---------------
Стоило моей жене увидеть это чуда, и она влюбилась в него. Сара уговорила меня не продавать чемодан.
Я с лёгкостью согласился. Мы и так неплохо наварились на остальных вещах, а чемодан мне и самому очень понравился, и я не хотел расставаться с ним. Он притягивал к себе, подкупал своей солидностью и элегантностью.
И я с лёгким сердцем оставил его, разместив в нашей гардеробной.
На следующее утро всё и началось.
Когда я пил свой утренний кофе, жена пожаловалась, что куда-то запропастился Питер – наш шпиц – семейный любимчик.
Я предположил, что он мог удрать к соседям через дорогу. У них тоже есть собака – сучка, и наш кобелёк частенько заглядывает к ней в гости.
Успокоив жену, я уехал по своим делам. А ближе к вечеру жена позвонила мне, и в слезах рассказывала о том, что Питер не прибегал к соседской сучке, и вообще его не могут найти.
Весь вечер и часть ночи мы провели в бесплодных поисках, распечатки объявлений о пропаже и их расклейки по району.
Ближе к утру мы, обессиленные физически и опустошённые морально, легли спать. Но нам не удалось отдохнуть.
Около девяти утра нас разбудил дверной звонок. Это был сосед. Он разыскивал свою собаку. Она тоже пропала.
Наши любимцы так и не нашлись. А в районе, в течении следующей недели пропало ещё несколько собак и кошек.
Все решили, что это дело какого-то сумасшедшего. Полицейские машины стали чаще наведываться в наш район. К ним добавились и копы на велосипедах. Они разъезжали по улицам, высматривая что-нибудь подозрительное, но им не удалось никого поймать, а пропажи животных прекратились.
Жители нашего района успокоились, а мы с женой смирились с вероятной гибелью нашей собаки.
Но спокойная жизнь продолжалась недолго.
Дней через десять мы были потрясены новостью о том, что у молодой пары, проживающей через два дома от нас, пропали дети.
Двое мальчишек-близнецов. Им было лет по восемь. Мать, заглянувшая утром к ним в комнату, обнаружила лишь пустые кровати.
Что тут началось! К поискам полиции присоединилось FBI . Район был оцеплен. Опрашивали жителей. Обыскивали дома. Но всё безрезультатно. Мальчишки словно испарились. Никто ничего не видел, а следов борьбы или похищения полиция не обнаружила.
Жители были напуганы не на шутку. Следующий месяц мы прожили как при осадном положении. Кроме полиции, мы сами следили друг за другом. Был объявлен негласный комендантский час в районе. После девяти вечера улицы и дворы словно вымирали. Детей загоняли по домам. Были врезаны дополнительные запоры и замки, установлены камеры видеонаблюдения, куплено оружие для самообороны.
Так прошёл месяц. Ничего больше не происходило. Люди устали постоянно бояться и постепенно стали возвращаться к обычному образу жизни. Произошедший кошмар воспринимался ими уже как что-то далёкое и случившееся не с ними.
В спокойствии прошёл и второй месяц. И третий весенний месяц уже подходил к концу, когда произошло очередное исчезновение.
Соседская девочка-подросток не вернулась домой. Она с компанией с друзей уехала вечером на машине к одной из подруг, и собиралась заночевать у неё. Но поссорилась с именинницей и психанув, бросила гуляющую компанию.
В свой дом она больше не вернулась.
Родители не сразу подняли тревогу. Девчонка была из трудных подростков. Частенько убегала из дома, но погуляв пару дней, всегда возвращалась.
Родители забили тревогу только через трое суток, когда не смогли дозвониться до своей блудной дочери.
И началась повторная карусель с полицией; опросы, расследование. Но так, как не было конкретно известно, что девчонка пропала из нашего района, то и действия полиции не были столь тотальными и жесткими.
Эта суматоха как-то проходила мимо меня, не сильно цепляя внимания. И сейчас, когда двое полицейских, удобно устроившись на диване в нашей гостиной, опрашивали меня, я слушал их в пол-уха. Я больше был озабочен воспоминаниями о странном происшествии, случившемся в ту ночь, когда девчонка якобы не вернулась домой.
Я неплохо так вечером напился пива, и под утро мне приспичило в туалет. Когда я шёл в уборную, то заметил открытую дверь в нашу гардеробную. Я ещё тогда чертыхнулся на жену. Забыла закрыть, а я с спросонья чуть не уткнулся лбом в неё.
Закрывая дверь, я увидел, что наше приобретение – старый чемодан, стоит почему-то не в углу, а по середине гардеробной. И в полутьме мне показалось, что бока его сильно раздуты.
Неправильное местоположение чемодана и округлость его боков я отметил машинально - краем сознания. Мне в тот момент было совсем не до рассматривания деталей. Мой организм просто вопил о необходимости посещения уборной.
Пока я опорожнял кишечник из моей головы вылетели все лишние мысли, и я благополучно забыл о том, что увидел. А утром, когда я зашёл в гардеробную за бельём, чемодан стоял на своём месте и мне ничего не вспомнилось.
Но сейчас, когда полицейские опрашивали меня, забытые моменты моего ночного хождения в туалет почему-то всплыли в моей памяти и не давали мне покоя. Особенно отчётливо я видел перед собой странную пульсацию раздутых боков чемодана.
Мне очень хотелось, вместо дачи показаний, подняться наверх, вытащить на свет божий чемодан и открыть его. Хотелось так сильно, что приходилось с трудом сдерживать себя, контролируя свои движения.
Было бы очень странно с моей стороны вскочить и побежать наверх. Чтобы подумали полицейские? Сейчас, когда нервы у всех накалены, любое неадекватное поведение может вызвать массу кривотолков и подозрений. А мне оно не надо! Я почему-то это чувствовал каким-то шестым чувством самосохранения.
Еле дождавшись, когда полицейские закончат задавать свои вопросы, я выпроводил их, взлетел по лестнице наверх и ворвался в гардеробную. Включив свет, я вытащил чемодан на середину комнаты и положив его дном вниз – открыл.
Чемодан был пуст. Так же пуст, как и при первом моём осмотре. И бока его не были раздуты. Обычный чемодан! Да, дорогой! Да, старый! Но обычный!
Только вот запах!.. Сквозь запахи кожи и какого-то парфюма, которые я запомнил, исследуя раньше своё приобретение, пробивался какой-то химический запах. Вернее, не так. Запах был не совсем химический, но неприятный и главное знакомый. Только как я не принюхивался, я не мог вспомнить, что он мне напоминал.
Так и не вспомнив, я закрыл чемодан и поставил его в угол. Беспокоившие меня мысли куда-то делись. Теперь я уже и не мог сказать почему меня так встревожили ночные воспоминания. Скорее всего они были результатом совокупной мешанины моего непроснувшегося разума и замысловатой игры теней в слабоосвещённой комнате.
Успокоенный я благополучно забыл обо всём до следующей пропажи!
А случилась она совсем скоро. Всего через две недели после исчезновения девчонки.
На этот раз исчез мужчина.
Пожилая пара купила себе дом в нашем районе около года назад. Их участок граничил с нашим задним двором.
Страдающий бессонницей мужчина, вышел подышать свежим воздухом, и всё… Обратно он уже не вернулся.
Утром, после рассказа моей женой этой истории, у меня в голове что-то щёлкнула. Я отставил недопитый кофе, и не прислушиваясь больше к словам жены, встал из-за стола и поднялся наверх.
Осторожно, с каким-то затаённым страхом, я открыл дверь в гардеробную и включил свет…
Чемодан стоял в углу.
Я выдохнул. Я и сам не заметил, что сдерживал дыхание, пока открывал дверь и включал свет.
Я зашёл в комнату и подошёл к чемодану. И сердце у меня замерло, пропуская удар!..
Кожа на боках чемодана была натянута. Не сильно. Она чуть выпирала по серединам, возвращаясь в свои нормальные состояния ближе к краям. И она пульсировала. Совсем слегка!., но сейчас, при хорошем освещении, я не мог ошибиться. Я отчётливо видел, как бока чемодан слегка подрагивает и по его бокам пробегает еле заметная, дрожащая рябь.
Я с трудом сглотнул скопившуюся слюну и, против воли, сам не зная зачем я это делаю, потянулся рукой к ручке чемодана.
Ухватился!..
Ничего не произошло. Но дрожь, пробивающую чемодан, я видел теперь не только глазами, а стал ощущать и ладонью.
Я потянул чемодан на себя, собираясь вытащить его из угла.
Тяжёлый!.. Он стал тяжелее в несколько раз!
Я добавил усилий, и чемодан нехотя, словно не желая покидать своё убежище, выкатился из угла.
Кряхтя, я повалил его на бок, и попытался открыть, чтобы увидеть, что там внутри.
Меня постигла неудача. Замки даже не шелохнулись. Откидные планки словно приварили. Повозившись с минуту, я оставил свои бесплотные попытки, и встав, раздосадовано пнул носком туфли чемодан.
Из закрытого нутра чемодана раздалось недовольное, злобное рычание!..
Да!.. Я не придумал!.. Чемодан зарычал на меня!
Я отпрыгнул назад и застыл в нелепой позе, пребывая одновременно в испуганном и ошеломлённом состоянии.
Так я простоял с полминуты, но из чемодана больше не доносилось никаких звуков. Он спокойно лежал, слегка подрагивая полными боками.
Тогда я потихоньку, пятясь задом выскользнул из гардеробной и захлопнул дверь. Причём закрыл её на замок, и вынул ключ из замочной скважины.
Я простоял наверху ещё минут пять, приходя в себя.
Только когда я услышал шум машины жены, которая уехала на работу, я нашёл в себе силы и спустился вниз.
Весь день я, сославшись на нездоровье, провел дома.
Приходили полицейские. Расспрашивали про пропавшего соседа. Я им ничем не смог помочь. Я ничего не видел, а свои подозрения я оставил при себе – не сильно хочется сойти за сумасшедшего.
Когда полицейские ушли, я развернул кресло в гостиной так, чтобы мне был виден вход в гардеробную, и провел весь день, сидя в нём и наблюдая за дверью.
Лишь под вечер, когда вот-вот должна была вернуться жена, я решился.
Вооружившись каминной кочергой. Я поднялся по лестнице, отпер закрытую комнату и приготовившись к возможному нападению, распахнул дверь.
Ничего не произошло. Внутри всё осталось так же, как и при моём поспешном покидании гардеробной. Вещи находились на своих местах. А чемодан лежал на боку почти посередине комнаты.
Вид у него сейчас был привычный. Ни каких раздутых боков и содроганий.
Я осторожно зашёл и ткнул чемодан кочергой. Не последовало никакой реакции. Обычный кожаный чемодан. Я потыкал ещё несколько раз. Результат остался прежний.
Осмелев, я подошел к чемодану и, наклонившись, осторожно надавил пальцем на замок. Запорная планка, с лёгким металлическим щелчком, откинулась. Я не удивился. Чего-то подобного я ожидал. Открыв второй замок, я аккуратно (всё же я не до конца был уверен в своей догадке) приоткрыл крышку.
Как я и предполагал, чемодан оказался пуст.
Уже бес опаски я откинул крышку до конца. Тёмный атлас подкладки был чистым, только цвет его стал ещё темнее, или мне показалось. Я не уверен.
И запах!.. неприятный запах стал сильнее и.., что ли гуще. И теперь я его узнал. Это был запах блевотины!..
Когда тебя выворачивает, и ты стоишь, согнувшись, над лужей остатков непереваренной пиши, плавающих в желудочном соке, тебе в нос бьёт этот ошеломляющий запах.
Вот так несло сейчас из чемодана.
Не давая себе времени на раздумывания или осмысления причин появления этого запаха, я захлопнул крышку, схватил первую попавшуюся простынь с полки, и завернул в неё чемодан.
Подхватив получившейся узел, я спустился вниз - в подвал, и спрятал его там, среди всякого старого барахла.
Я не стал говорить приехавшей жене о своём поступке (если спросит где чемодан, скажу, что мне предложили хорошую цену и я его продал) и мы провели спокойный вечер вместе. Насколько он может быть спокойным в данной ситуации, когда вокруг пропадают люди и все разговоры сводятся к обсуждению этого.
Спать мы легли не поздно, и я на удивление, хорошо выспался. Когда я проснулся, жены рядом со мной не было, хотя было ещё слишком рано, а она любительница поспать. Я в начале не придал её отсутствию особого значения. Перевернулся на спину сладко подтягиваясь. Но потом, что-то кольнуло в груди – какое-то смутное беспокойство.
---------------
часть3