как одна, ждали обеденного перерыва, потому что это было время прихода почтальона. Мать чувствовала его спиной, сразу не оборачивалась, делая вид, что занята. Хотя все ее существо наполнялось страхом, а трясущиеся руки не могли поправить сползающий, как назло, платок. Затем она резко поворачивалась и ватными ногами шла навстречу тому, кто нес ей весточку от сына. Она давно дала себе установку: как только увидит в руках почтальона казенный треугольник, она сразу умрет. Эти несколько минут безмолвного общения стоили ей жизни.
Но Судьба хранила ее и, получив из рук почтальона письмо от сына, она медленно опускалась на землю. Так было каждый раз, и матери было совсем безразлично: какое на дворе время года. Она не сразу вскрывала конверт, сначала прижимала его к сердцу, затем осыпала поцелуями знакомый почерк и лишь, потом начинала читать письмо. Это был миг ее женского счастья. А еще впереди ее ждала бессонная ночь и разговор с Всевышним. Она ждала ночи так же, как письма от сына. Ей некому было выговориться. Единственным ее собеседником был тот, в кого она никогда не верила, не видела и к кому стала обращаться, когда ее сыночек ушел на фронт. Поэтому, обращаясь к Богу, она всегда начинала так: «Ты уж прости меня. Это я по глупости Тебя не признавала. А Ты есть, Ты самый хороший, справедливый, Ты не можешь оставить мои слова без внимания, Ты же знаешь, один он у меня ». А дальше все повторялось: она рассказывала невидимому собеседнику свою судьбу, просила, плакала, а самом конце добавляла: «Алмазов фамилия моего сыночка. Евгений Алмазов».
А за тысячи километров от матери воевал ее сын, гвардии капитан Евгений Алмазов. Пули не трогали его, грудь украшали боевые награды, и, кажется, сама земля, горевшая под ногами вероломного врага, берегла его от смерти. Материнские молитвы достигли своей цели. Видимо, Всевышний внял им и сохранил матери сына, единственного, самого лучшего, мужественного защитника родной земли, написавшего на поверженном рейхстаге — Евгений Алмазов. ...Но это еще будет. А пока шептала мать свои молитвы, ждала писем от сына, лежала бессонными ночами, разговаривая с Богом. Она дождется его майским победным утром. Он придет к ней, чтобы, прошагав пол-Европы, защитив всю страну, продлить жизнь одной хрупкой, рано постаревшей, но такой родной женщине — своей матери. Ведь пока он будет ей светить, она будет жить.