В висках пульсировала кровь, дыхание замедлилось. Как по мне – в такие моменты у человека начинается непонятное чувство, будто время вокруг остановилось. Я видел как псы приближались. Я видел плывущих к нам монахов, из уст которых все громче начало доносится их дьявольское бормотание на неизвестном языке. Я слышал крики военных и Орлова с крыши грузовика. На секунду я подумал, что это последнее, что я вижу.
Вдруг, метрах в двухстах от нас, я увидел вспышку и услышал хлопок. Белая стрела стремилась в нашу сторону и врезалась в то место, где находились монахи вместе с псами.
Я услышал взрыв. Все в радиусе метров десяти разнесло в куски. В воздух взлетели куски псов, комки земли и трава. Направление, куда отбросило монахов, я не заметил, но после взрыва в первые секунды было сложно что–то различить, так как в воздухе было море пыли и земли.
Было видно, что тех выживших, кто находился на обороне грузовика, сбило с ног взрывной волной.
– Все кто цел – отходим к грузовику! Стать в плотное кольцо! Держать периметр! – слышно было команды Орлова с крыши ЗиЛа.
Я поднялся на ноги, нащупал в тумане автомат и направился в сторону ЗиЛа. Спина невыносимо тянула, боль сводила все тело. За мной вслед побежало два пса. Я развернулся что бы отстреливаться, но меня опередили. Все с той же самой точки начал доноситься треск пулемета.
– Всем на землю! – скомандовал Орлов.
Я упал чтобы меня не зацепила шальная пуля.
Небо осветили следы трассеров. Подобное нельзя описать словами. Я бы мог сказать, что это подобно фейерверку на день победы, но этот фейерверк нес лишь смерть. И нам повезло, что смерть он нес только противнику.
Один за другим псов валило на землю. Они не успевали приближаться к грузовику, как их сшибало с ног. Я не понимал, как в таких условиях ограниченной видимости можно было бить так прицельно, но этот вопрос меня волновал меньше всего, ведь ни по кому из людей, или же по ЗиЛу, попаданий не было.
Спустя минут 5 пулеметная очередь прекратилась. Я поднялся и передо мной была не самая живописная картина: вокруг лежали туши псов, куски их тел, лужи крови. Те псы, которые не были добиты пулями, лежали и скулили, пощелкивая огромными пастями с десятками клыков. Остальные же, кто не был уничтожен в этом бою, бежали в сторону соседней посадки.
Метрах в пятидесяти я увидел тех монахов, которые направлялись в нашу сторону. Они оба лежали на земле и издавали звуки, похожие на ломание костей. Я видел, что они двигаются. Даже взрыв не смог их уничтожить. Складывалось впечатление что они сращивают свои кости, если у них они есть. Ну, по крайней мере сейчас они не несли угрозу, так как судя по тому, какой ущерб им был причинен, приходить в себя им придется еще долго.
Я подбежал к грузовику. С крыши послышался все тот же голос Орлова:
– Все целы? – громко спросил он.
Военные сделали перекличку. Из кузова послышались голоса мирных людей. Среди них я отчетливо различил голоса Маши, ее брата и Леры.
Из посадки, откуда велся огонь, в нашу сторону начали двигаться тени.
Из–за того, что было темно, я сначала решил, что это были монахи.
Увидев военных я вздохнул с облегчением. Но я никак не мог различить того, кто шел позади двоих солдат.
Когда эта тройка приблизилась к нам, из моих глаз чуть не полились слезы.
– ПАЛЫЧ! – бросив свой автомат я кинулся к уже знакомому мужику.
Услышав знакомое имя, из кузова ЗиЛа мигом вылетела Маша вместе с Сашей, и быстрее меня добежали до своего отца.
Маша, подбежав к отцу, обняла его что есть мочи. Палыч слегка прикрикнул от боли:
– Ай, доча, я тоже тебя рад видеть! Надеюсь ты не собираешься добить своего старика? – с легкой улыбкой ответил Палыч.
– Отец, но как? Как ты остался жив? – спросил Саша.
– Уф, дайте отдышаться, – сказал Палыч, приседая на колесо перевернутого ЗиЛа.
– Пять минут на перегруппировку и выдвигаемся! – послышался голос Орлова, который уже спустился с крыши и направился в кузов.
Из кузова вылезла Лера. Мы вчетвером столпились вокруг Палыча и тех двух солдат, которые спасли нам жизни. В руках одного из них я обнаружил ПКМ с тепловизором. Судя по всему именно эта штука и спасла нам жизни.
– Так вот. Когда ваш грузовик отъехал мы начали грузиться в свой. Сначала помогли забраться старикам Прокофьевым, затем кинули их сумки. Ребят, прикрывавших наш отход, осталось лишь трое, и они находились метрах в десяти от ЗиЛа, а я находился у конца кузова. Вдруг из кузова показалась баба Маня и сказала, что забыла своего кота. Она никогда не оставляла его самого дома. Он был с ней все время рядом. И коров ходил пасти, и бегал за ней, когда она справлялась по хозяйству.
Я увидел ее кота у самой калитки. Решив, что дел на пол минуты, я рванул за ним. Забрав кота я начал бежать в сторону и увидел страшную картину: одного из ребят стоящего возле ЗиЛа схватила лапа пса, притаившегося под грузовиком, повалила на землю и начала волочить прямо под грузовик. Видимо парень понял, что ему предстоит долгая и мучительная смерть. Когда он практически полностью скрылся под грузовиком, я увидел гранату, выкатившуюся из его руки. Произошел взрыв. Так как парня тащили под самым бензобаком, то взрыв был куда мощнее, чем от обычной РГД. Меня и еще двоих ребят отбросило взрывной волной. Все кто был в грузовике погибли, – с грустью в голосе рассказывал Палыч, – когда мы встали и пришли в чувства в деревне уже не было тварей. Судя по всему они решили, что здесь все мертвы, и направились в сторону движения вашей колонны. Парни мне рассказали про протокол и мы решили во что бы то ни стало пробраться к вам. При взрыве из ЗиЛа выкинуло пулемет и ящик с РПГ, которыми мы сейчас и отомстили за всех павших в деревне, – закончил свой рассказ Палыч.
Я обернулся к кузову и увидел как Орлов накрывает одеялом тело своего бывшего командира. Там собрались все военные, сняли головные уборы и почтили своего павшего командира.
Орлов вышел из кузова и скомандовал:
– Нас осталось немного. До базы сразу мы дойти физически не сможем, так как у нас есть гражданские и раненные бойцы. Недалеко отсюда есть пустующая деревня, в которой внимание тварей никто не должен был привлечь. Мы отправляемся туда и в течении пары часов будем на месте. Как раз мы успеем застать рассвет, когда активность тварей будет минимальна, что играет нам на руку. О дальнейших действиях поговорим на месте. Пойдемте, – решительно закончил свою речь Орлов.
Мы не знали, что будет дальше. Мы не знали, куда пойдем, и чем закончится наша дорога. Что нас ждет в той деревушке. Я все так же переживал о том, что с Лизой, что с близняшками. Как они. Все эти вопросы не давали моей голове отдыха. Но я был благодарен что сегодняшнюю ночь нам удалось пережить, хоть и с колоссальными потерями. Мы направились вдоль дороги по направлению, указанному Орловым. На горизонте виднелся восход, прорезающий плотные тучи. Восход, который обещал подарить надежду на еще один день жизни.
