Вдовствующая императрица и император Цилон стояли перед столом, на котором лежала нарта империи. На столице стол дом, в котором стол трон. У границ стояли войска. На карте лежали куклы, которые символизировали простой народ.
«Итак, мы возвращаемся к нашему разговору», - сказала императрица.
Император кивнул
«И я не жду от тебя простого ответа», - сказала она. – «Вот у нас три куклы. Одна кукла – воин или человек, который в совершенстве владеет боевыми искусствами и знает все про войну. Одна кукла – мудрец или человек, который прочитал все книги и посвящение для него - смысл жизни. Третья кукла», - императрица взяла в руки третью куклу, которая была хорошо одета. – «Нипремичательная кукла. Не обладает особыми талантами к чему-то одному. Не владеет идеально мечом и не помнит наизусть трактаты. Вот такие у нас куклы»
Императрица поставила куклу рядом с двумя другими.
«А вот это дом», - сказала императрица, показывая на карту. – «Дом, который должен возглавить один. Или воин, или мудрец, или непримечательная кукла. Выбор, может показаться простой. Но, у каждого выбора есть последствия. И сейчас ты поставишь сам каждую куклу на трон. И сам расскажешь, что будет делать кукла и другие куклы. Ты сам просчитаешь все последствия»
Цилон неуверенно кивнул. Он подошел к куклам и посмотрел на кукол в нерешительности.
«Это всего лишь куклы. Начинай с любой», - сказала императрица. Она на стул рядом со столом. Ноги у нее уже горели огнем. Но сын не должен был знать об этом.
Император взял куклу мудреца.
«Хорошо, Мудрец», - сказала императрица. – «Почему мудрец должен возгласить дом?»
«Он умен и легко сможет убедить других в том, что обладая огромными знаниями, он сможет лучше других управлять домом», - ответил император. Лицо у него было осень взволнованным.
«Что, посади его на трон», - сказал императрица.
Цилон посадил куклу на трон в доме.
«И что же дальше. Что будет делать мудрец?»
«Он будет… строить школы, развивать страну», - сказал Цилон.
«Это благородно и очень важно», - согласилась императрица. – «Однако, это высосет казну за несколько лет. Так как школы для бедных дело убыточное»
«Матушка, ты же открыла школы для бедных», - сказал император удивленно.
«Да. Это благотворительность. То есть, никакой прибыли. И эти дети, которых я обучаю в этих школах после будут работать на клан тан как хорошие специалисты. Только недавно это обучение начало окупаться. Почти 10 лет. Но, это благотворительность, повторюсь. Больницы так же. Богатые платят за обучение. Но зажиточных людей очень мало»
«Значит, казна опустеет», - сказал император.
«Да. Дом будет держаться, если мудрец не выйдет за рамки разумного», - сказала императрица. – «Но культурный подъем негативно воспримут соседи. В культурную страну перебираются мудрецы и талантливые люди, создавая нехватку там, где жили до этого. К тому же, правителям не нравится, что кто-то в другой стране лучше него. И что произойдет?»
«Они нападут?» - спросил император.
«Объясни причины этого поступка с их стороны», - сказал императрица. – «Не спеши, подумай»
Император задумался.
«Развивая культуру и образование, то есть просвещение, не будет развиваться военное дело. Военное дело может прийти даже в упадок. А соответственно и армия тоже. Дом будет слаб. И враг его разорвет, потому что казна пуста. Дом разорвут на куски»
«Верно», - сказала императрица.
«Значит, мудрец не подходит», - сказал император. Его матушка кивнул.
Цилон достал куклу мудреца и поставил на место к двум другим. И взял куклу воина.
«Значит, править домом должен воин», - сказал император.
«Он должен править домом потому что может его защитить?» - спросила императрица.
«Да», - император посадил воина в доме на трон.
«И что будет делать воин будучи хозяином дома?» - спросила матушка.
«Это очевидно. Он будет развивать военное дело и армию. Да, пострадает культура, но люди будут чувствовать себя в безопасности», - сказал Цилон.
«И?» - спросила императрица.
«Я… не понимаю… что вы хотите от меня, это лучший вариант», - сказал император и очень расстроился.
«Я не соглашусь с тобой, сынок», - сказал императрица. – «Воин потому воин, что воюет. Если он не воюет, то это уже не воин. Воин, правя домом, будет искать войну и оправдывать различными предлогами, например, увеличить дом, потому что… почему он найдет. Это значит, что будет война. И не одна. Пока будет в доме воин, будут идти войны. Победные, или нет. Не важно. А война означает голод и лишения. Лишения не только домов, еды, но близких людей. Вот каким будет дом»
Император медленно кивнул.
Он достал куклу воина из дома и взял последнюю. Цилон держал эту куклу и понимал, что эта кукла символизирует его самого. И сейчас ему было страшно. Ведь он должен был объяснить, почему эта кукла должна возглавить дом. А объяснить этого он не мог.
Императрица встала и взяла куклу из рук сына.
«Последняя кукла. Не воин и не мудрец», - сказала она. – «Но это не значит, что это плохая кукла. Эта кукла знает и трактаты, и воинское дело и традиции. И, что более важно, эту куклу с раннего детства учили возглавлять дом. Нет особой причины, почему именно эта кукла должна возглавлять дом. Но нет причин, почему она не должна возглавлять»
«Вот так», - печально сказал Цилон. Мальчик был очень расстроен.
«Но я думаю, что это лучший вариант из тех, которые тут были», - сказала императрица.
«Почему?» - удивился император. – «Я не умный, как Аю. Я не запоминаю все, как он легко. А на тренировках всегда проигрываю Юнхвэ»
«И что? Юнхвэ по уму и тебя не может догнать, хоть и старше. А Аю… он умный, но очень нежный. Война и он несовместимы. И очевидно, с самого рождения», - сказала императрица. – «Но давай посмотрим на куклу в доме и на дом. Что будет делать кукла?»
«Управлять домом», - сказал император.
«Как она будет управлять домом. Ты видел правление других кукол. Что будешь делать ты?»
Император задумался.
«В первую очередь, я бы укрепил положение дома воинами. Усилил бы армию, но не сильно. И следил бы за военным делам, но не в ущерб всему остальному. Я бы развивал и культуру. И школы. Но тоже в рамках дозволенного. Я бы, например, открыл школы. Но вот только сделал в каждом классе места для простых людей, как бы… не знаю… особые. Например, что бы в каждом классе было определенное число простолюдинов. И это число не должно вредить доходности. А после школы эти люди должны будут вернуться в свои деревни и работать там, что бы не было упадка»
«То есть деревня будет отбирать лучших, тех, кто потом вернется к ним и будет занимать должности и места», - сказала императрица.
«Да, они вернуться докторами, учителями, строителями», - сказал принц. – «И их обучение будет не в ущерб»
«Разумно», - сказала императрица.
«То есть, я не буду смотреть только туда или туда. Я буду стараться увидеть все, что происходит… как и сейчас происходит…», - сказал император. – «Так это и есть идеальное правление?»
«Каждое правление императора имеет свои особенности. Кто-то расширяет границы, кто-то культуру. И, возможно, в будущем будут больше говорить про тех, кто увеличил империю. Но это будет тогда, когда уже не будет нас. А сейчас важнее всего для тебя должен быть твой народ и его благополучие»
«Да», - кивнул император.
«Но я хочу спросить тебя, куда же ты денешь своих братьев? Какую роль ты отведешь для них в своем доме?» - спросила императрица.
Император испуганно посмотрел на кукол.
«О, ты видишь в них угрозу. Но, это не так», - сказал императрица. Вот смотри. Преданней людей, чем твои братья, тебе не сыскать. И, воин, например, станет генералом, который будет оберегать твой дом и который поведет войска в бой, если соседи нападут. Войска вести будет он, а руководить ими будешь ты, находясь дома»
«Да. Юнхвэ станет хорошим генералом», - согласился Цилон.
«А вот кто же поможет тебе в правлении знанием законов и порядков?» - спросила императрица. – «Ты не найдешь лучшего советника, который может стать и канцлером, чем Аю»
Цилон кивнул. А после обнял матушку.
«Мама, я понял», - сказал он. – «Я не буду больше задирать братьев. Я буду для них не только императором, но и братом»
«Хорошо», - с облегчением выдохнула императрица. – «Только от тебя зависит то, как сложатся ваши отношения. Если ты будешь их отдалять и дальше, то они и окажутся далеки не только мыслями, но и делами, от тебя»
Уже вечером, когда императрица находилась в своей комнате одна, с ее лица исчезла маска спокойствия.
«Ох, госпожа», - вздыхал евнух Хитару, протягивая отвар. – «Совсем вы себя замучили»
«Скоро мы поедем на источники. Там мои ноги отдохнут», - сказала императрица.
Евнух помог императрице поставить ноги в таз с водой с травами.
«сейчас бы льда», - сказал евнух.
«Мы не можем позволить себе такое расточительство сейчас», - сказала императрица. – «Если ли сведенья от следователя Сё»
«Нет. Но он очень расстроен итогами собрания», - сказал евнух. – «Он старался это скрыть, но все же…»
«Не рви мне душу, евнух. Как же я не хотела обнародовать это письмо… теперь же… я не знаю, что будет теперь… у меня нет сил думать об этом», - сказала императрица.
«Вы думаете, они заставят вас прервать траур? Но ведь осталось до его конца не так уж и много», - сказал евнух.
«Я боюсь, что нет. Есть у меня одна мысль», - сказала императрица. – «Вызови мне завтра астролога и Фа Гао. Проведи его так, что бы никто не видел. И следователь Сё пусть будет на этой встрече. Обязательно»
«Ох, вы что-то задумали», - улыбнулся евнух.
«Все, хватит пустых разговор. Мне нужно отдохнуть»
Выпив снотворное, императрица уснула. В дни, когда у нее болели ноги, уснуть без снотворного она не могла совсем.