Юмашева написала про 90 летие отца,,, Занятно. В одном лишь пункте не могу с Татьяной Борисовной поспорить. При всем очевидном кошмаре «святых 90-х» людям нашего цеха нельзя не вспомнить — это были времена подлинной свободы прессы. И да, журналисты под Ельциным жировали, как никогда прежде. Телевизионщики бесспорно были бенефициарами кровавых ельцинских реформ. Поэтому многие и ностальгируют
Этот мою реплику в Фейсбуке прокомментировал коллега, самый грамотный и профессиональный редактор из ныне живущих в РФ — Александр Перов:
Отчасти так, Жень. Но только отчасти. Жировали - да. Но пассаж про подлинную свободу прессы я бы скорректировал - по крайней мере в отношении печатных СМИ. Была действительно почти полная свобода от государства (что понятно - государства-то, по сути, не было), - но практически полная зависимость от владельца и/или рекламодателя и/или кредитора. Особенно это проявилось в 96-м, когда политическая джинса достигла апогея и принесла нашему цеху такое ничем не оправданное бабло, что настоящая журналистика в последующие несколько лет просто сдохла, не в силах перенесть падение с уровня сверхдоходов до уровня просто доходов. И очухавшееся государство в начале 2000-х не преминуло этим воспользоваться.
Но всё же - вспомни - золотой век свободы на ТВ тоже был, скорее, в конце 80-х - самом начале 90-х.
Только потом вдруг внезапно возникло НТВ, родившее "уникальный журналистский коллектив", правда (ой!) выращенный за счет невозвратного бюджетного бабла (кто давал?), и работавшее совершенно определенным образом - например, в чеченском вопросе.
А уж о том, зачем, почему и для чего Гусь (Гусинский – ЕД) взялся за прессу и ТВ, я помолчу. Я в этом процессе участвовал даже не с нуля, а с минусовых значений.
Тогда же - ну, попозже чуть - Попцов плясал на третьем, БАБ прихватывал помаленьку Первый канал, подтягивая моих и твоих знакомцев на первые роли.
Нет, Жень. И на ТВ никакой свободной журналистики не было. Ибо её в принципе не существует. Была ситуация, в которой мы, молодые высокопрофессинальные дураки, подумали. что мы - четвертая власть. Точнее - нам (внимание!) сказали, что мы четвертая власть.
А термин этот - голову положу - придумали умные и хитрые представители первых трёх. Зачем? Да ясно зачем. Чтобы нами манипулировать. А через нас - всеми.
Другой мой коллега (с ним, как и с Перовым я работал в МК в 90-е) Олег Старухин вступил в полемику:
По поводу свободы слова согласен, если речь только о начале 90-х. А вот по поводу "жировали" или "были бенефициарами" можно сказать про единиц. Да и те чаще работали не журналистами, а главными или коммерческими директорами в СМИ. Среднестатистический журналист не мог позволить себе не то что виллу в Ницце или Майами, но и обычный отдых в Европе за свой счёт.
Известный военный публицист Влад Шурыгин заметил:
Да, для ТВ, особенно Гусинского было золотое время. Киселёв с его 35 000 долларов в месяц, когда ЗП в 300 долларов для 90% народа это была почти мечта, а полковник армии получал 100 долларов. А свобода? Не было её! На ТВ цензура была жесточайшая. Везде целые списки "нежелательных" и "запрещённых". В газетах было проще, но опять же все главные входили в медиаимперии и там уже самоцензура была просто образцовая. За кусок масла на хлеб...
Пост прокомментировал также и израильский публицист Авигдор Эскин (и другие):