Помню, как мы были пацанами, и у нас во дворе на предприятии была производственная столярная мастерская. Она была совсем небольшая. Но мы туда очень часто забегали. Раньше не было жёсткого режима, закрытости и пропускных систем не было. И мы могли бегать, где хотели.
Там, помню, такой мощный запах дерева стоял, все было в опилках. А директор там был заядлый лыжник, и вся семья его тоже увлекалась ездой на лыжах. И они в столярную мастерскую частенько приносили лыжи и дорабатывали их: подшкуривали, натирали специальными мазями, прогревали и так далее. Ну в общем, у них там был периодический процесс подготовки лыж. А так как мы туда прибегали, Анатолий Фёдорович, директор, прям тут же перед нами вытачивал, например, саблю пиратскую и вручал нам. Он любил детей и для нас делал подарки.
Это ведь он и был инициатором всех детских площадок: турники, брусья, лестницы, канаты. Все это было его заслугой в наших дворах.
И получается, что мы, дети, вокруг него постоянно и вились.
А помню, у него хозяйство своё было: он картошку наварит, несёт свинюшкам своим. И тут же прибежит орда ребятишек, он всем тут же раздаст по картошине, и считай животным ничего не осталось. Зато детям отдал. А нам тогда казалось, что вкуснее еды не было! Сварено было с душой.
Вот такие были времена, когда директор был на одном уровне со всеми. Когда человеческие отношения между людьми были простые и обыденные. Времена, когда мечь детям делал дядя Толя, а не директор столярной мастерской.