Мы не спеша прошли в комнату отдыха чтобы согреться и выпить еще кофе. Присели. – А можно воспользоваться здешними микроскопами чтобы детально посмотреть на мои образцы?, - вопросительно заговорщицки прошептала Эля, доставая пакет.
- Конечно, можно. Фу, фу, не доставай здесь!
И тут погас свет. Окна в комнате отдыха не было и нас окутала темень.
-Опа, ча!,- одновременно отчеканили мы слова, а я продолжил:
- Что это еще за хрень? Только этого не хватало!
- Та не нервничай ты,- звонко и мягко сказала Эля.
- Пойду к щитку, и если что- тут есть автономные генераторы на дизеле, посиди.
Я вышел и открыл настежь дверь в коридор чтобы ей было не так темно.
Когда я проверял электрощиток в коридоре то с удивлением отметил, что дверь она закрыла, и подумал, что идёт ко мне, поэтому напрягся.
Однако она не подходила, и ситуация была более чем странная. На щитке было всё включено, но тока не было. Генераторы запускались и глохли. У меня от волнения и растерянности очень пересохло во рту и заныло под сердцем.
Я дрожащими руками набрал номер Лёни, но и в трубке был один щелчок, а потом тишина. Бегом прибежал в комнату отдыха и вновь распахнул дверь.
-Ты здесь?
-Ага.
Я посветил телефоном чтобы увидеть куда мне двигаться и присел на диван рядом с нею. Кровь бухала в виски.
-Боишься?,- услышал я простое и осторожное.
-Не то слово.
-А какое слово?, - она дотронулась ладонью к моей.
- Ну не то чтобы боюсь, но волнуюсь, переживаю
-Почему?,- ребёнок в ней не унимался.
- Ну как почему? Что случилось, когда починят, как без света.
-Это так важно прямо сейчас?
-Ну да, надо же что-то делать
-Кому надо?
-Издеваешься? Человек не может инертно просто ждать и нифига не делать, не предпринимать.
-Ещё как может! Иногда нужно остановится и поразмышлять. Посмотреть на себя со стороны и оценить кто ты. Не в этой ситуации, а вообще. И почему именно я боюсь. И чего., - волнообразно и твердо вела она свой монолог:
-Человек может ничего не делать если захочет. Истинно захочет. Если это будет его выбор, а не необходимость что-то делать для кого-то или для чего-то, просто чтобы себя занять или просто чтоб накормить, отогнать свой страх.
Я молча слушал, разинув рот, как точно она передавала мои собственные ощущения и мысли, но повисла пауза и я спросил:
-Но тебя же эта ситуация тоже выбила из привычной колеи?
-Да, но я не боюсь. У меня внутри тумблер, который не позволяет событиям извне влиять на моё состояние, и он часто срабатывает автоматом.
-Вот оно как,- удивился я,- но ты ведь тоже чего-то боишься, разве нет?
- Все люди чего-то боятся, - мягко ушла от прямого ответа Эля, - Вернее многого.
- Страх это движущая сила для выхода из сложных ситуаций и защитный механизм мозга. Но есть одно НО.
- И что это за НО?
-Всему есть предел. И если страх, тревога слишком сильные то мозг отключается.
- Ну да, и человек начинает делать в панике глупости, - сказал я.
- Нет, это не совсем то. Страх выключает наш мозг чтобы его сохранить, ну и ли тело, то есть не глупости, а когда слишком страшно то наступает просто…
- Зависание , словно компа, - быстро вставил я.
- Да, ступор. Остановка. Которая просто ждет перезагрузки или мозг просто умрёт. Но поскольку в нём заложена самозащита в виде подсознания, то она неосознанно перезагружает мозг и страх не забывается, а просто как-бы отходит на задний план, понимаешь?
- Пытаюсь. Мозгом, - нервно улыбнулся я: -Получается, люди не могут не бояться?
- Да, мелкие страхи дают мозгу пищу работать активнее чтобы их преодолевать, ну или те события что ним привели, вот как сейчас, пропало электричество, а у тебя уже страх вырос как снежный ком с горы.
- Да, этот типа страх подстёгивает, ты права.
- Так вот, - вела она, - а когда возникает внешняя ситуация, когда мы, боясь, не можем как-то устранить причину страха, и даже повлиять на неё, то тогда хуже!
- Тогда тот внутренний страх разрастается до немыслимого, - вставил я.
- Вот, точно. И мозг, как компьютер, который перегревается, начинает в своих привычных шаблонах подтормаживать, путаться, того и гляди норовит зависнуть, понятно?
- Как тут не понять. А еще при этом мы себя накручиваем всякими неуверенностями типа, ой, а что будет, а чем это грозит, всё пропало!
- Ага, и так далее, - ты хотел сказать.
Я поник вниз головой и принёс кофе, светя телефоном.
Мне так нравилось, как она говорила. Связно, эмоционально, логически. Не подкопаешься, обаяние мягко обволакивало и зачехляло твоё оружие возражений. Я вроде бы и хотел поспорить, дополнить, но мысли об этом как-то погасли сами собой! И я плюнул на это дело! Всё казалось таким выверенным и точным с её уст, как будто работа ювелира над драгоценным, волшебным кольцом.
- Так вот когда страх вырастает до огромного, под воздействием внешних опасностей, и плюс внутренние накрутки, то это начинает влиять на состояние тела, появляются болячки, острые и хронические, потому что организм в постоянной мелкой борьбе со страхами справляется, но устаёт, похлеще чем со стрессами,- продолжала она размышлять вслух, потягивая кофе.
- Так стрессы это и есть страхи, - согласился я.
- Это не одно и тоже. Стрессы провоцируют страхи, - она замолчала и задумалась,- и еще много чего их провоцирует…
- И что же еще, расскажи?,- завороженно слушал я
- Нет, теперь я хочу твое мнение послушать, что, по-твоему, провоцирует страхи.
Вот говори. Это поможет с ними бороться. Когда знаешь врага, так сказать, в лицо, - и она тепло улыбнулась.
- Ну, я думаю, кроме стрессов страхи вызывают в нас….я помолчал и начал:
- Опасение потерять работу, деньги, положение, здоровье, близких, уважение и понимание…
- Боже, как мелко ты плаваешь,- протянула Эля: - Это всё так поверхностно. На самом деле это всё что ты назвал- это внешние трудности, то есть стрессы. Гораздо страшнее и неизлечимее внутренние страхи, комплексы.
- И что же это, - тихо сказал я без вопросительной интонации.
- Вот ты уже и спросить боишься! Нарваться на мою гневную реакцию опять!
- Ладно,- она помолчав, продолжила:
- Человека часто просто выедают изнутри страх одиночества, брошенности в детстве, неуверенности в своих силах, неуверенности в туманном будущем, страх, если ты болен- то внезапной смерти, или наоборот страх долго лежать и мучится как овощ, кому как, люди всё разные.
- Но вот ты, такая, считаю, особенная, ты же тоже этого боишься? Или чего?
- Не всего. Есть одно золотое правило. Холодный ум лучше работает. А если не можешь холодным что-то изменить, быстро или постепенно, то плюнь и не сношай себе мозги, - она завелась: -Так вот, - она громко отхлебнула кофе:
- Если тебе интересно я лучше скажу, чего я не боюсь. Только не спрашивай почему. Это факт, аксиома, ну, как трава зелёная, а небо синее. Я такой родилась. Я не боюсь, когда стрессы сбивают с толку и словно кричат мне, да брось ты, ничего не получится, зря всё это, можно было не делать, обойтись, или делать не так. Я не стараюсь быть упорной и уверенной я такая есть и была. Да, считай мне повезло. Не пришлось себя много воспитывать. Но чтобы не разленится и не падать в неуверенность, и чтобы поддерживать всё это в нужном состоянии внутреннего покоя и уверенности, я тоже прилагала много усилий. Вот в этом мне и здорово помогала подпитка прекрасным, чего еще мало, но осталось в этом мире. Я обожаю музыку, довольно тонко её чувствую, обожаю читать недешёвую небульварную литературу, люблю серьёзное кино, но это лишь отвлечение для многих, а для меня обучение было, воспитание, нет, даже возмужание что-ли, - не могу подобрать точных слов,- говорила и говорила Эля, а я весь превратился в уши.
- Не боюсь одиночества, потому что я погружаюсь в детство когда одна и ярко вспоминаю что мне было мирно и хорошо с самой собой. Когда никто не трогал и не пытался мягко или настойчиво подстроить под свои взгляды, навязать, требовать, понимаешь? Я не думала тогда и сейчас не думаю, что есть большой и сложный жестокий мир. Я…,- задумалась, подбирая слова, - его как-бы включаю лишь когда есть суровая необходимость что-то решить. А в остальное время – я полностью в себе.
- В мире своих фантазий?
- Нет, не фантазий. В мире собственного ощущения того покоя, когда мне хорошо с собой и только с собой. Когда ничего лишнего. Ну, задумайся. Знаю, это тяжело понять. Особенно, когда кто-то вроде меня, навязывает своё мнение, - улыбнулась она:
- И когда нет внешней необходимости что-то делать то мне совершенно не бывает скучно ничего не делать внутри. Понимаешь?
- Пытаюсь, из тех слов что услышал,- ответил я.
- И мозг мой, как мигалка, включается лишь по суровой необходимости извне. У меня нет, ну или почти нет этих заморочек, как у многих неуверенных, недолюбленных, брошенных людей- всегда искать кого-то или делать что-то неважно что, лишь бы не оставаться одной когда у них просыпается страх!
- Я начал понимать у тебя страх одиночества просто не просыпается.
- Да не спит он, его просто нету. Не было. – Нет, не совсем так, - она подумала:
- В минуты внешних раздражителей и опасностей, когда реально что-то угрожает твоей жизни и здоровью у меня конечно включается этот животный страх, но он у меня как инстинкт самосохранения, как палочка-выручалочка, понимаешь?
- Да.
- Но как только внешняя опасность проходит или решается то и страх этот у меня каждый раз умирает, не хранится в сознании, не тлеет и не рвёт психику мелкими само терзаниями. Дошло?
- Да.
А боюсь я…, - она смягчилась: -Осознания того, что могла помочь и решить что-то важное и нужное, но по каким-то мало зависящим от меня причинам не смогла это сделать, понимаешь? Тогда горько и обидно не на внешний мир, а на себя! Что не смогла не успела, струсила, не смогла повлиять на обстоятельства, которые намного сильнее меня и вообще, которые не изменить! Понимаешь?
- Кажется. Проще говоря ненавидишь себя, когда не можешь ничего изменить, а нужно изменить. Да?
- Не ненавижу себя, а боюсь себя такую! Это словно не я. А рождается и погибает во мне вот тот страх, который пытался что-то сделать и не смог. Я просто-напросто убиваю его. Он отмирает вместе с той проблемой, нерешённой. Знаешь, если ты не в силах…то нужно уметь отпускать.
- Боже, как же точно,- я поставил чашку на столик и натолкнулся на её ладонь
Она фыркнула словно дерзкая кошка но сказала: - Помнишь, я в больничном парке говорила тебе что я не ощущаю себя в теле а как бы со стороны?
-Да, - мигом вспомнил я.
- Так вот это ощущение не фантазия, которая и так у меня развита «будь здорова», а мне правда кажется что я лишь соединена со своим телом неким шлангом, ну или мостиком, грубо говоря, а сознание, и душа, и вообще вся та, настоящая я, где то далеко, даже не известно где, нет таких координат в земном понимании.
- Это невероятно, но, видимо, доставляет массу проблем, - резюмировал я.
- Ещё каких. Я ненавижу свою тряпичную куклу, оболочку, особенно по утрам, не люблю состояние, когда куда-то не успеваю и бегу и нечем дышать. Короче. Меня очень выводят из себя все ограничения и недостатки этого, пускай говорят и с виду красивого, скафандра. Но я не ною и не хнычу, а просто машинально, как робот выполняю все его необходимости, иначе оно просто не даст мне здоровья и сил, и я улечу, а может и пропаду в небытие. Хотя может это и есть облегчение и умиротворение, никто из людей не знает, и я тоже.
- А можно честно, и что ты никогда не плакала?, - захотел вдруг спросить я.
- Причём тут! Хотя ты, наверное, думаешь, что плачут в основном от страха. Ну, родом из детства, что-ли. Нет, плачут, особенно ранимые и тонкие натуры, от невозможности что-то изменить, от непонимания кто ты и зачем живешь, но не от обиды и ссоры! Тем более, целостная, самодостаточная личность не будет плакать от внешних страхов типа ужастиков и привидений, она просто не принимает близко к сердцу ни обиды, ни ссоры, ни опасности. Всегда внешних раздражителей можно избежать если быть умнее и рассудительнее, не жить на высоких скоростях, а жить внутри себя. Понял теперь?
- Понял, что ничего не понял. Вернее, одно таки понял. Нужно свою уверенность чем-то подпитывать. А если с нею не родился, то винишь всех и вся но не себя….
- Себя винить вообще последнее дело. Ты такой какой есть и делаешь всё, что хочешь, можешь! Пусть это будет привычка, шаблон но вот скажи мне,- она громко спросила,- Что лучше всю жизнь жить по привычным шаблонам и правилам, по инструкциям в мозге или стараться чаще выходить из зоны лени и комфорта, испытывая себя, воспитывая тяжелыми, или хуже того, непосильными задачами?
Я помолчал и сказал: - Ну если ты чего-то хочешь из этого то почему нет? Как говорят, человек пусть и робот, но очень сложный и умный, и если он очень сильно чего-то захочет, то вполне способен этого достичь.
- Да, если это вообще достижимо, а силы восстановятся, не восстанавливается только время, - услышал я из темноты её голос.
- Да уж. Но и силы восстанавливаются с годами медленнее и не все,- сказал я, и тут наклонился, и прошептал ей в области её длинных волос:
- Так в чём же смысл жизни, по-твоему, быть уникальной для себя или жить ради помощи и пользы обществу, ну или хотя бы родным?
Волосы уплыли куда-то вбок, и я почувствовал её дыхание при ответе:
- Ты сам догадываешься какой ответ, но мой будет такой. Это банально, но каждый человек непохож на соседнего, и на любого другого, все разные. Родных не существует, это клише чтобы не быть всем чужими, но все чужие. И пусть не все особенные и уникальные, но то что не одинаковые, это точно. Никто не может никому раскрыть что у него в душе, в сознании, да и земными коммуникациями это невозможно. Поэтому совершенно бесполезно искать родственную душу, верить в любовь, в не ту что придумали люди чтобы оправдать спаривание и деторождение, а в истинную. Любовь, это сложная цепочка привычек и зависимостей убежать от себя и раствориться в другом человеке, окончательно потеряв себя.
- Но людям эта привязанность кажется такой сладкой и милой. А неразделённая так вообще жить не хочу, - вставил я мысль.
- Конечно. Это манипуляция- вот, смотрите как я страдаю, что я люблю, а меня нет, а если никто не смотрит и всем по барабану, то сам любовный наркоман не понимает, что любовь не может нести страдания, ибо если человек страдает и сохнет по кому-то, то это не любовь вовсе, понял? Это недолюбленность эгоиста и желание удовлетворить на время свои потребности нарцисса.
- Ага, а если доза заканчивается, то человек придумывает себе новые сказки и фантазии потому что хочется же верить во что-то светлое большое и чистое, а в реальности получается пшик, да?,- ответил я.
Она отстранилась, видимо спохватившись и сказала:
- Да. Миром правят зависимости. Сиюминутного ублажения мозга для возврата в состояние иллюзии покоя. И еще правят тщеславие, гордыня, лень, хитрость, жадность, расчётливость и идолопоклонство. Не говоря уже о вкусно пожрать, выспаться и потрахаться, извини, говорю как есть, как думаю,- уверенно вела она, как я понял к окончанию тирады, потому что устала:
- А смысл жить у каждого свой. Предназначение и призвание- это лишь дань реализации себя. В этом гнилом зоопарке. А жить для себя не стыдно, поверь. Никого не трогая и чтоб тебя никто. Свой кокон можно сделать таким тихим и уютным даже без фантазий, а просто общаясь мысленно с собой. Ведь никто не сможет понять тебя, и отвечать, и думать, так же как ты сам, как твоё второе я, твоя абсолютная копия, усекаешь?,- Эля закашлялась, слегка подавившись остатками кофейной гущи: -Что может быть лучше мгновенного диалога с собой?
- Ничего. И никакое, даже самое лучшее общество не имеет право тебе что-то навязывать или даже предлагать, как в рекламе. Лишь бы доступно было, а что надо будет- сам возьму, - сделал свой вывод я.
-Почти так, но по немного по-твоему,- твёрдо закончила Эля.
И мы оба молча допили кофе, прислушиваясь как мягко цокают стрелки настенных кварцевых часов. Каждый думал о чём-то своём, наверное, до того момента, пока мы оба, одновременно не вскочили и не сняли двумя ладонями эти часы со стены. Моей и её. И засунули их под подушку. Потому что…
- Достал этот примитивный звук!!,- в унисон выкрикнули мы и захихикали как дети, пиная пустые бумажные стаканчики по полу.