Сегодня мы продолжим цикл заметок о Шарташском кладбище и поговорим о могиле, которую увезли из Шарташского некрополя. В качестве пролога к истории захоронения посмотрим на могилы, которые были рядом. Обзорную статью о самом кладбище можно посмотреть здесь . Ранее мы писали о захоронениях Бойцовых и Тимофеевых. Перед тем, как попасть к некрополю, мы посмотрели на Калиновские поля и болота , заглянули на старинную электростанцию в пос. Калиновском и посмотрели на заброшенный санаторий на берегу озера Шарташ.
Неподалеку находится глубоко в кустах старая домовина, на которой изображена Голгофа.
Археологи говорят, что здесь сработал интересный эффект: старое дерево потрескалось и сжалось под воздействием влаги, а надписи, ранее вычерченные в глубине, вышли наружу и стали выпуклыми.
В публикации мы привели старые фото, где дощечка с изображением является целой. Поздней осенью 2020 года она была поломана. Прапорщик Росгвардии, что живет неподалеку, утверждает, что её сломали нечаянно, когда хотели почистить снег, мол, ударили носком обуви и она развалилась. Когда мы прибыли на место, то выяснилось, что дерево за десятки лет, если не сотню, окончательно превратилось в труху...
Запомните это изображение Голгофы - оно нам ещё пригодится.
Помимо этой домовины с Голгофой на Покровском кладбище было ещё одно надгробие на могиле Егоровых, не менее интересное, на котором были написаны любопытные слова о захоронении младенца (?).
По данным историка Ю. Боровик, семья Егоровых, чьи захоронения здесь представлены, была мещанами, в 1855 году они выбыли из купцов Екатеринбурга. Из семьи старообрядцев Егоровых в середине XIX века были известны Миней Александров с женой Федосьей, сыновьями Иваном и Семеном [8].
Вернемся к домовине Астафьи - рядом с ней стоял навес, под которым были защищены от природных стихий захоронения инока Тарасия и Симеона Ключарева.
Этот навес близ Владимирской часовни удалось запечатлеть Е.Н. Бубнову [1], правда, он почему-то даже не зафиксировал тех, кто был здесь погребен. Об этом удалось узнать много позднее, после опубликования изысканий уральских и сибирских историков.
Семен Васильев сын Ключарев (1697— 1754) был сыном приходского священника с. Верходворского Хлыновского уезда. По имеющимся данным, около 1720 года был избран местным крестьянским миром священником в Вятской губернии вместо своего отца» [2]. Затем Симеон Ключарев появляется на Ирюме. Около 1720 года собор принял и поставил старейшим на Ирюме священника Вятской епархии Симеона Ключарева, ставшего незадолго до этого иереем по выбору вятских крестьян и архиерейскому постановлению. Вскоре Симеон переходит в староверие под влиянием софонтиевских старцев с Керженца, укрывавшихся в его доме [3]. Исследователями выявлено, что в 1723 году на тайном старообрядческом соборе, состоявшемся в дер. Кирсановой на Ирюме, престарелый Тарасий благословил свою библиотеку новому руководителю местных раскольничьих общин, беглому вятскому священнику Семену Васильевичу Ключареву. Более четверти века С. Ключарев возглавлял огромный старообрядческий приход с влиятельным скитским центром, имевшим прочные тайные связи не только с соседними крестьянскими мирами и заводскими поселками Урала, но и с казачьими городками и станицами на Яике [2]. Далее Симеон скрывался в различных часовнях, пока в 1750 г. не был пойман. По сведениям С.А. Белобородова, его заключили в тюрьму в Тобольске [4], где он и скончался от истощения в 1754 году.
Но слава о Симеоне была велика, и его гробницу после 1754 года перенесли из Тобольска в Шарташ, на Махаевские могилы, которые позже стали именоваться Покровским кладбищем. Там она и стояла, как показано на снимке Бубнова, до 1990-х годов.
А.П.Белоусов, который, очевидно, не был знаком со старообрядческой общиной поселения, в своих воспоминаниях записал:
"В начале 1990-х годов могила была раскопана неизвестными лицами (сейчас на этом месте видно углубление - 2х2х0,4 м)" [7].
Если бы он спросил самих старообрядцев или руководителя общины М. Панова, то ему бы ответили, что в общине было решено перенести захоронение столь значимого священнослужителя под Ревду. Те же самые сведения, степень достоверности которых высока, можно найти и в диссертационном исследовании С.А. Белобородова [5] и в изысканиях недавно почившего краеведа В. Трусова [6].
Примечательно, что П.А. Распопов, который был там, пишет:
"Не знаю, кому она принадлежит, но по описаниям как раз где-то в этих местах был скит старца Геласия. Может быть это его могила, которая до революции тоже почиталась (?)".
На могиле Симеона Ключарева можно увидеть знакомый крест и Голгофу.
В настоящее время близ могил совершаются богослужения, над ними построен навес, за захоронениями ухаживают.
Продолжение следует...
Ссылки:
1) Бубнов Е.Н. Русское деревянное зодчество Урала / Е. Н. Бубнов. — Москва : Стройиздат, 1988.
2) Духовная литература староверов востока России XVIII-ХХ вв. / ред. академик РАН Н.Н. Покровский. Новосибирск: Сибирский хронограф, 1999.
3) Староверы-часовенные на востоке России в XVIII - XX вв. Н. Н. Покровский. Москва : Памятники исторической мысли, 2002.
4) Белобородов С. А. Шарташ - старообрядческий рай (из истории "Шарташской веры" на Урале в XVIII - первой половине ХХ века) // Общественная мысль и традиции русской духовной культуры в исторических и литературных памятниках XVI-XX вв. Новосибирск: СО РАН, 2005. С. 343-352.
5) Белобородов С.А. Религиозно-организационная структура старообрядчества горнозаводского Урала во второй четверти XIX - нач. XX вв. (на примере согласия беглопоповцев / часовенных). Дисс. ... канд. ист. н. Екатеринбург, 2012.
6) Трусов В.А. Тайные захоронения старообрядческого священника Симеона // Уральский следопыт. 2019. Вып. 1.
7) Белоусов А.П. Часовни Шарташского селения в XVIII-XX веках // Уральская старина. Вып. 11. 2018. С. 158-163.
8) Боровик Ю.В. Старообрядцы уральского города во второй половине XIX - нач. ХХ в.: конфессиональное сообщество и семья Екатеринбурга. Дисс ... докт. ист. наук. Екатеринбург, 2019.