Могут ли кавалеристы победить боевой морской корабль? И в конном строю взять его на абордаж? Абсурд? Сюрреализм? Не спешите с выводами. Если конники - это донские казаки, то оказывается, могут.
Летом 1855 года оборону Таганрога от возможного англо-французского десанта возложили на генерала Войска Донского Ивана Ивановича Краснова (деда еще не родившегося казачьего писателя Петра Николаевича Краснова). И вот, на закате дня 11 июля 1855 года на рейде Таганрогского порта появилась канонерка британского флота. Англичане отлично знали, что кроме безоружных парусников и барж никаких боевых кораблей у русских нет, и никакого отпора не ожидали. И поплатились. Увлекшись обстрелом из орудий беззащитного города и порта, англичане посадили на мель корабль у Кривой Косы, всего в 100 метрах от берега. У самой кромки воды спешилась сотня донцов 70-го полка, которую привел войсковой старшина Иван Афанасьев. Наступила южная ночь, но безоблачное небо дало простор бледному лунному свету. И казаки, залп за залпом, метили в черный неподвижный силуэт британского корабля. Англичане пытались ответить артогнем – выражение «пушкой по воробьям» приобрело буквальный смысл. А тем временем начался отлив, и стволы английских пушек беспомощно нацелились в луну.
Появилась на горизонте еще одна канонерская лодка англичан и открыла огонь по Кривой Косе. Но и к казакам прибыло подкрепление: две сотни полка, во главе с командиром – полковником Василием Демьяновым. И главное - полковая артиллерия, батарея под командованием есаула Войска Донского Николая Краснова (отца будущего Войскового Атамана донцов в 1918-м году). Когда с канонерки, севшей на мель, пытались спустить шлюпку и завести буксирный конец, то по гребцам и по палубе корабля стреляли все 300 ружей спешившихся донцов. А батарейцы есаула Краснова выкатили пушки к прибою и ударили фактически прямой наводкой по дальнему британскому кораблю. Конечно, калибры пушек казачьей конной батареи и английской канонерки были не сопоставимы. Но в данном случае, близость целей, была на руку донцам – британские пушки просто не могли поражать противника под таким углом. А на английских кораблях начался ад. Ружейные пули сыпались по первому кораблю, сидевшему на мели, буквально как град. Каждую минуту донцы выпускали по три сотни пуль. А у дальнего корабля ядром казачьей пушки снесло мачту. И его капитан не стал рисковать.
Подобрав из воды тех, кто смог доплыть, он поспешно ретировался. Отлив еще не закончился. Есаул Краснов кликнул добровольцев. 20 всадников направили своих коней в Азовское море. Доплыв до борта брошенного судна, они сняли с мачт британские флаги, документы, какие нашли в капитанской каюте, две 24-фунтовые пушки и одно бомбическое орудие (стрелявшее как миномет навесным огнем) и зажгли судно. Волны до утра выносили на берег мертвые тела английских моряков. Боевые потери донцов – трое раненых осколками снарядов. Свои трофеи казаки отправили в Новочеркасск и в Петербург. В столичном военно-морском музее хранились флаги, снятые с канонерской лодки, взятой на абордаж лихими конниками. А у музея донского казачества в Новочеркасске вплоть до 1920 года стояли медные орудия с британского корабля.
О парадоксальной конной атаке донцов написал восторженную статью в журнале «Морской Сборник» его редактор – Платон Лисянский – сын знаменитого мореплавателя – потомка запорожцев.
Александр Смирнов специально для проекта Аллея Российской Славы.
Пишите комментарии, ставьте лайки и подписывайтесь на наш канал.