Недавно мне попалась интересная статья практикующего психолога. Катерина Мурашова в интервью изданию «Новый проспект» рассказала о том, что современные родители все чаще обращаются с такой проблемой своего ребёнка: «Он ничего не хочет». Не только 30 лет назад, но даже 7 лет назад об этом не знали вообще.
Как оказывается, ребёнок мог заниматься в престижной гимназии, готовиться к ЕГЭ с репетиторами, изучать китайский и играть в большой теннис. Но вот он поступил в вуз – и отчисляется с 1-го, 2-го курса. Он ничего не хочет, лежит на диване. Почему? И вот такого человека приводят к психологу лечить депрессию, как думают родители.
К. Мурашова говорит о своём опыте общения с таким молодым человеком:
« У человека прекрасная речь, он хорошо образован, он знает больше, чем я. Но результат беседы меня напугал. Он не знает, кто он такой! Его как будто нет! Он не сформировался».
Не сформировался в 19-20 лет! Вот это страшно. И это реалии нашего времени. В чём же причина? «А как он мог сформироваться, если его переставляли, как сумку, на протяжении всей его жизни?» – рассуждает психолог.
И главный её вывод: у ребенка должен быть дефицит, который заставит его спросить себя: «А я сам чего хочу?» Дефицит развлечений, родительского внимания, игрушек, кружков, знаний, книжек.
Оказывается, хорошо, что у нас в детстве чего-нибудь не было из перечисленного. Не стоит упрекать за это родителей. Если бы был переизбыток, мы с вами точно ничего бы не хотели, потому что были бы всем перекормлены. «Зажрались», – говорят про таких в народе.
Личность формируется и взрослеет в борьбе и внутренних переживаниях, в трудных испытаниях. А гиперопека травмирует психику ребёнка. В культуре и литературе достаточно примеров по этой теме.
Вспомнить можно здесь биографии наших отечественных писателей. Например, Тургенева, воспитывавшегося деспотичной матерью, и во взрослом его возрасте требовавшей от сына, чтоб писал с каждой почтой, не то крепостной мальчишка будет выпорот по его милости.
А Салтыков-Щедрин, в «Пошехонской старине» помянувший свою не менее деспотичную мать? У Некрасова и Достоевского были «трудные» отцы. А у Моцарта с Бетховеном отцы заставляли с раннего детства покорять музыкальное мастерство. Отец Карла Брюллова мучил мальчика – принуждал рисовать положенное количество работ, иначе не допускал до обеденного стола болезненного мальчика. Вот уж точно эти великие испытывали дефицит принятия, безусловной любви, а родители-абьюзеры, по современной терминологии, самоутверждались за их счёт! Другой вопрос – о психическом здоровье выдающихся людей.
Вот такие размышления!
Какие примеры по теме из биографий великих людей, литературных героев вы вспомните? Или поделитесь своим опытом преодоления «дефицита»?
