Я танцевал в отчаянном бреду,
И было плохо и было тошно,
И от чего, куда я не приду,
Картина та же, ну как нарочно.
Я танцевал в отчаянном бреду,
И было плохо и было тошно,
И от чего, куда я не приду,
Картина та же, ну как нарочно.
Хоть что ли б айсберг трахнул о Титаник,
Чтоб не тошнило, но закачало,
А то гуляет призраком, как странник,
Одно и тоже, каждый день сначала.
Как у Желязны мир из отражений,
Но Корвин спит, а может вовсе помер,
Дорогой чёрной мира искажений,
Ушел навеки, вот это номер.
И некому бороться нынче рьяно,
Все распродались, подешевели,
И из дорог их чёрная поляна,
Растет тенями тех, кто не посмели.