Продолжение. Начало тут.
Но не только вопросы о строительстве комбината решают в Москве Губанов и Ниточкин. Последнему не менее, если не более важно выполнить поручения жены и дочери о покупках различных женских аксессуаров - как-то чулки без швов, туфли, женский пояс для чулок.
В этом ему помощь оказала дежурная по этажу в гостинице в очаровательном исполнении Анастасии Георгиевской.
Вводит провинциального профессора в круг высокой моды. Устраняет пробелы его галантерейной эрудиции.
А у Губанова проблемы с сыном Мишкой. Когда-то, очень давно жена Губанова вместе с маленьким сыном ушла от него. Женщина она была тоже высоких моральных принципов, истинная комсомолка и коммунистка, и, скорее всего, не простила мужу какого-нибудь его случайного адюльтера. Губанов очень импозантный мужчина, без сомнения пользовался и пользуется успехом у женщин, да и сам, чувствуется, не упустит возможности.
Сейчас у Губанова новая семья. Но сын Мишка его очень любит. И это совершенно объяснимо. Тянется мальчик, которого воспитывала властная одинокая мать, к такому отцу, настоящему супермену. Мишка учится на втором курсе химического факультета, пошел по стопам отца. Но решил жениться на женщине старше его по возрасту, к тому же с маленьким ребенком, простой рабочей на заводе Кате Чулковой. Так как денег на жизнь не хватает, Мишка уходит из института, идет работать. Мать в панике. Отец тоже не одобряет.
И здесь вроде как намечается конфликт отцов и детей. Губанов, не привыкший часто общаться с сыном, никак не может выйти из роли большого начальника, начинает командовать, принимать за сына решения. Но вот Катя оказалась крепким орешком, поставила товарища начальника на место и ушла. И сын, несмотря на мягкий и приветливый характер и очень уважительное отношение к отцу, сам уже может принимать самостоятельные решения. Даже прочитал отцу стихотворение Поля Элюара о любви. Отец, любитель Чехова, Толстого, Симонова и Исаковского, вздернул было бровь, услышав про западного поэта, но сын успокоил - Элюар был членом Французской компартии, наш человек.
Сын ушел, а через некоторое время, вернувшись с того самого совещания у Зампреда Совмина в Кремле, Губанов пойдет к Кате в общежитие. Не может такой человек пустить это жизненно важный для сына вопрос на самотек. А сын уже женился на Кате, и они уехали жить и работать в другой город. Об этом Василию сообщила соседка Кати по общежитию Зойка. Зойку играет выдающаяся театральная актриса МХАТа, народная артистка России, Нина Гуляева. Очень редко она снималась в кино, это одна из немногих ее киноролей. Простая рабочая девчонка, очень добрая и очень влюбчивая. И, как это обычно бывает, нашел человек в беде для себя благодарного слушателя. Высказался и легче стало. А девочка в него и влюбилась. "
Понятно, что имела Зоя ввиду под идейным, конечно, же не его партийность и коммунистическую идеологию, а воспитанность, культуру и порядочность. Где она могла так близко общаться с людьми такого уровня? И влюбилась сразу же. А Губанов просто отдохнул душой общаясь с этим светлым человечком.
И еще одна очень важная в идеологическом отношении сцена будет в самом финале фильма. Губанова вызывают в Кремль. Будет решаться его судьба. Могут и снять с должности. Но до этого еще час времени, и он дает интервью американским журналистам. Вопросы касались экономики, журналисты уже знают, что комбинат в Березовке, возможно, прекратят строить. Что произошла ошибка. Журналистов интересует, кто в этом виноват и какой выход из ситуации. В Америке в условиях рыночной экономики и конкуренции при таких обстоятельствах компания бы разорилась и прекратила существование. Рабочих на улицу, акционеры выбрасываются из небоскребов на мостовую Уолл-стрит. А как будет обстоять в социалистической плановой экономике. И Губанов рассказывает им о преимуществах советской экономической системы перед капиталистической. По существу, читает им лекцию. Это настоящие американские журналисты, аккредитованные в Москве. Им тоже заплатили за съемку, и очень щедро. По расценкам, превышающим расценки народных артистов СССР.
Кто же виновен? Допустим я. В американском обществе компания в таком случае разорятся и ликвидируется. У нас же убытки берет на себя государство. Это тяжело. Это неизбежно отражается на жизни народа. Но, если нужно, мы можем пойти на такой маневр и исправить ошибку на ходу. Если хотите, в этом одно из преимуществ нашей социалистической системы.
- А не кажется ли вам, что это бесхозяйственность, возведенная в социалистический принцип?
- Нет, не кажется. Если этот маневр даст нужный эффект, если проложит пути к новому, то это для нас главное, а не курс акций и прибыль акционеров. Вот в этом социалистический принцип.
А потом ему задали вопрос об экономическом сотрудничестве между США и СССР. Он ответил, что не верит в экономические связи между нашими странами потому, что США будет предлагать для торговли, к примеру, тот же нейлон, который производится в СССР, а то, что нужно СССР, продавать не будет, именно потому, что это нужно нам. Вот так более 50-ти лет назад был дан четкий и ясный прогноз в отношении "наших американских партнеров".
И, конечно, возник вопрос о Сталине. Возможен ли возврат к культу личности Сталина? Вот так, и до сих пор, почти 70 лет, многие, как мешком пыльным, напуганы этим "культом", нет им покоя ни ясным днем,ни темной ночью. Чем дальше от "культа", тем больше напуганных. Но ответ уже дан.
К культу нет, это уже невозможно. Но история рано или поздно должна будет более тщательно и более объективно осветить эту эпоху.
- История очень часто меняет свои оценки.
- А я говорю об истории, а не об угодливых людях.
И напоследок Губанов немного уел этих журналюг. Когда у него спросили, кто его любимый западный писатель, он ответил - Поль Элюар. У спрашивающих вытянулись лица, кто такой Элюар они не знали.
А Губанов попрощался с журналистами и быстрой походкой пошел по фойе гостиницы. Его ждали в Кремле. Но даже если его и снимут с работы, то он будет работать и рядовым инженером, строек в стране много, и каждая приближает коммунизм.
Кинофильм первоначально должен был называться "Сын коммуниста". Американских журналистов очень коробило, когда на проходной "Мосфильма" они должны были говорить в качестве пароля название картины - "сын коммуниста". Потом картину переименовали во "Время тревог и надежд". Но это название кому-то из руководства показалось двусмысленным - какое такое время тревог и что это за надежды, на что? В итоге фильм получил нейтральное название "Твой современник".
На первомайские праздники 1967 г. фильм был впервые показан на киностудии. Всем очень понравился. Но потом Райзмана вызвал к себе Председатель Комитета по кинематографии при СМ СССР А. В. Романов и предложил очень серьезные переделки. Райзман отказался и возникло полугодовое состояние неясности - выпустят фильм или нет. В октябре 1967 г. в Москве проходил Пленум ЦК КПСС и участникам Пленума показали этот фильм. Фильм был принят очень благожелательно.
Как-то в кинотеатре "Ударник" состоялось зрительское обсуждение фильма с участием его создателей. Молодая часть аудитории очень критически отнеслась к фильму, ставя в пример фильмы Марлена Хуциева "Мне 20 лет" и "Июльский дождь". В ответ выступил Николай Плотников и темпераментно, хорошо поставленным голосом привел длинную цитату из письма Ленина Кларе Цеткин из которой следовало, что критиканы ничего не поняли, и не имеют никакого права судить о том, чего не знают. Зал устроил ему бурную овацию. Позже Николай Сергеевич сознался, что все выдумал, чтобы спасти положение.
В январе 1968 г. фильм вышел на широкий экран. На Всесоюзном кинофестивале в Ленинграде в 1968 г. Юлий Райзман получил первую премию, как лучший режиссер. Николай Плотников первую премию, как лучший актер, первой премии был удостоен и художник фильма Г. Турылев.
Фильм поначалу очень широко рекламировался и показывался, но потом произошли события в Чехословакии, и идеи фильма стали восприниматься партийным руководством уже не так однозначно. Слишком уж "смелыми" могли показаться слова профессора Ниточкина о том, каким должен быть коммунист. А если каждый руководитель будет, как коммунист Губанов вот так проявлять инициативу, ставя под сомнение решения партии и правительства. Поэтому фильм потихоньку исчез с экранов кинотеатров и перестал транслироваться по телевидению Фильм, конечно, упоминался в "обойме" классики советского кинематографа, так ведь и "Великий гражданин", статья об этом фильме у нас здесь, тоже постоянно упоминался, как киноклассика, но был задвинут на самую дальнюю полку.
Это был пятый фильм, который совместно сняли режиссер Юлий Райзман и сценарист Евгений Габрилович. Он, кстати, вместе учились до революции в одной гимназии и хорошо знали друг друга с того времени. Через 10 лет Райзман снимет шестой и последний фильм по сценарию Е Габриловича "Странная женщина."
Пишите комментарии. Ставьте лайки. Подписывайтесь на наш канал.