История эта произошла со мной в 1987 году, я тогда поехал в санаторий, где скучал ужасно. Ну представьте: молодой мужик попал в ряды глубоких пенсионеров и в основном пенсионерок даже! Это зрелище кого угодно доведет до нервного срыва. Меня тогда отправили на долечивание после серьезной аварии — ноги плохо двигались.
В палате со мной было еще двое: молодой парнишка с врожденными проблемами позвоночника и старик лет 70-ти, здоровый как бык. Ему просто дали в собесе бесплатную путевку на юг, он и поехал... Нам с погодой не больно-то повезло — дождливо было, а потому вечерами искали мы себе развлечения: то в картишки перекинемся, то в лото. Кино нам два раза в неделю привозили. А то с девчонками из соседней комнаты посидим-покалякаем. Ну, то есть девчонками это мы их в шутку называли: одной было чуть за 50 лет, другая разменяла седьмой десяток, но очень веселая дамочка была. Все время что-то занятное придумывала. Однажды говорит: «Давайте вызывать духов сегодня ночью!» Ну а что, под апрельский дождь в Адлере можно и спиритизмом заняться.
Мы готовили сеанс всерьез: купили ватман, стащили в столовой блюдце и даже свечи припасли. О технологии данного процесса я был немного наслышан. А мои «коллеги» слабо верили в то, что у нас что-то получится, но согласились охотно. В полночь мы тихонько запустили в палату девчонок, зажгли свечи, хихикая, приняли по капельке коньяка, который спрятал молодой наш «сокамерник», и принялись рисовать круг с размещенным внутри алфавитом. Усевшись кое-как вокруг сдвинутых двух прикроватных тумбочек на видавшие виды стулья с шатающимися спинками, мы начали.
Первой вызывала духа активная пенсионерка Лида. Я не помню, кем ей приходился покойный, чей вечный сон она решилась потревожить, кажется дедом, но она приступила к нему с вопросами очень по-деловому: «Когда выйдет замуж дочка? Когда удастся разменять квартиру? Как будут звать внука?» Блюдечко сначала стояло как вкопанное. Лида объяснила, что его нужно разогреть. Потом дернулось и побежало. Лидин дух отвечал охотно. Дочке пообещал свадьбу к осени, про квартиру сказал что-то невнятное: мол что вам места мало в 40 квадратах? Про внука отказался отвечать: мол, погоди, пусть сначала родится.
Потом ее товарка Аня тоже решилась на попытку. И вызвала какого-то Ивана, как я понял, сидевшего в тюрьме и там сгинувшего. Дух этого несчастного долго не хотел вступать в контакт, потом все же выдал что-то вроде: «Пошла ты!» И трепетная Аня смутилась и отдала бразды правления процессом мне.
Я застеснялся и предложил было начать деду нашему — самому старшему из участников, но он заявил, что коммунист и глупостями не занимается. «Буду я еще с какими-то покойниками разговаривать!» Он даже из-за стола вскочил, еле-еле усадили его наши дамы. «Интересно! — фыркнул я.
— А партия не запрещает тебе, Толяныч, блюдце крутить? Только вступать с духами в разговоры?»
Но неволить мы коммуниста нашего не стали. Я наконец поборол смущение и вызвал мою бабушку, умершую давным-давно, до моего поступления в школу.
Для начала спросил: «Что там, на том свете делается? Хорошо ли тебе там?» Она ответила, надо сказать, весьма разумно: «Не говори глупостей! Хочешь о чем спросить — спрашивай! Я долго не могу тут быть!» Правда-правда, именно такой текст «набегало» наше блюдце — нас пятеро было свидетелей.
Я секунду подумал и задал бабуле такой вопрос: «А правда, что у моего отца любовница? Мать вся извелась из-за этого...» Блюдце помолчало, а потом заметалось по ватману. Я сначала механически записывал, потом разобрал такой текст: «Не твоего ума дело! Старшие сами разберутся. О себе спрашивай».
Я прямо покраснел и разозлился: «Черт возьми, эти покойники еще и выволочки мне будут устраивать!» Пока я чертыхался, блюдце вдруг стало бегать само — без моих вопросов.
Аня цыкнула на меня: мол, нельзя с духами спорить и уж тем более ругаться! Я, пристыженный, уставился в листок, на котором дед-коммунист еле успевал записывать и тихонько бормотал что-то: «Заз... оторви... не... счастья». Он от напряжения аж язык высунул, как школьник. Получился у него текст такой:
«Ты, Георгий, напрасно не женился на Асе. Добрая девушка, стоящая, а вот следующая твоя зазноба — оторви и выброси! Не советую идти с ней в ЗАГС. Не будет с ней счастья тебе».
Я помню, что изумился до глубины души. Как?! Откуда кто-то в этой комнате знал про Асю? Ее никто и не называл так, кроме меня. Она вообще-то Настя. Я, нужно сказать, не больно разговорчив и никогда не открываю своих секретов первому встречному. Так что никому из соседей по номеру я точно не рассказывало бывшей подружке ни слова — клянусь! Значит, все же это был дух моей бабушки? И откуда ж у нее такие сведения о моей личной жизни? Неужто следит оттуда, с небес, за моей судьбой?! И Настю мою она раскусила правильно — девушка была добрая, это правда! Я сам не знаю, из-за чего мы, собственно, поссорились. Наверное, я был виноват... И стоило мне сделать шаг навстречу, мы бы помирились.
Только тут мне подвернулась та, кого дух бабулин назвал «следующая зазноба». Красивая — это надо признать. Моя Юлька была на год старше и очень опытная в любовных делах, я сразу это понял. Характер у нее — полком командовать, не зря моя мама сказала, что она «прибрала меня к рукам».
Да, Юлька меня крепко ухватила, мы и родителям уже сообщили про свои планы: мол, к осени собираемся жениться. Отец мрачно промолчал, а мать просто взвилась: « Не подходит она тебе!» Ну, допустим, мама как-то ее раскусила, но как на том свете какой-то дух про все это знал? Я был в шоке.
Кажется, в тот момент я понял, что занимаемся мы чем-то странным и страшным. Я отшвырнул блюдце и вышел из комнаты под бурные протесты Ани и остальных. Больше мне не хотелось стучаться в гробовые доски и призывать на беседу покойников.
Всю ночь я думал про слова бабки: про Асю, про Юльку... Конечно, слова с того света не повлияли на меня до такой степени, чтобы я отказался от брака с девушкой, в которую был тогда влюблен. Но спустя годы я очень об этом пожалел. Зря не послушался. Мой брак с Юлей длился З года, и вспоминаю я их как кошмар... Зато Ася дождалась меня, и, когда я расстался с женой, она появилась на моем горизонте как бы случайно. И мы снова стали встречаться. Не то чтобы я прислушался к совету бабкиного духа — вот еще! Но с возрастом я и сам понял: красота — это еще не все.
В браке главное — мудрость, терпение и умение прощать. А еще нужно хотеть детей. Юля категорически не желала рожать: мол, мы еще молодые, нужно погулять! Зато Ася еще до свадьбы объявила мне, что хочет троих — мальчика и двух девчонок. Думаю, бабушка моя нами довольна: у нас и правда их трое!