Блистательный график, портретист, иллюстратор, непревзойдённый мастер линии, сценограф и декоратор легендарных «Русских сезонов» в Париже Лев Бакст был одним из самых ярких художников Серебряного века. Эскизы его костюмов и декораций приобретались национальными музеями как произведения искусства, становились предметами коллекционирования, экспонировались в известнейших галереях мира, а работы на ежегодных выставках подчистую раскупались. Сегодня его картины на аукционах стоят сотни тысяч евро, а крупные коллекционеры Европы охотятся за ними так же, как и при жизни мастера.
Лев Бакст (Лейб-Хаим Розенберг) родился в Гродно 27 января (8 февраля) 1866 года (по некоторым источникам — 10 мая 1866 года)1 , но почти всё свое детство провёл в Санкт-Петербурге. По окончании гимназии, в 1883 году , он поступает вольнослушателем в Императорскую Академию художеств, однако в 1887 году оставляет её , потому что его конкурсная работа «Богоматерь, оплакивающая Христа» была отвергнута. После развода родителей ему приходилось думать не столько об учёбе, сколько о заработке и поиске заказов. В этот сложный период он много работает иллюстратором в детских изданиях, газетах, журналах, рисует вывески, даже расписывает этикетки.
В 1889 году открывается первая выставка молодого художника, на которой он подписывает свои произведения псевдонимом Лев (Леон) Бакст (от фамилии бабушки — Бакстер).
Благодаря урокам Альберта Бенуа во время учёбы в Академии художеств и после неё , Бакст сумел в совершенстве овладеть сложной акварельной техникой. Он вступает в Общество русских акварелистов Альберта Бенуа и начинает выставляться регулярно.
В 1893 году, получив крупный заказ на создание картины о прибытии русской эскадры адмирала Фёдора Авелана в Париж, Лев Бакст отправляется во Францию. Здесь он продолжает обучение и совершенствование своих знаний в парижских студиях, посещает музеи, выставки, не пропускает ни одной премьеры в Гранд-Опера.
К концу ХIХ века Лев Бакст становится одним из самых признанных и востребованных художников. Среди его заказчиков и учеников — члены царской фамилии. Художник даёт уроки живописи великому князю Борису Владимировичу и великой княгине Елене Владимировне, учит рисовать детей великого князя Владимира Александровича. В 1895 году в Париже он создаёт большой парадный портрет Николая II . А в 1902 году сам Николай II заказывает Баксту картину «Встреча русских моряков».
С середины 1890-х он входит в творческий круг писателей и художников Александра Бенуа и Сергея Дягилева, знакомство с которыми оказало большое влияние на его формирование. Лев Бакст становится одним из инициаторов создания легендарного «Мира искусства» (1898) — объединения, пропагандировавшего эстетические идеи синтеза искусств, заложенные в основу стиля модерн, которые оказывали огромное влияние на художественную культуру своего времени. В журнале «Мир искусства» сформировался уникальный и виртуозный почерк Бакста и сделал его известным и узнаваемым иллюстратором.
Дмитрий Философов, заведовавший в «Мире искусства» литературным разделом, вспоминал:
«Характерная черта Бакста — его неискоренимое добродушие и благодушие, соединённое с детской наивностью, которая так и пёрла из его донельзя близоруких глаз».
Мягкость и незлобивость художника отмечали многие современники, называющие его в своих воспоминаниях не иначе, как Левушка.
Благодушный Левушка оказался одним из лучших и самых востребованных портретистов Санкт-Петербурга. Художник оставил нам прекрасные портреты многих видных деятелей искусства — своих современников: Исаака Левитана, Ивана Бунина, Александра Бенуа , Клода Дебюсси, Филиппа Малявина, Василия Розанова , Андрея Белого , Зинаиды Гиппиус, Сергея Дягилева, Константина Сомова, артистов балета Вацлава Нижинского, Анны Павловой, Михаила Фокина, Иды Рубинштейн, Айседоры Дункан и других. Сегодня мы знаем их такими, какими их написал Лев Бакст.
Постепенно основным направлением творчества Бакста становится сценография. Поначалу это были эскизы декораций и костюмов к постановкам в Александринском и Мариинском театрах и театре Эрмитаж, которые неизменно принимались восторженно. «С первых шагов, — писал позднее Александр Бенуа, — Бакст занял прямо-таки доминирующее положение и с тех пор так и остался единственным и непревзойденным». Мстислав Добужинский писал:
«Общественный поворот вкуса в величайшей степени обязан был именно Баксту, тем новым откровениям, которые он дал в своих исключительных по красоте и очарованию постановках, поразивших не только Париж, но и весь культурный мир Запада. Его "Шахерезада" свела с ума Париж, и с этого начинается европейская, а затем и мировая слава Бакста».
В Париже Лев Бакст вошёл в творческую группу «Русских сезонов» Сергея Дягилева. Театральные декорации к спектаклям потрясли французскую публику и принесли авторам мировую славу. Своим триумфом «Русские сезоны» Дягилева были во многом обязаны исключительным по красоте постановкам Льва Бакста, особому «бакстовскому» стилю. Художник оформил для Сергея Дягилева шестнадцать балетов, написал шесть либретто. Некоторое время фактически руководил антрепризой. Он работал над «Клеопатрой», «Шахерезадой», «Жар-птицей», «Карнавалом», «Нарциссом», «Видением розы», «Послеполуденным отдыхом Фавна», «Дафнисом и Хлоей». Успех нарастал от сезона к сезону. Бакст поражён собственным триумфом:
«Вот я и у цели: признание невероятное, непостижимое в центре мира — Париже; целый день все, что есть славного на земном шаре, в живописи, в музыке, в литературе, все оставляют мне карточки, приглашают на обеды и завтраки».
Последней крупной работой художника стал балет «Спящая красавица» (1921).
В театре Лев Бакст продолжал работать до самого конца, оформляя спектакли Гранд-Опера (он был главным сценографом Гранд-Опера) и других театров.
Его театральные эскизы декораций и костюмов, оказавшие в своё время огромное влияние на сценическое искусство XX века, до сих пор являются источником вдохновения для театральных художников и сценаристов.
В Российском национальном музее музыки хранятся эскизы к театральным постановкам Льва Бакста, а также три письма к певице Елизавете Петренко из Парижа.