Приветствую вас - любителей приборного поиска и моих небольших рассказов о нём, а также просто случайных людей, зашедших на канал. Сегодня я хочу предложить вам историю одной весьма любопытной находки, что случилась этой осенью в дремучем лесу, вдали от всех жилых и заброшенных деревень, торговых путей и старых заросших дорог.
Речь пойдет о монете, которая не является редкой сама по себе и не стоит больших денег по каталогу, однако найти её в наших широтах было для меня весьма неожиданно.
И приятно, черт возьми, поскольку с начала сезона урожай был не велик – попадалась всё больше медь, убитая напрочь сырой глинистой почвой и монеты советского периода нашей истории разной степени сохранности. Поэтому когда в комке откинутой земли блеснул ярким светом белый кружочек, я можно сказать наконец-то вздохнул с облегчением – вот оно, долгожданное, заветное серебро.
Осень в этом году раздавала долги за крайне скудное на тёплые дни дождливое лето. Палитра красок в лесу неисчислима. Яркое не по сезону солнце пробивает лучами листву и под кронами деревьев воздух словно горит.
Проснулся рано – не было ещё и шести. Быстрый завтрак и сборы заняли не более получаса. Предстояло определиться с маршрутом, и как всегда этот вопрос был самым неоднозначным.
Далеко ехать не хотелось. Но и рядом ничего интересного давно уже не осталось. Случайно я вспомнил про это место в лесу. Это был очень старый лес. Огромные стволы поваленных деревьев создали там замысловатый лабиринт, блуждать по которому можно было часами.
Но на этом список положительных качеств исчерпывался.
Практического значения для копа это место не могло иметь. Я понимал это логически довольно чётко. Здесь – если верить картам, - не было никогда старых дорог и даже русла небольших рек прокладывали свой путь в некотором отдалении.
Забрёл я сюда случайно. Со мной такое бывает иногда – ритмичные движения и тишина леса постепенно погружают меня в медитативное состояние и я могу зайти буквально чёрт знает куда, если долго не будет хороших копаемых сигналов.
Так я и обнаружил себя однажды в этой части леса. Мне понравилось таинственное очарование вековых деревьев и та особенная тишина, свойственная лесам действительно старым. Я отметил место в навигаторе, и вот теперь снова вернулся сюда.
Неожиданная находка… Можно ли вообще в принципе использовать такое выражение в нашем деле, где добрая половина успеха построена на случайностях и банальном везении? Но мне думается, что всё-таки можно, поскольку так или иначе, но большинство находок довольно предсказуемы, и даже самые ценные и уникальные из них.
Найти же монету, не имеющую хождения в Российской Империи – по крайней мере на исконной её части – что это – удача, стечение обстоятельств, знак судьбы?
Ровный ряд жёлтых листьев. Прямая, но слишком широкая борозда под ними. Возможно, пожарная просека, хотя что ей делать в лесной глуши. Но я иду именно по ней, и по привычке – точнее, по одной из них, представляю, что рядом со мной находится человек, который учится у меня работе с прибором.
По ходу дела я объясняю ему, какие, например, бывают сигналы. Вот это чёрный – низкий тон звука, цифровая идентификация в диапазоне до первой дюжины. Такие сигналы по преимуществу мы игнорируем. Бывают конечно исключения, но это отдельная история.
А вот уже сигнал хороший. Слышишь, как звенит? Очень хорошо звенит, я бы сказал. Смотри на цифры теперь. 88-90 показывает прибор. Очень хорошие цифры. В лесу такие цифры на вес золота. Или по крайней мере - серебра.
Я втыкаю лопату в землю, и в первом же отвале показывается часть блестящего кружочка. Я вижу герб, но что это за монета, пока не понятно. Тут нужно сказать ещё кое-что.
У меня есть мечта. Нет, я не буду повторять сейчас знаменитую речь Мартина Лютера Кинга. Возможно, всё несколько проще. Я хочу найти полтину Петровских времён. Желательно редкого года и в хорошем сохране. Не знаю почему, но с некоторых пор это стало моей навязчивой идеей.
Ну, или почти стало.
Кстати, что это не монета моей мечты, я сразу понял. Даже не успел испугаться. Она была тоньше – очень тонкая, и по размеру небольшая совсем. Средняя такая монетка. 30 копеек 2 злотых, 1839 год. Варшавский монетный двор.
Дальше ходить не имеет смысла. Я разжигаю костёр, достаю из рюкзака термос с горячим чаем. Пообедав, долго лежу на мягкой, прогретой солнцем траве. Небольшой ветер в верхней части леса сбивает листву с тополей, и она медленно кружится, падает на землю.
Рассматривая монету, вспоминаю, что Польша на тот момент была часть Российской Империи. Ассоциативный ряд немедленно достраивает себя полонезом Огинского, хотя это было, кажется, несколько раньше.
Так и звучала в голове у меня эта гордая музыка всю дорогу домой…