Примерно к концу марта Токио охватывает нежный вишневый аромат. Когда я смотрю на цветущую вишню, на душе становиться так легко.
Туманные мысли отходят на задворки моего мира, и я наконец могу выдохнуть. Пожалуй эти несколько недель цветения, мои самые любимые.
Возникает такое чувство, будто я растворяюсь. Становлюсь лепестком и парю над городом. Созерцая окружающий мир со стороны, весьма
Примерно к концу марта Токио охватывает нежный вишневый аромат. Когда я смотрю на цветущую вишню, на душе становиться так легко.
Туманные мысли отходят на задворки моего мира, и я наконец могу выдохнуть. Пожалуй эти несколько недель цветения, мои самые любимые.
Возникает такое чувство, будто я растворяюсь. Становлюсь лепестком и парю над городом. Созерцая окружающий мир со стороны, весьма забавное чувство.
Даже сейчас вспоминая эти моменты, мое сердце искриться радостью. Из меня вырывается такая наивная, но по-своему прекрасная, детская радость.
—О как же хочется опять уснуть под мощным стволом дерева, крона которого скрывает тебя от взора зевак. И всякий раз открывая глаза после сна, ощущать на себе россыпь цветов...
