По широкой дорожке, струящейся среди пушистых голубых елей, уютных скамеечек и улыбчивых сказочных скульптур бежит девчушка в легком пальто и шапочке, весело размахивая портфелем. На вид ей около десяти, невысокого росточка, худенькая. Возле пестрой клумбы она остановилась, понюхала желтенький цветочек, чихнула, хихикнула и поскакала дальше. Прошмыгнув под арками, оплетенными розами, девчушка встала под раскидистую иву на берегу пруда и подставила ладошки под светящиеся брызги водопада. Напоследок она заглянула в беседку, притаившуюся среди белоствольных березок на ковре из нежного, розовато-лилового вереска, покачалась на качелях и направилась к большому дому.
У крыльца девчушка остановилась, поджала ножку и начала прыгать по ступенькам вверх.
- Бабушка! - крикнула она, распахнув дверь. - Ты где?
- Я здесь, - раздался приятный женский голос из гостиной.
На диване с книгой сидела Елена Васильевна. Несмотря на преклонный возраст, у нее сохранилась прямая осанка, и взгляд остался молодым. Годы прибавили мудрости ее красивым серым глазам, а в русые волосы вплели серебряные нити.
Елена Васильевна сняла очки, отложила книгу и ласково посмотрела на внучку:
- Что стряслось, милая?
Любочка плюхнулась в кресло и выдохнула:
- Ух! Я старушке помогла сумку донести.
Девчушка стянула шапочку, и на плечи ей рассыпались рыжие волосы в завитушках.
- Резинка слетела, - потрясла она свою шапочку. - О, нашлась. Скажи, я молодец?
- Хорошо, что помогла. Только добро должно твориться в тайне.
Любочка собрала волосы в хвост, дунула на челку и смешно сморщила свой веснушчатый носик.
- Обед готов, - сообщила горничная.
- Спасибо, Мария, - ответила бабушка. - Сейчас придем.
Любочка скинула пальто, вскочила на ноги и побежала в столовую, а Елена Васильевна с улыбкой посмотрела ей вслед.
После обеда бабушка с внучкой вышли прогуляться. Садовник подметал дорожку, а рядом крутился большой лохматый пес.
- Привет, дед Семен, - поздоровалась Любочка. - Помнишь какой скоро день?
- Склерозом не страдаю, - хмыкнул в мохнатые усы старик.
- А как твой радикулит поживает? - спросила Елена Васильевна.
- Когда как.
Бабушка с садовником завела беседу, а Любочка уселась на скамейку. «Нарядно», - подумала она, разглядывая на деревьях красные и желтые листочки. «Люблю сентябрь! И день рождение тебе, и именины. Интересно, а что мне подарят?»
Пес решил, что маленькая хозяйка заскучала, подскочил к ней и лизнул в нос.
- Фу! - отпихнула его девчушка. - Совести у тебя нет, Барбос, ни на грамм. Играть хочешь?
Любочка подняла с земли палку и замахнулась. Барбос не стал дожидаться броска и рванул с места. Он сделал несколько кругов, вынюхивая «добычу», и вернулся ни с чем.
- Так-то, - засмеялась девчушка. - Поспешишь — людей насмешишь.
Вечером подъехала к дому машина. Любочка выглянула в окно и побежала встречать папу.
- Чего так долго?
- Переговоры затянулись, - обнял дочку Павел. - Мама дома?
- Нет.
- Ну, беги, а то замерзнешь. Я сейчас.
Павлу чуть за тридцать. Русые волосы и серые глаза он унаследовал от матери, а высокий рост и широкие плечи достались от отца. Павел им очень гордится. Талантливый хирург рано ушел в мир иной, но за свою короткую жизнь успел спасти многих. Мальчишке тогда пришлось быстро повзрослеть и стать опорой матери и младшему брату.
Павел с малых лет отличался не только сообразительностью, но и трудолюбием. В юности он поставил себе цель и упорно двигался к ней, невзирая на трудности. Так он и стал бизнесменом. У Павла дорогой автомобиль с водителем и приличный дом с прислугой. Но если честно, то нанимал он людей, уступая уговорам матери, ну и по доброте душевной. Отзывчивость — их семейная черта.
Старика Семена родня сдала в дом престарелых. Елена Васильевна как узнала, так и забрала давнего приятеля к себе. Тот, конечно, сначала отпирался.
- Не хочу быть приживалкой, - отрезал он.
- А в садовники пойдешь?
Дед Семен обвел мрачным взглядом обшарпанные стены интерната, глянул на унылых старичков и согласился.
С Марией Елена Васильевна познакомилась в больнице. Муж и раньше распускал руки, но в тот раз избил так, что врачам пришлось спасать несчастную.
- Почему ты все это терпишь? - спросила Елена Васильевна.
- Мне деваться некуда, - заплакала Мария. - Я же сирота.
Елене Васильевне стало жаль бедняжку, и она позвала ее в горничные.
Дмитрий Иванович «нашелся» в парке. Вдовец сидел на скамейке, посасывал «Валидол» и тяжко вздыхал. Елена Васильевна проходила мимо, но вдруг остановилась и спросила:
- Вы участвовали в шоу поваров?
- Да.
- То-то я смотрю мне лицо ваше знакомо. Вам нужна работа?
- Да.
Елена Васильевна выдернула из блокнота лист, чиркнула адрес и сказала:
- Тогда приезжайте, обсудим.
Андрея, одноклассника Павла, встретила Елена Васильевна возле банка. Он потерял работу, просрочил выплаты по кредиту и лишился квартиры, в которой проживал с женой и детьми. Андрей был на грани отчаяния.
- У тебя есть водительские права? - спросила Елена Васильевна.
- Есть, но машину пришлось продать.
- Ничего, мы что-нибудь придумаем.
И сторожа, точнее бродячего пса, привела в дом Елена Васильевна. О, если бы не она, то не жить бы на белом свете веселому Барбосу.
Елена Васильевна выглянула из-за двери и спросила:
- Ты чего в дом не идешь, Павлуша?
- Воздухом хочу подышать.
Павел опустился на скамейку и устало вздохнул.
- Шеф! - крикнул водитель, высунувшись из окна машины. - Мне домой надо.
- Поезжай, Андрей.
У Павла завибрировал телефон.
- Дорогой, тебе какого цвета купить рубашку? -спросила жена.
- Без разницы.
- Вечер добрый, - присел рядом садовник. - Я по делу.
- Завтра, все завтра, - Павел встал и широким шагом направился к дому.
После душа напряжение немного спало. Павел спустился в столовую и встретил там обиженную жену.
- Можешь не благодарить, - сунула она рубашку, которую долго выбирала в магазине.
Светлана тряхнула рыжими волосами и бросила на мужа возмущенный взгляд чуть раскосых, зеленых, искрящихся глаз.
- Не сердись, Светлячок, - обнял Павел жену. - Я устал и хочу есть.
- Я тоже! - прискакала в столовую Любочка и обняла маму. - Соскучилась! Где ты пропадала?
- Как где? - удивилась Светлана. - На работе, конечно. Я же веду в папиной фирме бухгалтерию.
- Да знаю я! Денежки считаешь. Интересно, а как выглядят электронные? В магазине приложишь карточку — чик, и оплачена покупка. Волшебство какое-то.
- Меня тоже этот вопрос занимает, - засмеялась Елена Васильевна, усаживаясь за стол. - Приятного аппетита.
Павел быстро поел, промокнул рот салфеткой и откинулся на спинку стула:
- Какие новости, семья?
- Я старушке сегодня помогла, - сообщила девчушка.
- Хорошо.
- Что же тут хорошего? - покачала головой Елена Васильевна. - Хвалится ведь. Я как тебя учила, Любочка? Сделал добро и забудь. Тебя, сынок, это тоже касается.
- Не касается, - вступилась за мужа Светлана. - Инвесторов в благотворительный фонд можно привлечь только рекламой.
- Думаешь, мама, кому-то хочется раскошеливаться на добрые дела? - спросил Павел. - Таких единицы. Всем подавай шумиху. Ах, какой Иван Иванович щедрый! Не пожалел денег на больного ребенка! Конечно, мы подыгрываем, но преследуем благую цель.
- Получается, - почесала макушку Любочка, - чем больше Иванов Ивановичей, тем меньше больных детишек?
На следующий день настроение у девчушки было, как небо над головой — хмурое. Любочка поднялась по ступенькам, открыла дверь и услышала голос бабушки:
- Это ты, милая?
- Кто же еще, - пробормотала девчушка и направилась в гостиную.
- Что случилось?
- Ленка с Наташкой обидели Дашу. Надпись ей на спину пришпандорили.
- Какую же?
- Лохушка. Представляешь?
- А ты?
- Скомкала и в карман сунула.
- Заступилась, значит.
Любочка принялась теребить рукав своей блузки:
- Ленка и Наташка отомстят мне. Сто процентов!
- А ты как хотела? Сам погибай, а товарища выручай.
Елена Васильевна поморщилась и потерла пальцами виски.
- Опять голова болит? - спросила Любочка.
- Да. Пойду, прилягу.
- А как же обед?
- Мария приготовила.
- Почему она?
- У повара проблемы, и я дала ему выходной. Руки не забудь вымыть перед едой.
Любочка пришла на кухню и уселась за стол.
- У бабушки мигрень, - сообщила она, подцепила вилкой кусочек рыбы, понюхала, придирчиво оглядела со всех сторон и лишь потом сунула в рот.
- Чем же мне помочь твоей бабушке? - спросила Мария и начала хлопать дверками кухонных шкафчиков. - Где-то я тут у Дмитрия Ивановича видела. Да вот же она!
Мария насыпала сушеную мяту во френч-пресс и залила кипятком из чайника.
На прогулку Любочке тоже пришлось идти в одиночестве. Было ветрено, и моросил противный дождь. Барбос храпел в будке, а дед Семен возился в сарае с инструментами.
- А бабушка где? - спросил он.
- Мигрень у нее.
- Ай-яй-яй, - покачал головой дед Семен. - Надо ей кошку в постель подложить.
- Зачем? От нее же шерсть.
- Ничего ты не понимаешь. Дунька моя помурлычет, и головную боль как рукой снимет.
- Ну, давай. Вдруг, и правда, поможет.
Каждое утро семья собирается за большим столом на завтрак.
- Повар вернулся? - обрадовалась Любочка, увидев сырники. - Дмитрий Иванович!
- Доброе утро, - зычным голосом отозвался румяный здоровяк. - Приятного аппетита! Чем мне тебя побаловать на день рождения?
- Шашлычком, конечно.
Повар скрылся в кухне, а следом заглянул водитель. Он бросил на Любочку многозначительный взгляд, постучал пальцем по циферблату часов и снова исчез.
- Мне пора, - вскочила девчушка, всех обежала и чмокнула на прощание.
В машине она сразу наделала наушники и включила плеер. Андрей с улыбкой глядел в зеркало, зная наперед, что будет дальше. Любочка сначала пела с закрытым ртом, постукивая ножкой в такт мелодии, потом несколько фраз произнесла нараспев в воображаемый микрофон, а затем грянула во весь голос, строя из себя поп-звезду.
- Артистка, - засмеялся водитель, остановил машину возле лицея и стянул с веселой пассажирки наушники. - Приехали.
Любочку ждала подружка. У Даши идеальная осанка, а ступни стройных ножек привычно вывернуты в третью позицию, поскольку она давно занимается танцами.
- Чего невеселая? - спросила Любочка.
- Баба Зина уехала. В море, видите ли, захотелось ей искупаться с подругой.
Даша опустила свои круглые глазки и шмыгнула курносым носом.
- Не расстраивайся, - обняла ее Любочка. - Она скоро вернется.
Но подружка продолжала жаловаться:
- Мама менеджера своего приставила надзирать. У него даже имя противное — Кирилл.
- Да ладно тебе. Нормальное имя.
Даша от омерзения передернулась:
- Усатый нянь.
Любочка посмотрела на Кирилла, стоявшего на углу, и перевела удивленный взгляд на подружку. Временный гувернер совсем не был противным, скорее наоборот: молодой, симпатичный, улыбчивый. И усики ему очень даже шли.
- Ты придираешься, - сказала Любочка.
Даша пожала плечами и завела другую песню:
- Я маму так просила отпуск взять, а она ни в какую. И дистанционно не может. Сказала, что без нее все встанет. Мама работу любит, а не меня!
Обиженная девочка горько заплакала.
- Ну, чего ты, - принялась утешать ее Любочка. -Перестань, пожалуйста. А ты, кстати, не забыла, что у меня скоро день рождения?
- Помню, - всхлипнула подружка и вытерла платочком слезы. - Я и подарок уже купила.
Даша, вообще-то, хорошая, и самый лучший на свете друг. Она и отличница, и танцовщица. Старательная, потому что старается подражать своей целеустремленной маме. Юлия Геннадьевна сделала отличную карьеру, и все ее за это уважают, включая Дашу. Но девочке очень не хватает материнского тепла, поэтому она так и привязана к бабе Зине.
В классе Дашу не жалуют, особенно Ленка и Наташка. Те несправедливо считают ее выскочкой. А ведь за успехами всегда стоит тяжелый труд, а не везение - Любочке это хорошо известно. И уж если кто и важничает в классе, так это Ленка с Наташкой. Их папы - известные люди в городе, но сами девочки пока ничего из себя не представляют. Такие же школьницы, как все.
Ленка обожает украшения, поэтому сверкает, как рождественская ёлка. Разговаривает она, словно маленькая и так тихо, что всем приходится прислушиваться. Но стоит Ленке разозлиться, что случается часто, как прорезается громкий и грубый голос. Да и в выражениях она не стеснятся, стараясь задеть побольнее.
Наташка полная, потому что любит сладости. Все вещи ей малы на размер, а то и два, но покупает она такие нарочно, чтобы выглядеть стройнее. В себе, любимой, Наташка не видит никаких изъянов, зато высмеивает других. Помешана она на всяких модных штучках, и не важно, что это: ручка, телефон или сумочка - лишь бы было в тренде.
Подружки — сплетницы. Шушукаются за спинами товарищей и хихикают, воображая, что они самые лучшие в классе. И все-то они, умные, знают: как правильно, как неправильно. И командовать пытаются, будто кто их назначал. Всем, кто игнорирует их, несладко приходится, как Даше. Девочки над ней насмехаются, издеваются даже. Но Даша с характером, терпит и не сдается, а Любочка всегда ее поддерживает - они же друзья.
Сегодня, во время прогулки бабушка заговорила про день рождения.
- Ты Дашу пригласила?
- Конечно, а Лера недоступна второй день.
Елена Васильевна достала из кармана телефон и набрала номер.
- Привет, Петенька, - весело сказала она. - Извини, что беспокою. Просто Любочка не может дозвониться до Леры. У вас все в порядке?
- Ох, - выдохнул Петр. - Не по телефону. Давайте встретимся.
Новость, которую он сообщил, оказалась очень тревожной.
- Лера заболела, но врачи никак не могут поставить диагноз. Ей все хуже и хуже. Возможно, потребуется операция. И это еще не все. - Петр закрыл руками лицо и заплакал. - Мне нечем оплатить лечение дочери.
Внешность у него самая обычная, разве что глаза. Они у Петра большие и умные. Взгляд прямой, открытый, честный. Как такого человека можно заподозрить в махинациях — непонятно. Неделю назад в его офис нагрянула антимонопольная служба. Оперативники изъяли документацию и приостановили деятельность компании, а материалы расследования передали в ГУ МВД области, где было возбуждено уголовное дело. Петру предъявили обвинение в реализации китайского медооборудования под видом аналогичного товара европейского производства. Только к такого рода махинациям он не имел никакого отношения, но убедить в этом следователя было невозможно.
- Петр Александрович, - талдычил тот упрямо свое, - вы реализовали хирургическую лазерную систему за двенадцать миллионов рублей, а реальная себестоимость товара составляет триста тысяч. Наценка значительно превышает пятнадцать процентов. Наша экспертная группа сделала заключение. Вот, можете ознакомиться.
Петр пробежался глазами по документу и посмотрел на следователя:
- Ничего не понимаю.
- Это доказательство вашей вины. Что тут непонятного? Но!
- Что? - спросил Петр.
Следователь поднял вверх указательный палец и продолжил:
- Поскольку экономическое преступление совершено впервые, обвиняемый раскаивается и готов возместить материальный ущерб, нанесенный медицинскому учреждению...
- Я не готов, - перебил Петр.
- Не горячитесь. Подумайте. Вы ведь не хотите в тюрьму?
Елена Васильевна внимательно выслушала Петра и сказала:
- От сумы и тюрьмы не зарекайся. Выставляй дом на продажу. Свобода дороже денег.
- А как же правда?
- Тебе сейчас не об этом надо думать. Главное, чтобы Лера поправилась. И не отчаивайся!
Воскресным утром Любочка с бабушкой отправились в храм. На службу спешили и старушки, и мамочки с детками. Мужчин было совсем мало, в основном старички. Мелькали в толпе и молодые лица.
- Обедню о здравии закажем Лере и свечки поставим Богородице, - сказала бабушка. - Если помолиться от чистого сердца, то просьба будет услышана. Только надо верить, милая, иначе ничего не выйдет.
Храм оказался внутри большой и величественный. С икон смотрели бородатые старцы и благочестивые женщины в платочках, а рядом стояли золотистые подставки с горящими свечами. Вспыхнула ярким светом огромная люстра, и откуда-то сверху раздалось хоровое пение.
- Ну, милая, давай молиться, - сказала бабушка.
Девчушка поправила на голове платочек, закрыла глаза и стала что-то тихонечко нашептывать, а по ее щечкам ручейками текли слезы.
Понедельник - день тяжелый, но у Любочки он начался с поздравлений.
- С днем рождения, милая, - обняла ее бабушка. - Смотри, какое я тебе платье купила. Нравится?
- Очень!
Любочка тут же его надела и начала кружиться по комнате.
- Красотка, - улыбнулся папа.
- Иди сюда, Рыжик, - позвала дочку Светлана. - У нас для тебя подарочек. Держи.
- Ух ты! Умные часы. Спасибо!
Столовая была украшена разноцветными шарами, а в центре стола красовался румяный пирог.
- Ах! - радостно воскликнула Любочка. - С вишней?
- Само собой, - улыбнулся повар. - И одноклассникам твоим я сделал угощение. С днем рождения, Любочка! Желаю тебе всегда хорошего аппетита.
- Спасибо, Дмитрий Иванович.
Водитель протянул имениннице маленькую коробочку.
- Заколка? - обрадовалась Любочка. - Какая бабочка! Вся переливается. Спасибо, дядя Андрей.
- У меня тоже для тебя подарок, - смущенно сказала Мария и протянула вязаную шапочку.
- Прикольная! Спасибо.
Семья уселась за стол.
- Какой чудесный день! - Любочка поправила платьице, посмотрела на часики, закрепила на волосах заколку и надела шапочку. - Ух, осталось пирог попробовать.
На садовой дорожке девчушку поджидал дед Семен. Он шутливо подергал ее за ушки и тоже вручил подарок.
- Наушники? - засмеялась Любочка. - Угадал!
Девчушка обняла старика, чмокнула в небритую щеку и хотела что-то спросить, но пунктуальный водитель принялся сигналить и моргать фарами.
Даша караулила подружку у ворот лицея.
- С днюхой! - крикнула она, шагая навстречу с подарком. - Будь здорова.
- Спасибочки, - засмеялась Любочка и похвалилась часами. - Видала? Давно о таких мечтала!
- Классные, - одобрила Даша.
Вдруг из часов раздалась мелодия. Любочка нажала на кнопочку и ответила:
- Алло!
- Проверка связи, - сказал папа. - Как слышно меня?
- Хорошо!
Даша от удивления раскрыла рот:
- Ты по часам что ли разговаривала?
- Да! Они же умные.
В классе именинницу встретили громогласным «поздравляем». Любочка от неожиданности вздрогнула, а потом залилась смехом.
- Спасибо, ребята. А я принесла вам угощение. Налетай! Можно, Ольга Петровна?
- Конечно, - улыбнулась учительница. - С днем рождения, Люба. Желаю успехов в учебе.
Свежайшие эклеры с ванильным кремом, щедро политые шоколадом, оказались очень вкусными, и было их предостаточно. От такой вкуснятины даже Ленка с Наташкой улыбнулись, но потом завистливые девочки заметили у именинницы умные часы и сникли.
После уроков Любочка с Дашей отправились в развлекательный центр. Каждый день рождения, по традиции, праздновался в «Мадагаскарии». Двоюродные братишки и сестрички, а также их родители, встретили Любочку на входе. Взрослые вручили подарки и уехали, чтобы не мешать, а «воевать с бандой» осталась Елена Васильевна.
И началось: всевозможные карусели и аттракционы, лабиринт с шариковым бассейном и разноцветными горками, батутная арена, поролоновая яма, скалодром. Аниматоры устроили для ребятни сказочное шоу и дискотеку. Потом были посиделки в кафе и, конечно, торт. Словом, серый понедельник превратился в яркий праздник.
Дети разъехались, а Даша решила задержаться.
- Куда мне спешить? - рассуждала она. - Тренировку отменили, мамы нет, а Кирилл мне совсем не нравится.
- Ты приглядись к нему получше, - посоветовала Елена Васильевна. - Мне кажется, что он хороший.
- Ладно, - вздохнула Даша и сменила тему. - А Леры почему не было на празднике?
- Она в больнице, - сказала Любочка и посмотрела на часы. - Куда же запропастился дядя Андрей?
В садовой беседке был уже накрыт стол. Дмитрий Иванович крутился возле мангала, а дед Семен давал ему ценные указания. Кирилл с Марией уединились на качелях и громко хохотали.
- Кажись, поладили, - сказал дед Семен.
Дмитрий Иванович посмотрел на догорающие поленья и вздохнул:
- Меня больше интересует, где Елена Васильевна с девочками?
- Да, припаздывают. И Павла со Светланой все еще нет.
Андрей стоял в пробке, а супружеская находилась в банке. Пока Светлана делала денежный перевод, Павел позвонил Петру:
- Какие новости?
- Да никаких пока. Директор в отъезде.
- Так, ты там давай не кисни. Соберись! За девочек своих не волнуйся. Они под приглядом. Понял?
- Понял, - вздохнул Петр. - Спасибо тебе, Пашка.
Петр уже много лет занимается закупкой медицинского оборудования у надежного поставщика в Питере, а фирма Павла обеспечивает установку, ремонт и текущее обслуживание. Друзья с самого начала зарекомендовали себя добросовестными предпринимателями, поэтому их бизнес развивался стремительно, и не только в родном городе.
В прошлом месяце одной из больниц выделили из бюджета деньги на закупку аппаратуры, и Павел порекомендовал главному врачу в качестве надежного поставщика Петра. Был проведен открытый аукцион, и подписан договор купли-продажи. Оборудование доставили в больницу, и Павел, выигравший торги на установку, приступил к монтажу.
Дорогостоящая лазерная система отказала через неделю.
- В первый раз такое, - растерялся Петр. - Нужно отправить претензию изготовителю.
В Германии, конечно, удивились, но специалистов выслали. Тщательно осмотрев оборудование, они пришли к выводу, что установка изготовлена не на их заводе. Главный врач тут же доложил об инциденте куда следует, после чего к Петру нагрянула проверка.
Понятное дело, что честного предпринимателя обманули, поэтому он решил провести собственное расследование. Петр помчался в аэропорт, сел в самолет и через несколько часов был уже в Санкт-Петербурге. На такси он добрался до офиса фирмы и направился к директору.
- Его нет, - сообщила секретарша. - У вас что-то срочное?
- Срочное! - рявкнул Петр. - Уголовное дело заведено.
- Я немедленно доложу Максиму Геннадьевичу, - побледнела девушка и протянула листок с ручкой. - Напишите, пожалуйста, вашу фамилию, имя, отчество и контактный телефон.
Петр поселился в гостинице и томился в ожидании. С самого утра он отправился на прогулку, чтобы отвлечься от тревожных мыслей, но холодный осенний дождь и пронизывающий ветер гнали его обратно в номер. Промокший и продрогший, он брел в сторону гостиницы и все думал, думал. Все упиралось в деньги. Они сейчас так нужны были для лечения дочери. «Что же делать?» - навязчиво стучало в голове. Петр остановился у ворот храма, а за подол куртки его дернул нищий:
- Подай, сколько можешь.
Петр выгреб из карманов всю мелочь и насыпал попрошайке, а тот ощерился беззубой улыбкой и весело закивал головой:
- Как зовут тебя, благодетель?
- Петр.
Нищий закашлялся и указал рукой на золоченые купола:
- Церковь святых апостолов Петра и Павла. Зайди.
Петр растерянно посмотрел на старика в рваной одежде и заглянул в его помутневшие от катаракты глаза. Сколько же в них было жизни! «Вот уж кому не грех было бы и отчаяться», - подумал он.
- Проси Бога за дочку, - сказал нищий. - И я помолюсь. Имя ей как?
- Валерия, - прошептал Петр.
- Иди, иди в церкву. Не бойся.
Утром Петру позвонила жена:
- Операция закончилась. Врачи сказали, что у нашей девочки есть все шансы на выздоровление.
- Слава Богу, - выдохнул Петр и заплакал.
Любочка узнала радостную новость от бабушки, как только вышла из лицея.
- Милая! - окликнула ее Елена Васильевна. - Лера очнулась. Предлагаю заехать в храм.
- Зачем? Все же замечательно!
- Поблагодарить. К тому же у кого-то сегодня именины.
- Поздравляю, - весело сказала Даша. - А я и забыла совсем.
- Приходи к нам вечером, - пригласила Елена Васильевна. - И Кирилла прихвати.
В храме было тихо и безлюдно. Через большие окна пробивались солнечные лучи, заливая пространство светом. В центре, на аналое, лежала икона в окружении живых цветов. Бабушка перекрестилась и приложилась к ней.
- Вера, Надежда, Любовь и мать их София, - тихо сказала она.
- И кто из них Любовь?
- Самая маленькая из девочек.
- Расскажи мне, бабушка, про нее.
- Хорошо, только история грустная. Жила в Риме вдова, родом итальянка, по имени София. У нее было три дочери: Вера, Надежда и Любовь. Мать верила во Христа и учила вере своих детей. Это были мудрые и очень красивые девочки, которые совершали добрые дела. Слух распространился о них, и царь Адриан захотел их увидеть.
- Чтобы наградить?
- Нет, милая. Чтобы заставить отречься от веры и поклониться богине Артемиде. Царь посулил девочкам богатство и славу, даже отцом пожелал их назваться. И угрожал расправой, если те не согласятся.
- А девочки?
- Сказали, что отец их Бог, живущий на небесах, и что они хотят быть Его детьми. А на фальшивых богов девочки плюют и готовы на страдания. Царь тогда разозлился и стал угрожать, но Вера, Надежда и Любовь не испугались.
- А сколько им было лет, бабушка?
- Старшей, Вере, было двенадцать, Надежде — десять, а младшей, по имени Любовь, сравнялось девять.
- И что же с ними сделал тот царь?
- Пыткам подверг, чтобы дух сломить. Их и били, и в котел кидали с кипящей смолой, и на раскаленную решетку укладывали, и в огонь бросали.
Сердце Любочки сжалось от боли, и она заплакала.
- Что ты, милая, - прижала к себе внучку Елена Васильевна. - Девочки совершенно не чувствовали боли. Господь не попустил этого. Когда Любовь вошла в горящую печь, то не обожглась.
- Совсем? - всхлипнула Любочка.
- Совсем! Из горящей печи вылетело пламя и превратило мучителей в пепел. Жестокий царь, одну за одной, казнил девочек. Только Вера, Надежда и Любовь не погибли в тот день. Их святые души получили жизнь вечную. На третий день почила и их мать. Теперь они все вместе находятся в Царстве небесном и молятся о нас.
- А что это за кружочки над их головками?
- Сияние света, милая. Это же святые мученицы.
Бабушка протянула внучке точно такую же икону, только маленькую.
- Спасибо, - поцеловала и прижала к сердцу дорогой подарок девчушка.
Вечером в доме собрались гости. Это были те же дети с родителями, что и на дне рождения. Только в этот раз тетя Эля прихватила с собой мужа и отца.
- Вот, Любочка, - протянула крестная куклу, - мое новое творение.
- И львенок, - хором сказали девочки-близнецы.
- Ой, как он на Любочку похож, - улыбнулся дядя Игорь. - Такой же миленький.
- Лев миленький? - возмутился дедушка. - Царь зверей, на минуточку.
Он взлохматил свои рыжие волосы и громко зарычал.
- Похож! Похож! - захохотали дети.
- То-то же, - пригладил дедушка «гриву» и вручил имениннице конверт. - Купи себе, внученька, чего-нибудь. Лады?
Любочка тут же и придумала: «Воздушные шарики Лере в больницу.»
Борис тоже приехал со своим семейством. Озорной дядя, как всегда, подкрался со спины и закрыл имениннице глаза.
- Крестный! - обрадовалась девчушка.
- Опять узнала, - хохотнул дядя Боря и подвел Любочку к столу, на котором возвышался большой кремовый торт. - Угадай, как я назвал этот шедевр?
- Сердце?
- Любовь! - засмеялся тот, да так заразительно, что захихикали и остальные.
Братишки вручили Любочке цветы и сказали пару теплых слов, а вот их маму, как говорится, «понесло». Тетя Аня все поздравляла и поздравляла, желала и желала, и конца ее выступлению не предвиделось.
- Дорогая, - прервал ее Борис, - вручай уже скорее подарок.
Тетя Аня «споткнулась» на полуслове, хихикнула и протянула имениннице полную корзину сладостей:
- Вот! Все самое лучшее из нашей кондитерской.
- Спасибо, конечно, - ахнула Любочка, - но мне столько до следующих именин не съесть.
Родственники стали обниматься и целоваться, а девчушка выскользнула из гостиной и юркнула к входной двери. В саду она увидела подружку, которую уже заждалась, и крикнула:
- Вот ты где! Чего в дом не идешь?
- Иду.
Даша направилась к дому, и Кирилл хотел было пойти следом, но дед Семен его остановил:
- Нет, мил человек, ступай лучше к пруду. Там тебя одна знакомая русалка дожидается.
Спустя два дня вернулся из служебной командировки директор фирмы и пригласил Петра на встречу. Он спросил прямо:
- Что произошло?
- На открытых торгах я заключил с вашей фирмой сделку на приобретение немецкого оборудования, а мне подсунули китайское.
- Так-так, - задумался Максим Геннадьевич. - Значит, всучили подделку?
- Именно так. Я читал заключение экспертов.
- Давайте по порядку, - сказал Максим Геннадьевич. - Нужно разобраться в ситуации.
- Разбирайтесь, - выдохнул Петр, опустился в кресло и прикрыл уставшие глаза.
- Кофе? - предложила секретарша.
Петр втянул носом бодрящий аромат, глянул на сырокопченую колбаску, уложенную тонкими лепестками на хрустящий багет, и сглотнул слюну.
- Подкрепитесь, - радушно сказал директор и вышел из кабинета.
Вскоре он вернулся и уселся в соседнее кресло:
- Кто из наших сотрудников оформлял с вами договор?
- Сергей Рогов.
- Он уволился недавно. Кстати, заявка на закупку оборудования на нашем сайте не зарегистрирована. На лицо факт мошенничества.
- И что теперь?
- Виновные должны понести наказание! - стукнул кулаком по столу директор. - В рамках закона, разумеется. Вас сейчас проконсультирует наш юрист и поможет составить исковое заявление. Петр Александрович, это нужно сделать обязательно.
- Я понимаю.
В кабинет вошла секретарша, вернула Петру паспорт и доложила:
- Место на ближайший рейс для Петра Александровича забронировано. Водитель отвезет нашего гостя в аэропорт.
- Сначала в полицию, - сказал директор и протянул Петру банковскую карту. - Наймите себе хорошего адвоката.
- Что вы, не надо. Как-нибудь обойдусь.
- Как-нибудь в такой ситуации не прокатит. Берите. Считайте это компенсацией за доставленные неудобства.
Максим Геннадьевич встал и пожал гостю руку:
- До новой встречи. Надеюсь, она будет приятной.
По возвращению Петра сразу вызвали на допрос.
- Кто вам разрешал отлучаться из города? - начал нападать следователь. - У вас же подписка о невыезде. Вы хотите, чтобы до суда я заключил вас под стражу?
- Нет. Я правду хочу найти!
- Все, никакой самодеятельности больше. Можете идти. Я вас вызову.
Дело рассыпалось. А ведь так все хорошо шло: быстрое разоблачение и суд. Лучше и не придумаешь.
В тот же день следователь, сославшись на плохое самочувствие, открыл больничный, а потом ушел на пенсию. Дело передали другому, молодому и энергичному, который проявил большое рвение. И с адвокатом Петру повезло. Он мужественно отстаивал честь своего подзащитного, а помогал ему опытный юрист из Питера, правда тайно. Словом, разбирательство шло полным ходом.
А Лера приходила в себя после операции. Елена Васильевна с внучкой часто ее навещала в больнице.
Первый визит Любочку тронул до слез. Поразили глаза детишек, наполненные страхом и болью. У родителей они были другие. Конечно, там плескалась тревога, но вместе с тем жила и надежда, и светилась любовь.
Когда Любочка увидела через стеклянную перегородку Леру, заплакала. Хрупкое тельце несчастной было утыкано датчиками, провода тянулись к медицинским приборам, а из руки торчала игла. От нее отходила прозрачная трубочка к флакону с лекарством, которое по капельке вливалось в больную девочку.
- Она живая? - спросила Любочка.
- Конечно, - улыбнулась Ольга, - Просто спит. Все страшное уже позади.
- Что врачи говорят? - поинтересовалась Елена Васильевна.
- Хороший прогноз. Наш случай называют чудом.
По дороге домой Любочка долго молчала. Она смотрела из машины на людей, которые шли по улице и беззаботно смеялись.
- О чем задумалась, милая? - спросила бабушка.
- Мир какой-то половинчатый. Веселым и здоровым будто и дела нет до несчастных и больных.
- Почему же? Мир не без добрых людей.
- Знаешь, бабушка, я твердо решила стать врачом.
Любочка еще немного помолчала и спросила:
- А откуда тебя все знают в больнице?
- Так твой дедушка там работал, а папа закупает медикаменты.
- Это он здорово придумал! Не у всех есть денежки.
Перед следующей поездкой девчушка долго стояла возле шкафа и смотрела на своих кукол.
- Прощайте, - решительным тоном сказала она.
Любочка уложила игрушки в коробку, перевязала лентой и потащила по ступенькам вниз.
- Что у тебя там? - спросила бабушка.
- Куклы. Хочу отдать их больным детишкам. Как ты думаешь, тетя Эля на меня не обидится?
- Думаю, нет. Если куклы могут кому-то принести радость, то чего им пылиться в шкафу?
- А Лере я шарики куплю. Пускай тоже радуется!
Однажды по пути в больницу водитель завернул в храм. Елена Васильевна вышла из машины и вскоре вернулась с батюшкой.
- Здравствуйте, - смутилась Любочка, увидев священнослужителя с длинной седой бородой и в черной рясе.
- И тебе доброго здравия, - благодушно ответил старичок, усаживаясь на переднее сидение.
- Отец Сергий совершит елеопомазание, - сказала бабушка, - чтобы Лерочка поскорее выздоровела.
- Болен ли кто из вас, - вздохнул батюшка, - пусть призовёт пресвитеров Церкви, и пусть помолятся над ним, помазав его елеем во имя Господне. И молитва веры исцелит болящего, и восставит его Господь; и если он соделал грехи, простятся ему.
Действительно, после совершения таинства Лера стремительно пошла на поправку, только вот настроение у нее так и осталось плаксивое. Любочка посоветовалась с Дашей, и уже на следующий день в больничной палате состоялось представление.
Кирилл, переодетый в клоуна, развлекал больную. Под веселую музыку он быстро-быстро скрутил в руках тонкий и длинный, как сосиска, воздушный шарик.
- Ой, собачка! - захлопала Лера в ладоши.
Затем палата наполнилась мыльными пузырями, переливающимися всеми цветами радуги. Лера завороженно смотрела на это чудо и улыбалась.
Были и фокусы. Клоун достал из кармана большой цветастый платок и прикрыл свои желтые штаны. Потом он отпрыгнул в сторону и победно воскликнул:
- А?
На том месте, где клоун только что стоял, появились потешные ботинки с вытянутыми носами. Кирилл просто-напросто разулся, но об этом зрители догадались не сразу, а лишь когда он начал танцевать. От энергичных движений оголились его ступни в одних носках, но клоуна это ничуть не смутило. Думая, что не разоблачен, он снова прикрылся платком, наспех обулся и крикнул:
- Опля!
Ботинки снова «исчезли». Вышло это так забавно, что Лера засмеялась, ухватившись руками за свой животик, который все еще побаливал после операции.
Клоун поманил к себе пальцем Любочку и дал ей край платка. Сам же он снял шляпу, зажал в руке и взялся за другой конец. Свободной рукой Кирилл послал некий импульс, от которого головной убор начал движение по верхнему краю импровизированной ширмы. А потом, «совершенно неожиданно», он выронил свой угол платка, а Любочка продолжала невозмутимо двигать рукой, на которую была надета шляпа. Секрет фокуса был «случайно» раскрыт, и это вызвало взрыв смеха.
В палату заглянул доктор.
- Так, что тут за шум? - строго спросил он, разглядывая клоуна.
- Андрей Васильевич, простите, - извинилась Лера.
- Да нет уж, продолжайте. Смех — лучшее лекарство.
К доктору подскочил Кирилл, вытащил из-за пазухи игрушечного кролика и спросил:
- Гипноз могёте?
- Могём! - улыбнулся доктор и уставился на несчастного кролика, как удав.
Только гипноз почему-то подействовал на клоуна. Кирилл закрыл глаза, громко «захрапел» и рухнул как подкошенный на пол.
- Андрей Васильевич, - расстроилась Лера. - Зачем вы клоуна усыпили? Разбудите его, пожалуйста.
- Сами будите, - засмеялся доктор.
- А как?
- Аплодисментами, конечно.
В следующем фокусе принимала участие Даша. Клоун поставил девочке на ладошку бутылку кефира и накинул платок, а когда убрал, то все увидели газировку. Рука Даши снова на несколько секунд исчезла из вида, после чего появился прежний кисломолочный продукт.
- Но как? - спросила Лера.
Даша улыбнулась и потянула кефирную бутылку за горлышко вверх.
- Ух! - выдохнула в изумлении Любочка.
Хитрость заключалась в том, что в бутылке не было ни дна, ни содержимого, поэтому-то в ней, точно в матрешке, легко помещалась газировка.
Клоун присел на корточки и надел на голову блестящую кастрюлю.
- Ап! - сказала ассистентка Даша, накинула и сняла платок.
- Ах, - всплеснула руками Лера. - Исчезла!
Клоун вскочил на ноги и начал нарезать круги по палате, а за его спиной высоко подпрыгивала на резинках та самая «исчезнувшая» кастрюля.
- Спасибо, - вытерла слезы Лера. - Я давно так не смеялась.
Девочка заметно повеселела, и у нее проснулся аппетит.
- Отлично, - сказал врач после осмотра спустя несколько дней. - И анализы стали намного лучше. Если дело пойдет так и дальше, то придется мне тебя выписать.
- Ура! - обрадовалась Лера и прижалась к маме. - Я так хочу домой.
А вот на Любочку напала тоска. С неба сыпал дождь, а из грустных глаз девчушки капали слезы. Навстречу вышла бабушка с зонтом, но Любочка ее даже не заметила.
- Милая! - окликнула ее Елена Васильевна. - Что случилось? Кто обидел?
- Никто, - всхлипнула девчушка. - Лера в больнице, а Дашка укатила на соревнования в Москву. Я совсем одна осталась! Понимаешь, бабушка?
Елена Васильевна забрала у Любочки рюкзак и легонько подтолкнула в спину:
- Ступай, помоги Семену. У него спину опять прихватило.
Садовник велел подмести дорожку, после чего усадил Любочку «стричь» облепиху.
- Вот так, - показал он. - Ножничками, чтобы ягодки не раздавить. Аккуратно, у нее колючки острые.
Девчушка тут же уколола пальчик и рассердилась:
- Не буду стричь!
Дед Семен хмыкнул и погладил усы:
- И не надо. Спой лучше песенку.
- Не хочу, - отвернулась к окну Любочка.
К ней подошла кошка Дунька, нежно помурлыкала и начала тереться об ножки. Пес Барбос тоже принялся уговаривать: положил голову на колени, заглянул в глаза и жалобно заскулил.
- Ладно, так уж и быть, - сдалась Любочка и запела без фальши чистым и звонким голоском.
И тотчас к ней присоединилось трио: дед Семен хрипел, как Высоцкий, Дунька издавала странные звуки, похожие на детский плач, а Барбос выл по-волчьи, заглушая витиеватыми мелизмами всех.
- Тьфу ты, - засмеялась Любочка, - сбили меня.
Через неделю вернулась Даша. Впечатлений от столицы было так много, что тараторила она без умолку.
- Мама на финал приезжала, - громко шептала она.
- Потише! - сделала замечание учительница и постучала карандашом по столу.
- Подарочек мне сделала, - продолжала Даша. - Смотри!
Она потрогала себя за мочки ушей, в которых искрились крошечные драгоценные камешки.
- Бриллианты? - удивилась Ленка, разглядывая сережки.
- Место какое ваш коллектив занял? - спросила Любочка.
- Первое, конечно. На всю Россию прославились.
- Дуракам всегда везет, - съехидничала Наташка.
- А знаешь, кого я встретила в телецентре?
- Кого? - хором спросили Наташка с Ленкой.
- Ивана Урганта! Он мне автограф дал. Сейчас.
Даша достала из портфеля фотографию, где размашистом почерком было написано: «Дарье Веселовой на добрую память.» Ниже стояла подпись.
На следующий день Наташка отравилась к директору, которая доводилась ей родной теткой, и заявила о пропаже телефона.
- Ты кого-нибудь подозреваешь? - спросила Ираида Григорьевна.
- Дашу Веселову, - не моргнув глазом соврала Наташка. - Она сегодня крутилась возле моего портфеля.
Директор тут же позвонила Ольге Петровне:
- В мой кабинет. Срочно! И Веселову приведите с портфелем.
Любочка почуяла неладное и отправилась следом. У кабинета директора она увидела Ленку.
- Тебе чего здесь надо? - выпалила та. - Иди отсюда.
- Вот еще! - Любочка прислонилась спиной к стене и стала ждать.
Директор вытряхнула содержимое портфеля на стол, ткнула пальцем в телефон и спросила у Наташки:
- Твой?
- Мой, - радостно кивнула та.
Ираида Григорьевна обожгла Дашу свирепым взглядом и рявкнула:
- Ольга Петровна, вызывайте мать Веселовой. Срочно! Скажите, что вопрос стоит об отчислении.
Наташка вышла из кабинета счастливая:
- Все! Веселова больше здесь учиться не будет.
- Это почему же? - спросила Любочка.
- Воровка, потому что!
- И что же она украла?
- Телефон.
Любочка растерялась. В том, что Даша честный человек, она нисколько не сомневалась, но как это доказать? Вдруг в ее светлой головке промелькнул план, и она помчалась к охраннику.
- Юрий Иванович, мою подружку хотят отчислить, - со слезами сказала Любочка. - За воровство.
- Серьезное обвинение.
- Но Даша не могла ничего украсть! Думаю, что телефон ей подкинули.
- Что же, давай проверим. В каком классе ты учишься?
- В четвертом «А».
Юрий Иванович постучал по клавишам, и на мониторе замелькали детские лица.
- Стоп! - ткнула пальчиком в экран Любочка. - Это Наташка и Ленка.
Было отлично видно, как подружки засовывают телефон в чужой портфель.
- Интересное кино получается, - с досадой сказал охранник. - Что же девочек подвигло на такую подлость?
- Зависть, Юрий Иванович.
- Я тебе фотки сейчас скину, - сказал охранник. - Нельзя невинного человека из лицея выгонять.
Любочка уселась на лавочку и стала караулить Юлию Геннадьевну. Приехала она довольно скоро.
- Все подстроено! - подскочила к ней девчушка и протянула флэшку.
- Я поняла, - невозмутимо ответила Юлия Геннадьевна, расправила плечи и направилась к директору.
Ираида Григорьевна посмотрела фотографии и заерзала в кресле:
- Подумать только.
- Я намерена подать заявление в суд за клевету, - сухо оборвала ее Юлия Геннадьевна. - И за моральный ущерб тоже. Моей дочери, в вашем учебном заведении, нанесена серьезная психологическая травма. Представьте, какой будет резонанс, если информация просочится в прессу и интернет-пространство. Между прочим, коллектив, в котором танцует Дарья, признан лучшим в России и получил Гран-При на конкурсе в Москве.
Ираида Григорьевна сделалась пунцовой и еле слышно вымолвила:
- Я все улажу. Подобный инцидент больше не повторится.
- Надеюсь. По вашей вине, кстати, у меня может сегодня сорваться важная сделка.
- Приношу извинения, - заискивающе пролепетала Ираида Григорьевна. - Не смею больше задерживать.
Юлия Геннадьевна вышла из кабинета директора и разыскала Дашу. Девочка была перепугана и в слезах.
- Ты чего нюни распустила? - спросила Юлия Геннадьевна с укором.
- Меня отчислят?
- Пусть только попробуют! - воинственно сжала кулаки мать и, не попрощавшись, отправилась по своим делам.
Даша поглядела ей вслед и снова заплакала.
- Поехали, - обняла ее Любочка. - У меня дома целая корзина сладостей.
- Спасибо, - всхлипнула Даша. - За все!
- Перестань, мы же друзья.
Кирилл увязался за воспитанницей. Он всю дорогу рассказывал такие смешные анекдоты, что Андрею от хохота с трудом удавалось управлять машиной. Любочка тоже хихикала, а вот Даша засмеялась только у ворот дома.
- Ух, - выдохнул с облегчением Кирилл. - Я свою работу сделал. Отпускаешь меня в кино с Марией?
- Конечно!
После обеда Елена Васильевна уединилась с девочками в гостиной и внимательно выслушала рассказ о происшествии.
- У клеветника сердце, как змея, - вздохнула она. - Такое же ядовитое и изворотливое. Сказано: «Человек добрый из сердца своего выносит доброе, а человек злой из сердца своего выносит злое». Но обиду надо простить.
- А как? - спросила Даша.
- Ты просто не желай зла в ответ. Это и будет твоим прощением.
На следующий день Даша долго не решалась войти в класс.
- Трусишь? - спросила Любочка.
- Не то, чтобы очень. От этих вертихвосток чего угодно можно ожидать.
- Не бойся, я же с тобой.
Даша рывком распахнула дверь и вошла.
- Опаньки! - удивилась Наташка. - Не выгнали, значит.
- А чего она натворила? - спросил любопытный троечник.
- Телефон у Наташи украла, - заявила Ленка.
- Неправда! - Любочка встала и обратилась к ребятам. - У меня есть доказательства. Показать?
- Так это подстава, - смекнул троечник, разглядывая фотки, и тут же возмущенно загалдел весь класс.
Ленка с Наташкой переглянулись, схватили портфели и отправились к директору.
- Тетя Ира, - жалобно затянула Наташка. - Нас с Ленкой травят.
- Кто же? - удивилась директор, зная бойцовский характер своей племянницы.
- Любка Золотинская. Фотки какие-то приволокла и всем показывает.
Ираида Григорьевна поманила ее к себе пальцем и указала на экран компьютера:
- Эти?
Наташка с перепугу сжалась, а Ленка растерянно пробормотала:
- Мы это… лучше пойдем.
- Вырыли яму ближнему? - разгневалась Ираида Григорьевна. - Выбирайтесь теперь, а меня увольте!
Вскоре Леру перевезли в реабилитационный центр. Конечно, она расстроилась, ведь ей так хотелось домой.
- Все-таки, не больница, - пыталась утешить ее Любочка.
- Устала я. Тебе меня не понять.
- Да, досталось тебе. Сколько ты всего пережила! Но надо еще чуть-чуть потерпеть.
- Легко сказать, - смахнула слезинки Лера.
Любочка достала из сумки большую коробку с пазлами и протянула подружке:
- На вот, собирай. И не вздумай реветь! Я к тебе завтра забегу.
- А Даша?
- Не знаю. У нее тренировки чуть не каждый день. Только в лицее и видимся. Кстати, баба Зина вернулась. А Кирилл сделал предложение нашей Марие!
Как-то вечером Елена Васильевна вернулась домой задумчивая.
- Что случилось, мама? - спросил Павел.
- Да врачи пожаловались на «Кларитин». Я уж, грешным делом, думаю - не подделка ли?
- В какой аптеке ты его закупала?
- Так в той же, что и обычно.
- Надо бы отправить лекарство на экспертизу.
- Сделаю, сынок, а то совестно перед людьми.
Далее события развивались стремительно. Следственные органы выяснили, что через сеть аптек в городе был налажен отпуск фальсифицированных препаратов. Группа лиц по предварительному сговору осуществляла закупку, фасовку и сбыт подделок. Преступники организовали производство, а в типографиях печатались инструкции, фольга и упаковки для препаратов.
Петр находился под впечатлением от услышанного:
- Аферисты кругом. Но подделывать лекарства - последнее дело. Ничего святого в людях!
- Одно радует, - сказал Павел, - «лекари» получат заслуженное наказание. А как твои дела?
- В Питер на днях мотался. Мошенников взяли за жабры, но не всех. Там целая банда орудовала — не чета нашим таблеточным. Но и Максим Геннадьевич не промах - деньги имеет, связи. И потом, для него это долг чести.
Елена Васильевна тоже успокоилась, ведь здоровью пациентов больницы ничего больше не угрожает. У этой неприятной истории случился справедливый финал - виновные понесут наказание. По такому случаю Елена Васильевна испекла пирог. Ровно в два она отключила духовку, уселась в гостиной с книгой и стала ждать Любочку. Но время шло, а внучки все не было. Елена Васильевна несколько раз позвонила ей, потом набрала водителю, но трубку никто не взял. О своих опасениях она сообщила сыну.
Заявление о пропаже ребенка в полиции приняли сразу же. И завертелось. Машину обнаружили быстро, но в ней был только водитель, тяжело раненый и без сознания, а на заднем сидении лежали портфель и телефон Любочки.
- Жаль, - покачал головой опытный капитан, - по номеру мобильного мы определили бы местоположение ребенка.
- Погодите, - сказал Павел. - У дочки на руке умные часы. Они синхронизированы с моим смартфоном. Там встроен GPS-трекер.
Павел активировал поисковую программу и переменился в лице:
- Она движется за город.
- Похищение? - предположил молодой лейтенант.
- Ах! - вскрикнула Светлана, сделалась бледной и начала оседать.
Петр подхватил ее на руки и понес к машине.
- Паш, я скоренько, - крикнул он. - Отвезу и сразу назад.
Павел стоял в полной растерянности и не реагировал на надрывающийся в его кармане телефон.
- Ответь! - подошел к нему Петр и встряхнул за плечи.
- Слушаю, - выдавил Павел.
- Молодец, что слушаешь, - последовал ответ. - Ты опрокинул мой бизнес. Потрудись приготовить десять миллионов рубликов, если хочешь получить свою дочь живой.
На том связь оборвалась.
- Что? - спросил капитан.
- Выкуп потребовали.
Капитан снял с головы фуражку и вытер платком потный лоб:
- Павел, вы кому-то перешли дорогу?
- Да нет, вроде...
- Ну, как же, - оживился Петр. - А те, что подделывали лекарства? Их же лавочку недавно прикрыли.
- Но преступников всех взяли, - возразил Павел.
По дороге в банк Павел прокручивал в голове разговор - интонация голоса звонившего показалась знакомой.
- Рубликов, - сказал он вслух.
- Ты о чем это? - спросил Петр.
- Орех любил приговаривать: «свинья мне не брат, а пять рубликов не деньги».
- Паш, ты думаешь, что это он похитил Любочку?
- Помнишь историю с автомобильными шинами, которые он с ребятами украл? Ореху, как организатору, тогда шесть лет дали.
- Смутно. Но что Орех разбогатеть хотел — отлично помню. Только Ванька не о роскоши думал, а как бы из дома поскорее убраться. Рос он без отца, а мать мужиков в дом водила и пила с ними. А где водка, там и драка. Сколько раз Орех битый в школу приходил. Врал всем, что видит плохо, вот и падает. Не помнишь? А одноклассники смеялись. Жалко мне Ваньку было, и родителям моим тоже. Он даже какое-то время жил у нас. Потом у отца деньги исчезли, и дружок мой к тебе переметнулся. Если честно, то я подозревал его в краже. Уж больно он сейфом бати интересовался.
- А у моей матери кольцо золотое куда-то подевалось, - вспомнил Павел. - Дорогое, с бриллиантом. Отец ей на годовщину свадьбы подарил. Там еще выгравировано было «Елена Прекрасная». Ух, как у Ореха тогда глазки загорелись. Вскоре кольцо пропало. Мама на себя грешила, почему-то. Думала, что потеряла, только я не верил. Наша дружба с Орехом разладилась именно после того случая. Но, как говорится, не пойман — не вор.
Павел закрыл банковский счет и сказал:
- Половина.
- Ничего, наскребем, - хлопнул его по плечу Петр. - Я же дом продал.
- Так тебе же надо вернуть деньги за установку, иначе - тюрьма.
- Перестань. Неужели есть что-то важнее жизни ребенка?
В машине Павел снова заглянул в смартфон.
- Движение прекратилось. Поселок Озерный.
- Опергруппу на выезд, - отдал команду капитан.
- В умных часах есть еще анонимная прослушка, - сказал Павел, - и фотокамера встроена.
Он активировал специальную программу, и тут же из динамика раздался приятный женский голос:
- Если будешь себя хорошо вести, то скоро вернешься домой. Хочешь к маме и папе?
- Хочу, - ответила Любочка.
- Ни звука тогда! Поняла?
- Поняла.
Павел сделал серию снимку и показал капитану.
- Не информативно. Преступники в масках.
«Лисичка» грубо толкнула девочку на кровать и ушла в соседнюю комнату.
- Что дальше? - спросила она у плешивого «зайчика».
- Пожрать дай, - сказал толстяк и стянул маску.
- Девочку тоже кормить?
- Перебьется!
- Так что потом? - напирала женщина.
- Выкуп заберешь. Думаю, Павлуша уже смотался в банк. Бизьнесьмен! Надо было требовать больше.
- Так ты и так запросил будь здоров.
- Заткнись! - гаркнул толстяк. - Не твоего бабского ума это дело!
- Не ори на меня! - огрызнулась женщина. - Я тебе не жена. Заварил кашу, так расхлебывай!
- Ленка, ну прости ты меня. На нервах весь.
- Я ведь тоже могу психануть и уехать. Понял?
- Леночка, - замурлыкал толстяк, - как я без тебя? Мы же планировали оформить отношения, завести детишек. Забыла?
- Это ты, по ходу, забыл.
- Вот, - брякнулся на колени толстяк и протянул бархатную коробочку. - Делаю тебе предложение. Ты согласна?
Женщина достала кольцо с бриллиантом и повертела в руках:
- Роскошное! Ой, да тут и надпись.
- Елена Прекрасная, - процитировал толстяк.
- Ванечка, - прослезилась женщина. - Какой же ты щедрый. Конечно, я согласна.
Любочка лежала на кровати, зарывшись носом в подушку, и плакала.
- Вот я дуреха, - вдруг подскочила она и отправила с часов сигнал SOS отцу.
Смартфон Павла тут же ожил.
- От дочки, - сказал он капитану.
- Успокойте девочку, - засуетился тот. - И пусть часы не трогает. Если похитители заподозрят что-то неладное, то мы потеряем единственный шанс на спасение ребенка.
- Верно, - поддакнул лейтенант, - забьются в какую-нибудь нору, и ищи-свищи их потом.
Пока Павел писал ответ, Любочка с нетерпением поглядывала на часы и шептала:
- Папа спасет меня. Обязательно. Он у меня самый лучший на свете.
Наконец, прилетело сообщение, и девочка прочитала его вслух:
- Папа рядом, милая. Ничего не бойся. Потерпи, скоро все закончится. Люблю. Не трогай часы!
Любочка вздохнула и вытерла слезы:
- Я тоже люблю тебя, папочка.
Затем она вытащила из кармана маленькую иконку, которую бабушка подарила на именины, и прижала к себе.
- Помоги мне, святая Любочка, - прошептала она. - Очень тебя прошу!
Павлу в это время позвонил похититель:
- Через час. На мосту. Поворот на Летово. Приведешь полицию, пеняй на себя.
Передача выкупа произошла быстро. Из машины вышел паренек, забрал сумку, бросил в реку, сел обратно за руль и дал «по газам». Лейтенант выскочил из засады и открыл стрельбу, а капитан палил с моста по удаляющейся моторной лодке.
- Поехали! - махнул им Петр.
Капитан сразу же стал докладывать:
- Ушли. Один - по воде, на моторке. Лодка синего цвета, номерной знак «АН», ноль, один, два, три. На преступнике красная куртка с капюшоном. Деньги у него. Мы преследуем машину. Белые «Жигули», номерной знак «С», ноль, шестьдесят пять, «МК».
На развилке Петр увидел брошенную машину и сбавил скорость.
- Ушел гад! - с горечью выпалил он. - Кругом лес. Где теперь искать?
- Помчались в Озерный, - сказал Павел.
- Нечего на рожон лезть, - попытался отговорить капитан, но никто его слушать не стал.
Моторка, тем временем, причалила к берегу. Елена сняла куртку, переложила деньги в рюкзак и вышла.
- Ну ты, Ванечка, и лох, - засмеялась она, разглядывая кольцо. - Десять лимонов проворонил!
Елена выкатила из кустов мотоцикл, надела черную косуху, натянула шлем и рванула по тропинке. Женщине было невдомек, что среди купюр находится маячок. Как только Елена выехала на трассу, ее тут же взяли с поличным.
Петр заехал в поселок и остановил машину неподалеку от дома, где похитители держали Любочку.
- Оставайтесь на местах, - распорядился капитан.
Далее все происходило, как в кино: люди в масках, шумовая граната, разбитые стекла, крики. Но дом оказался пуст.
- Где моя дочь? - диким зверем зарычал Павел и выскочил из машины.
- Бежим туда! - крикнул ему Петр, махнув рукой в сторону леса.
Друзья продирались сквозь заросли и вдруг услышали скрип калитки.
- Вон они, - Петр достал из кармана травматический пистолет.
- Вижу, - вооружился Павел увесистой дубиной.
Вдоль забора Любочку конвоировал низкорослый очкарик, крепко обхватив рукой за шею. В другой руке у него был пистолет. Девчушка шла покорно, а потом вдруг укусила похитителя, сбила очки и юркнула в кусты. Толстяк сморщился от боли и близоруко прищурился.
- Выходи, а то хуже будет! - пригрозил он.
Слабовидящий толстяк двигался медленно, наугад, выставив перед собой пистолет. За деревом что-то мелькнуло, и он выстрелил, но тут же получил удар по голове и вырубился.
- Любочка! - крикнул Павел. - Ты не ранена?
- Нет! У дяди Пети кровь.
- В сторону, в сторону, - отпихнул Павла капитан. - Не мешайте.
Ореха в наручниках и в полубессознательном состоянии полицейские волокли к микроавтобусу, а к Петру с носилками бежала бригада «Скорой помощи».
Прошло две недели. Петр активно шел на поправку.
- Вот и ты загремел на больничную койку, - сказала Ольга.
- Прости.
Петр нежно поцеловал руку жены, и та заплакала:
- Главное, что ты жив. И девочка наша.
- Не понял, - заглянул в палату Павел. - Что за слезы?
- Это я так, - улыбнулась Ольга и вышла.
Павел присел на кровать и посмотрел на Петра:
- Кажется, я забыл тебя поблагодарить.
- Я, кажется, тоже.
Друзья улыбнулись и обменялись крепким мужским рукопожатием.
Вскоре Петра выписали. Как-то вечером ему позвонил директор Питерской фирмы.
- Накрыла наша доблестная полиция банду злоумышленников! - сообщил он долгожданную новость. - На счета наложили арест, так что ваши деньги в целости и сохранности, но вернут их после суда. Первое слушание назначено на четверг.
- Буду, Максим Геннадьевич.
А однажды утром позвонили в дверь.
- Это вам, - сунул конверт курьер и побежал по ступенькам вниз.
- От кого? - крикнул Петр.
- Отправитель пожелал остаться неизвестным.
- Что там? - спросила Лера.
Петр открыл конверт и удивился:
- Путевка. Семейный отдых. Интересно, от кого?
Курьера поджидал внизу Семен.
- Не прокололся? - спросил он.
- Нет.
- Спасибо, Дениска.
- Не за что, - парень глянул в телефон. - Я опаздываю в универ. Давай на выходных пересечемся. Наберу.
Парень побежал на остановку, а дед Семен долго смотрел ему вслед.
- Внук, - с нежностью сказал он.
Вот и настал радостный день, которого так долго ждали девочки. Любочка, Даша и Лера, в нарядных платьях и кружевных платочках, стояли в храме и любовались женихом и невестой.
Отец Сергий благословил молодых и дал зажженные свечи, как символ пламенной и чистой любви, а в знак неразрывного союза - надел кольца. Затем он взял венец и произнес:
- Венчается раб Божий Кирилл рабе Божией Марие во имя Отца, и Сына, и Святого Духа.
Возложил священник венец и на невесту, после чего новобрачные испили из чаши вина, и началось торжественное хождение вокруг аналоя, то есть вечное шествие супругов рука об руку. Затем отец Сергий дал чете крест для целования и вручил иконы: Спасителя и Пресвятой Богородицы. Речь его, по окончании церемонии, была краткой:
- Дети мои, любите друг друга. И помните! «Любовь долготерпит, милосердствует, любовь не завидует, любовь не превозносится, не гордится, не бесчинствует, не ищет своего, не раздражается, не мыслит зла, не радуется неправде, а сорадуется истине; все покрывает, всему верит, всего надеется, все переносит».