Казалось, в этот последний вечер октября природа очень сильно разозлилась. Поднялся ветер, ломая деревья и обрывая провода. А потом стеной встал дождь, к ночи превысив все допустимые месячные нормы осадков. Такого светопреставления город не видел давно.
Машина мчалась по городу, игнорируя красный свет. Водитель сжимался от страха – видимость была почти нулевой. Но и ситуация была критической.
- Гони быстрее, не останавливайся, дело жизни и смерти. Если что, потом разберемся, - приказал водителю мужчина на заднем сидении, одновременно пытаясь успокоить кричащую от боли женщину.
Получалось плохо. Она на мгновение замолкала, а потом снова издавала душераздирающий вой. Но вот уже ворота больницы. Ночь, въезд на территорию закрыт, а бежать в приемную за санитарами – терять драгоценное время. Подхватив женщину на руки, он понес ее в приемное отделение. Снова этот крик, который не мог заглушить даже сильный ливень.
- Носилки, быстро, - заорал санитар у входа, бросив недокуренную сигарету. Он увидел мужчину, бегущего к больнице с женщиной на руках и понял, что ситуация серьезная.
- В операционную, и врача срочно - мгновенно оценив ситуацию, скомандовала медсестра, на ходу просматривая мокрую карточку, который мужчина передал ей. – Срок?
- По плану через неделю должны были ложиться к вам и через две рожать, все было в порядке, позавчера у врача были, - сбивчиво объяснял мужчина в окровавленном костюме.
- Что-то могло спровоцировать?
- Да ничего, мы смотрели кино, потом спать легли. И тут крик. Простыня в крови. Ну мы и к вам сразу. Полчаса прошло, не больше. Город пустой, быстро доехали.
- Странно, ну вот и врач. Повезло вам, он вас вел и сегодня его дежурство. Все, мужчина, сидите здесь, постараемся сделать все, что в наши силах.
Дверь операционной захлопнулась.
- Сделайте что-нибудь, это чудовище меня разрывает изнутри, будь оно проклято, - кричала женщина. Кажется, этот крик услышали во всех соседних палатах.
- Анестезию, - дал команду врач.
Пожилая медсестра перекрестилась, покосившись на женщину. Такое за всю свою долгую практику она слышала впервые. Она видела маргинальных мамаш, курящих на заднем дворе, отказывающихся от детей. Но проклинать во время родов… Покачала головой.
- Морозова, что же с тобой случилось. Ты же позавчера была здорова как кобыла, - задумчиво комментировал врач, делая надрез.
- Большая кровопотеря, - заметил ассистент.
- Вижу. Вообще не по плану. Она должна была сама рожать, никаких проблем не намечалось, а теперь экстренное… Блин. Как так?
- Никаких травм вроде нет, муж говорит, все было в порядке, посмотрели кино и легли спать. И проснулись, когда все началось.
- Ох, не нравится она мне. Многовато крови потеряла, следи за показаниями. Так, ребенок жив, и то хорошо, - врач передал медсестре младенца. – Зашиваем.
- Пульса нет. Мы ее теряем.
- Вот черт, как чувствовал. Дефибриллятор, живо.
- Разряд.
- Ничего.
- Еще раз.
Позади заорал младенец.
- Бесполезно.
- Еще раз.
- Ее уже нет. Слишком большая кровопотеря. Сердце не справилось.
- Еще раз. Вы знаете, кто ее муж? Он нас в бетон закатает на любой из своих строек, и ему ничего за это не будет. Жить надоело? Разряд.
- Ничего. Все, хватит. Время смерти 00:47.
Ассистент устало присел на кушетку, стащил с головы шапочку и уставился в стену. Врач наконец успокоился и присел рядом, но руки у него дрожали.
- Я не понимаю, что с ней случилось. Этого просто не должно было случиться. Я за нее вообще не переживал – все было идеально. Как так?
- Вскрытие покажет. Может быть.
- Кто выйдет к нему и скажет? Ах, ну да. Я пойду. Только посижу еще минутку.
В операционной стало тихо. Даже младенец замолчал.
Врач, наконец, встал. Медсестра подошла к нему с ребенком на руках.
- Вы покажите ему девочку-то. Все ж ребенок выжил, может смягчится, не зверь же он.
- Ну пойдемте, Галя, вместе.
Они вышли. Мужчина сидел в коридоре, прижав ладони к вискам. Сейчас он не выглядел опасным, скорее наоборот. С надеждой взглянул на врача, но все понял по лицу.
- Не спасли?
- Я сожалею. Слишком большая кровопотеря, сердце не справилось. Но ваша дочь выжила.
Медсестра протянула ему сверток. Мужчина рассеяно взглянул, но в руки не взял. Только кивнул.
- Унесите, - шепнул врач. Медсестра бесшумно удалилась.
Врач присел рядом. Долго молчал, но надо было объясниться.
- Борис Дмитриевич, я не понимаю, почему так произошло. Я ее вел, все должно было пройти гладко и в срок. Будет комиссия, вскрытие…
- Не надо, доктор. Не сейчас.
- Хорошо.
- Она как будто что-то чувствовала. За неделю примерно – ей начали сниться кошмары. Потом она потребовала убрать из дома все зеркала – что-то ей там виделось. Ну я подумал – бабья блажь, а она истерики закатывала. Убрал, только чтобы успокоилась. Вроде успокоилась. Из дома не выходила, ничего тяжелее чашки не поднимала. Старалась поберечь себя. Все, что просила – все делалось.
- Странно. Вот так внезапно.
- Я когда проснулся от ее крика и свет включил… Там было столько крови. Я никогда в жизни не видел столько крови.
- Видимо, это и стало причиной. Я вас оставлю, мне надо составить отчет.
- Можно мне побыть с ней?
- Да, посидите. Я к вам подойду позже.
Врач удалился. В ординаторской со страхом ожидали вердикта ассистент и анестезиолог. Надо было их успокоить.
- Вроде пронесло, - шепнул врач. Надо садиться за отчет.
Вздох облегчения пронесся по ординаторской.
- А на ребенка-то даже не глянул, - задумчиво произнесла медсестра.
- Галя, он пока в шоке. Потом посмотрит. Там явно все непросто, но нас он вроде не винит. Так что еще поживем.
- А эта… покойница… Почему она так ненавидела ребенка? Прокляла перед смертью.
- Ох, Галя, от такой боли можно и не то сказать. А ей было очень больно. Она ждала этого ребенка и, наверное, любила. А тут рассудок помутился.
- Ой не знаю, я 30 лет роды принимаю, и первый раз такое. У меня волосы на голове зашевелились.
- Все, не будем об этом. И ему не вздумай сказать. Все, иди отдыхай, пока все тихо.
Борис Дмитриевич вошел в операционную. Тусклый свет освещал бледное лицо жены. Она стала какой-то маленькой и беззащитной, совсем непохожей на ту роковую женщину, которую он когда-то увидел и запал так, что сразу повел ее под венец, хотя все знакомые крутили пальцем у виска со словами «совсем разум потерял». Провел рукой по волосам. По лицу. Еще теплая. Но ее уже нет. Долго сидел, пытаясь осознать, что это все, конец.
- Прости, Варечка. За мои грехи ты смерть приняла. Это мои руки в крови по локоть, а ты свою пролила.
Смотреть на нее было невыносимо. Чувство вины сжимало сердце холодной когтистой лапкой. Старый дурак, сгубил девчонку – ей бы еще жить да жить, она тебе в дочери годилась. А ты… В дочери… Где-то в соседней палате сейчас лежит его новорожденная дочь. Нет, не могу, не сейчас. Приду завтра.
Взглянул последний раз, прикрыл за собой дверь и пошел по полутемному коридору к выходу.
Дождь закончился. На входе курил врач. Увидев Бориса Дмитриевича, он шагнул было к нему, но тот поднял ладонь со словами «Не сейчас. Завтра приеду». Сел в машину и уехал.
Водитель молчал, без слов понял, что произошло. Они уже не гнали по городу. Незачем было.
- Ты это… отгони машину на мойку, помой там все… Салон… Завтра отдыхай.
Водитель кивнул.
Борис Дмитриевич зашел в дом, не включая свет прошел в спальню. Пятно крови на кровати казалось огромным. Прошел в гостиную, налил коньяка и лег на диван. Занималось серенькое утро, а он погрузился в воспоминания.
__________________________
Продолжение
https://zen.yandex.ru/media/koshka_shredingera/zerkala-chast-2-601b8282c5e03772694d8e82
___________________________
Что еще почитать у меня:
Ангел-хранитель (1-42 части)
https://zen.yandex.ru/media/koshka_shredingera/angelhranitel-chast-1-5fd6020a33ed420c3f27a067
Старый дом (1-29 части)
https://zen.yandex.ru/media/koshka_shredingera/staryi-dom-chast-1-5fa08ce749e00863ebd6588f
Когда я умер (рассказ)
https://zen.yandex.ru/media/koshka_shredingera/kogda-ia-umer-5d9cdf888600e100ad72eb45