Да, всё-таки Э. Рязанов был гением. Так ввернуть в свой фильм шутку, которая не потеряет актуальность и спустя почти 50 лет после выхода киноленты на экран. Я о Прокофье Людмиловне.
Информационным поводом к этой публикации стало сообщение, появившееся в Интернете, о PR-менеджере Ресурсного центра для ЛГБТ, которая обратилась в судебные инстанции для того, чтобы ей не мешали сменить отчество на матчество и отразить этот интересный факт во всех документах.
Звучит непривычно, но это ещё туда-сюда. Можно привыкнуть, и не к тому привыкали.
Социальный вызов? Ещё какой! Отнести себя к когорте особых, избранных по любому поводу - пусть даже поводом этим ты обязан не себе, а природе, если не чему-нибудь другому. И любой ценой - наплевать на всех. Эпатаж? Да на то она и специалист в области PR - не метлой во дворе своём машет.
Либеральное "личность превыше всего" легко и вовремя прячется за "Это моё личное дело, [и дело взаимоотношений в моей семье]". В том, что вопрос о психотравмах, полученных в детстве, решается "общественно опасным" способом или по крайней мере может затронуть интересы других людей, - противоречий не обнаруживается. Причём тут мы? В народе говорят "хоть горшком назови...", но ведь так важно всех поставить на уши своей бесконечной эгоцентричной "носьбой" с самой с собой. Нельзя допустить, чтобы закон каждый раз "проседал" под давлением капризов граждан.
А как быть с другими?! Вот с этими, что имеют образование, вкус, чувство собственного достоинства. Помните?
– Борменталь!
– Нет, уж вы меня по имени и отчеству, пожалуйста, называйте!
Отозвался Борменталь, меняясь в лице.
Нужно заметить, что в эти шесть дней хирург ухитрился восемь раз поссориться со своим воспитанником. И атмосфера в обуховских комнатах была душная.
– Ну и меня называйте по имени и отчеству! – совершенно основательно ответил Шариков.
– Нет! – загремел в дверях Филипп Филиппович, – по такому имени и отчеству в моей квартире я вас не разрешу называть. Если вам угодно, чтобы вас перестали именовать фамильярно «Шариков», и я и доктор Борменталь будем называть вас «господин Шариков».
– Я не господин, господа все в Париже! – отлаял Шариков.
Кажется, что мы всё это мы уже проходили, и знаем теперь точно, что это... "Швондерова работа!" Швондер, который стоял за спиной у булгаковского Шарикова, и тот, что стоит рядом с PR-менеджером из Екатеринбурга, выглядит теперь по-другому: революционную чёрную куртку сменил на современный модный прикид, - да только всё о том же талдычит и мечтает об одном, как бы пересадить бы ИХ ценности на НАШУ почву. И роняет, и роняет семена ненависти, вражды, гражданской войны в России. По чуть-чуть.
Ведь "если угодно", к вам сейчас будут обращаться, как вашей душе угодно: и г-жа, и товарищ, и, на американский манер - без отчества, и ником, и кличкой, и псевдонимом... Но ведь и этого теперь мало, надо повыёживаться, поизголяться... либеральному меньшинству над "подавляющем большинством", чтящим традиции (а чего такого?! ну чтят - это преступление?).
И в заключение о ЛГБТ. Тяга к агрессии, к эпатажу раздражает людей, располагает их против, заставляет дистанцироваться. Если это голый PR - то это PR, который вредит движению. Можно бороться за права, когда действительно права попраны, когда человек унижен или ему грозит гибель. Любой порядочный человек поддержит вас, но если вы боретесь, чтобы вас звали и посылали "по маме"... Варитесь в своей каше, это неинтересно.