Как можно не любить небо? Его синеву, его пушистые и воздушные, словно зефир облака. Это бесконечное пространство вокруг тебя. Звук ветра и его дыхание, которое обжигает своей свежестью. Ощущение свободы, когда летишь, как парящий в небесах буревестник. Высота тебя зовет и ты смотришь, будто ты король небес! Ты, падая вниз, летишь, и у тебя вырастают крылья!
Я влюбился в небо очень давно, когда был маленьким мальчишкой. В тот первый день влюбленности я был самым счастливым пацаном в мире. А до этого мы с отцом попали, на первое в моей жизни, авиашоу. Конечно поначалу мне, было скучно, даже зевал и канючил, упрашивая отца вернуться домой. Толпы незнакомых людей приводили меня в ужас и уныние. Отец уговорил меня подождать немного.
Спустя десять минут стал слышен рев моторов, первый самолет взлетел. Сначала было страшно, но потом любопытство победило мой страх шума двигателей, и я заворожено смотрел в небо, как и другие зрители. Все хлопали в ладоши и свистели, иногда ойкали с замиранием, когда пилоты самолетов выполняли фигуры высшего пилотажа, а их машины покорно исполняли эти кульбиты. Потом прыгали парашютисты, и это было захватывающе!
В тот день я отцу сказал, что хочу прыгать с парашютом, как они. На что отец ответил: "Когда вырастешь, обязательно будешь заниматься парашютным спортом".
Время летело, я взрослел. Юношей записался в городской клуб парашютистов "Сокол". Было скучно и трудно: лекции и обучение азам парашютного спорта; как правильно складывать парашют и много всякого разного. Прыжки с вышки. Один раз неудачный - перелом ноги, два месяца в гипсе и еще слезы матери. В тот день её глаза метали молнии, она проклинала парашютистов, клуб и день когда отец повел меня на авиашоу, но в то же время она нежно гладила меня по волосам во время гипсования. Мама запретила мне заниматься парашютным спортом и появляться в клубе.
Прошло пару лет, и я снова у порога клуба. Это был мой секрет от родителей. Приходилось лгать родителям - говорил, что хожу на баскетбол. Вот только тайна раскрылась… зазвонил телефон и пришлось отвечать при родителях. Меня пригласили участвовать в авиационном шоу. Отец пожелал удачи и успехов, а мама расстроилась, но ничего не сказала, только обняла и поцеловала. Я почувствовал, как по её щеке скатилась слеза. Мамы – они такие! Это все было впереди.
А до этого был мой первый прыжок из самолета. В тот день я услышал впервые песню группы Helloween «If I could fly ». Она стала моим гимном. Каждый раз перед прыжками слушаю её. И даже напеваю…
Самолет набрал скорость и оторвался от земли. С каждой секундой всё выше и выше поднимал нас в небо. Инструктор дает последние наставления, открывает люк и порывы ветра забивают внутрь. «Первый пошел!» - звучит команда. Первый парашютист делает шаг в открытый люк и исчезает в синеве. Вот доходит очередь и до меня. Сердце колотится, как бешеное, страх и трепет перед высотой, небом и неизвестностью. Внизу три с половиной тысячи метров – это пугает. В голове куча мыслей. Если ошибусь, больше прыгать будет некому. Господи, какая же это красота! Эх.. надо решаться! Инструктор, видя мое лицо, спрашивает: «Миша, ты готов? – молча киваю головой в знак согласия. - Тогда прыгай. Не бойся, я подстрахую». Шаг в бездну… и небо приняло меня…
Первый прыжок запомнился на всю жизнь! Это было непередаваемо, как говорится: «Ни в сказке сказать, ни пером написать». Падаешь и паришь одновременно! А потом над тобой купол парашюта и ты медленно спускаешься.
Прошло пару лет, и я принимаю непосредственное участие в авиашоу - это было так классно! Я осознавал, что на меня смотрят тысячи зрителей, и где-то там в толпе такой же мальчишка, каким был я, стоит влюбленный в небо и мечтает стать парашютистом. Быть может он осуществит свою мечту, как я осуществил свою.
Через несколько лет я снова влюбился в синеву. Точнее в бездонные голубые глаза Лизы. Встреча с ней окрылила меня, да и она стала порхать на крыльях любви.
Одна солидная фирма устроила прыжки с парашютом для своих сотрудников. В тот день мне повезло встретить Лизу. Она прыгала со мной в тандеме. Ей понравилось небо, а еще больше я. На земле пригласил её на свидание. Она согласилась. А потом было всё: конфеты, цветы, кино, прогулки под луной и звездами, романтические встречи при свечах.
Мы сидели в парке при луне и болтали о том, о сём и я выпалил: «Лиза мы уже встречаемся почти год может быть, попробуем жить вместе». И вот мы живем под одной крышей уже семь месяцев. А через неделю у нас свадьба. Всё что надо купили и приготовили к свадьбе. Всех родственников, друзей и подруг обзвонили и пригласили. Её родители довольны, мои рады, а Лиза счастлива. всё идет по плану!
Мы так думали. Нет, скорей всего так думал я и всё-таки кое-чего не смогли предвидеть...
Я чувствую себя свободным и парю - лечу только в небе! Камнем вниз! Здесь и сейчас - я король небес! Свободное падение - моя страсть, счастье, радость и эйфория! Всё остальное осталось там, на земле: боль, ложь, предательство и мелкие дрязги. Но это ненадолго, скоро всё это закончится.
И снова вижу её голубые глаза, переполненные страхом и удивлением. Как так? И его карие глаза, почти черные. Вот не думал и не гадал, что забуду дома нужное снаряжение и будет как в анекдоте…
- Сынок, ты к нам заедешь вечером?
- Да, мама. Отец говорил ему надо помочь с перекрытием, если не успеем до темна я заночую у вас.
- Лизу предупредил?
- Да, мам. Сказал, чтобы не ждала, ужинала и ложилась без меня. И сказал, что она может сходить с Олей погулять по магазинам и в кафе. Так как завтра я буду ближе к вечеру. Она знает, что по субботам у меня тренировки в клубе.
- Миша, тебе пора бросать прыгать с парашютом. Я всё понимаю, но Лиза переживает за тебя. И когда вы распишитесь, у тебя будут уже другие заботы. А когда ребёночек появится на свет, тебе вообще будет не до прыжков!
- Мам, да всё будет отлично. Лиза понимает, что я не могу без прыжков. Да и дети не помеха для моего увлечения. Папа же не бросил рыбалку!
- Миша, папа не рискует своей жизнью. А ты там..., а вдруг парашют не раскроется!
- Мама, вдруг не бывает. Парашюты надёжные, там много защитных механизмов, чтобы предотвратить гибель скайдайвера.
- Знаю, - в трубке послышался вздох. - Но всё равно беспокоюсь о тебе.
- Мам, я побежал, а то меня начальство уволит! До вечера.
- Ждем сынок! Удачи!
Вечером опять повторился разговор с мамой. Только в беседе участвовал и отец. Им не удалось изменить мою точку зрения на парашютный спорт. Да отец не сильно настаивал. Ведь он знает, что я упертый и всё равно сделаю по-своему.
Утром по дороге на аэродром вспомнил, что в квартире забыл новый костюм, перчатки и новые карабины. Давно хотел старые карабины заменить.
Стою на пороге квартиры и вижу мужские туфли. Уж точно не мой размер. На кухне и в гостиной никого. Прошел к спальне. Эти звуки ни с чем не спутаешь. Да и двери они не закрыли. Как же это противно... в кровати, в которой ты спишь с любимой девушкой, оказывается другой мужчина. Пришлось покашлять. Он отлип от неё. Лиза. Моя Лиза... и какой-то гад! Они испуганно и затравленно смотрят на меня.
Первой пришла в себя Лиза. Она прикрылась и пыталась оправдаться, что во всём виновата сиюминутная страсть, возникшая между ними.
«… Я бы мог с тобою быть. Я бы мог про все забыть. Я бы мог тебя любить. Я бы мог всё простить!» - кажется, так поется в одной песне. Да, я мог бы, но до того момента, как он вмешался. Этот негодяй говорил своим срывающимся скрипучим голосом: «Я люблю Лизу! Мы вместе уже давно! И вообще проваливай из её дома! Она тебя «парашютист» не любит. Сгинь из её жизни навсегда!».
В будущем - «нас» уже нет. Есть только я и она - порознь. И это из-за любовничка. Чтоб ему провалиться! Такие мысли меня не покидали, пока я пытался на кухне налить себе воды. В горле пересохло, словно там была пустыня, или это просто спазм. Не знаю. Руки ходили ходуном, тряслись, а он всё продолжал и продолжал тараторить, словно «баба базарная». «Что в задницу язык затянуло? Нечего сказать Мишутке парапланеристу! Прощай, наш ласковый Мишка! Улетай в свое небо! Ты же не знаешь, а мы встречались каждый раз, когда ты летал!» - злословил любовничек на пороге кухни.
Я резко обернулся и ударил куда-то в живот. Только через мгновение я осознал, что у меня в руках нож и пальцы уже липкие от крови, на футболке расползалось пятно.
В его глазах читался страх и непонимание происходящего. Потом был крик. Кричала Лиза. Всё происходило словно в жутком сне или фильме ужасов. Он попытался вытащить нож - кровь еще сильней начала течь. Теперь он был с ножом. Лиза каким-то образом оказалась между нами; пыталась разнять и помочь остановить кровь... и в этот момент он наотмашь полосонул ножом. Бедная Лиза. Он перерезал ей горло. Лизочка начала падать. Я успел её подхватить. У него нож выпал из рук. Он сделал пару шагов назад, пытаясь зажать рану рукой. Она уходила. И ничего невозможно было сделать. Я кричал, выл, как раненый зверь. Её не стало. А он еще был жив. Но это ненадолго! Пару мгновений и нож опять впился в его плоть. Лезвие еще долго терзало его бездыханное тело. В коридоре было много крови и два мертвеца. Один из них - та которую я любил и, которая должна была стать моей женой через неделю.
Привел себя в порядок. Немного успокоился и отправился на аэродром. Когда выходил из квартиры, не стал её запирать на ключ. Уже перед взлётом сообщил в скорую, что ранены два человека и им требуется помощь.
Слава небу никто из команды не заметили моего состояния. И это было чудесно, а то бы я не смог проститься с небом!
И вот мой час расплаты настал, преступление было, а теперь наказание. Падаю камнем вниз у меня не так много времени. Моя Лиза сейчас парит в небесах ангелом! А я, если бы мог летать… летал бы словно король! И я тихо стал напевать:
«If I could fly
Like the king of the sky
Could not tumble nor fall
I would picture it all
If I could fly
See the world through my eyes
Would not stumble nor fail
I could ravage my jail
If I could fly»*
Но, увы, я не умею летать. Земля уже близко, и не быть мне ангелом. Самоубийцы не попадают в рай!
Луганск 2019
*- песня группы Helloween «If I could fly».