Мы редко встречаемся. Работа, семья, заботы… Четыре подруги, как в известном культовом сериале. Но с ними мы не монтируемся, даже с большой натяжкой. Даже, если закрыть один глаз. Ну, ничего похожего. Абсолютно. Не стоит и сравнивать.
Нам уже за 50. Взрослые тетеньки. Многое позади, ушли от наших перронов наши скорые поезда, груженые не исполненными желаниями и возложенными надеждами, улетели самолеты с упущенными возможностями. Но многое у нас еще впереди. Мы в это верим. Свято.
Я прихожу первой. Как всегда. Остальные бессовестно опаздывают или только благородно задерживаются. Занимаю стол. Глазею по сторонам. В кафе в основном женщины. Компаниями и по одной. Изредка сидят мужчины, они или с семьями, или с деловыми партнерами. Ни те, ни другие мне не интересны.
Первой прибегает всклокоченная Лиля. Она когда-то считалась самой красивой девочкой в классе. Даже мальчики из других классов в нее были тайно и явно влюблены. Невысокая, ясноглазая, милая. С толстой пшеничной косой до пояса. Сейчас это полноватая женщина маленького роста, с невнятной прической, кучей разнообразных проблем, бестолковыми близкими и дальними родственниками. Она развелась с одним алкашом и моментально заменила его на другого, совершенно такого же. Обе свекрови на нее молятся. На Лилю можно сесть и ноги свесить. И даже не просто сесть, а с комфортом устроиться. Лилька- маленькая лошадка. Везет свой воз безропотно.
Она вываливает свои новости: дочь родила второго, от отца ребенка съехала. Теперь живет у нее. Новый муж Лили, она зовет его как-то по-стариковски – Юрьич, психует. Они с дочкой ругаются, малыш орет днем и ночью, старший внук - подросток, совсем отбился от рук, вчера видела с балкона, как он курит за гаражами… Короче, вырвалась из привычного домашнего уюта с большой радостью. Она не знает как наладить мир в семье. Советую выгнать Юрьича. Жалко, сопьется совсем. Советую отправить дочь обратно. Не уедет, ей здесь хорошо. Удобно. Вот как жить?
У меня нет особых новостей. Ищу для себя интересную работу и планирую, конечно, опять начать новую прекрасную жизнь. Но работа не находится, новая жизнь не начинается. Я болтаюсь без дела где-то между старым и новым счастьем. А ведь само счастье – это очень краткий миг. Когда ты ощущаешь всю прелесть и волшебство момента, как одно из самых лучших событий жизни. И прямо физически понимаешь – долго это не продлится. Счастье твое потухнет, как лампочка во мраке, которую скоро опять выключат. Так и живешь от одной вспышки счастья до другой в полной темноте бытия.
У меня вообще сбываются только странные давние детские желания. Видимо я их очень искренне загадывала, как говорится, изо всех сил. Например, мне нравилось в детстве смотреть фильмы про шпионов и как они тайно фотографируют крошечными фотоаппаратами секретные-пресекретные документы. И что бы вы думали, я несколько лет по работе ездила по всему городу заключать договора на рекламу. И до потери пульса фотографировала телефоном учредительные документы, паспорта, подписанные акты и т.д. Делала я это, отнюдь, не тайно, а вполне официально. Но когда я осознала, что именно так сбылось мое дурацкое детское желание, я четко сказала себе, что надо бы поосторожнее с мечтами, особенно с самыми заветными. Они исполняются по непонятной схеме, последовательности и важности. Ну, вот зачем мне это нелепое фотографирование?
А все мои загаданные принцы, кругосветные путешествия, неземные блага и богатства никак не сбываются. Да и сбудутся ли?
Второй приходит Елизавета. После того, как в деревне у бабушки Лизкой звали козу, маленькая Лиза решила быть только Елизаветой. И ни как иначе. Королева. Мой муж называет ее «Виндзорская лошадь». Она высокая, яркая, экстравагантная. С возрастом стала породистой, ее вытянутое «лошадиное» лицо теперь выглядит стильно и благородно. А еще она ужасно талантливая. Шьет прекрасные платья из индийских сари, лепит из глины, пишет неплохие рассказы. Даже где-то публиковалась, выставлялась… Но все это как-то несерьезно и недолго, быстро остывает и бросает, постоянно чем-то новым увлекается. Сейчас ее страсть – нарочито кособокие кружки и тарелки из керамики. Очень модные. Плохо продаются. Надо научиться работать на гончарном круге. Тогда будет огонь.
Мужчины в ее жизни постоянно меняются, как в калейдоскопе и пропадают. Бесконечная череда имен и лиц. Для Лизки не только лиц, конечно. Как ни странно, при необходимости, они всегда помогают ей и словом, и делом. Дают деньги на очередные гениальные проекты, на великие путешествия, на новую машину, на квартиру с окнами на юго-запад. Помогают с выставками, с публикациями книжек…
У Елизаветы море новостей, планов, проектов, встреч и прочей движухи. Ее дочь Настя живет в Лондоне, с женихом марроканцем. Они снимают крошечную квартирку. Такую, что в ней, чтобы зайти в туалет – нужно отогнуть матрас, на котором они с Давидом постоянно лежат. Больше там даже сесть негде. Давид работает портье в дорогущей гостинице. Живут в основном с чаевых. О будущем не думают. Ведь они лежат на матрасе в центре европейской столицы. Что еще надо? Некоторым это и не снилось! И не светит.
Я завидую ее жажде жизни, круговороту событий вокруг, как у нее все случается и получается. С ней пообщаешься, в кино ходить не надо. Даже не мечты сбываются, а исполняются желания. Хочу, значит будет. Точка. Я так не умею.
Последней появляется Катя. Женщина с загадочной улыбкой и огромными бездонными глазами.
В них понимание великой тайны жизни и снисходительное отношение ко всем непросветленным. Просто сфинкс какой-то. Опять была в Тибете. Что-то там уникальное узнала. Она умеет медитировать, дышать животом, танцевать специальные танцы, слушать и петь мантры. Да и еще много чего. Чему я даже названия не знаю. Катюха придает нашей встрече сакральный и значимый смысл.
Она «кукукнулась» на почве просветления давно. Стала отдаляться от семьи, надолго уезжать и ставить свои интересы выше детей и мужа. Дети выросли, муж ушел к молодой и покладистой. Но жизнь ее не рухнула, она преподает йогу, путешествует, встречается с такими же , как она сторонниками эзотерики. И ни о чем не жалеет.
Мы все разные, но очень рады друг другу. После обмена новостями, вспоминаем молодость. Смешные, забавные и не очень случаи, которые происходили с нами. Как будто старый фильм кто-то включил у нас в головах. И мы снова молодые, красивые, смелые и дерзкие. Никто в кафе, кроме нас, не видит этих четырех юных девчонок, которыми мы себя чувствуем. А годы… Просто система координат во времени. И только.