В публичном пространстве идея залоговых аукционов впервые была озвучена 30 марта 1995 года. Владимира Потанина стали считать идеологом залоговых аукционов, потому что именно он, выступая на заседании Правительства, предложил выдать правительству кредит под залог акций ряд крупных госдуарственных предприятий.
Нельзя сказать, что эта идея была принципиально оригинальной. Ещё в 1994 году в госорганах обсуждали идею получения кредитов под залог акций российских компаний, но тогда речь шла о займах у иностранных банков. Также идею «долг в обмен на акции» ещё в 1994 году озвучивал Борис Йордан, американский финаyсист, в то время возглавлявший московское подразделение инвестбанка Credit Suisse First Boston. Также он входил в экспертный совет общественно-государственного фонда «Российский центр приватизации», был консультантом Госкоимущества РФ, а позже принимал активное участие в проведении залоговых аукционов и был бизнес-партнёром В. Потанина. Деятельность Бориса Йордана – один из ярких примеров иностранного участия в приватизации российских компаний.
Новизна предложения В. Потанина заключалась в акценте на российские банки – они, точнее их консорциум, должны были выдать кредиты правительству под залог акций. Во многом ориентация на российские банки облегчила реализацию этого проекта. Общественность и некоторые политики опасались именно передачи управления российскими компаниями иностранцам. А выбор В.Потанина на роль человека, который озвучит эту идею правительству, был обусловлен его обширными связями в госструктурах, а также, по-видимому, его успехами в наращивании капитала через «вытягивание» оставшихся ресурсов из советских государственных банков.
Карьера и социальный капитал В. Потанина
В 1995 году представителю советской «золотой молодежи», выпускнику МГИМО, активисту ВЛКСМ, члену КПСС и бывшему служащему внешнеторгового объединения «Союзхимэкспорт» Владимиру Потанину было 34 года, и в последние пять лет он занимался собственными коммерческими проектами.
В 29 лет, в 1990 году, В. Потанин при поддержке Министерства внешнеэкономических связей стал руководителем внешнеэкономической ассоциации «Интеррос». Эта компания оказывала консультационные услуги для тех, кто занимался внешней торговлей. Отметим, что потенциал компании заключался не столько в экспертизе по экспортно-импортным операциям, а в личных связях того, кто предлагал консультации по этим операциям.
Социальный капитал В. Потанина был внушительным. Его отец, Олег Потанин долгое время работал в Министерстве внешнеэкономических связей. Сам В.Потанин, работая в Международном банке экономического сотрудничества (организация, которая осуществляла расчеты между странами членами СЭВ), обзавелся знакомствами с крупными участниками внешнеэкономической деятельности.
По сути бизнес В. Потанина строился за счёт использования ресурсов МБЭС. Во-первых, в 1991 году В. Потанин и его деловой партнёр и тоже выходец из МБЭС, Михаил Прохоров открыли собственную финансовую компанию «Международную финансовую компанию», которая получила статус банка. В МФК из МБЭС были переведены советские иностранные активы, объём которых составлял 400 млн долларов. Во-вторых, в ведение МФК перевели ключевых клиентов МБЭС, в первую очередь речь идёт о госкомпаниях. Такой впечатляющий «стартовый капитал» обусловил быстрые темпы развития компании. Уже в середине 1994 года банк МФК был 11-м в стране по величине активов.
Тот же алгоритм использования и перетягивания ресурсов госбанков был использован и при создании другой компании В. Потанина – акционерного коммерческого банка «ОНЭКСИМ банк», чью клиентскую базу сформировали клиенты Внешэкономбанка (после 1992 года Московского международного банка (ММБ) и Внешторгбанка). На этот фактор становления бизнеса В. Потанина обращал внимание Пол Хлебников. Он писал, что финансовые структуры В. Потанина возникли «на руинах главных внешнеторговых банков СССР. Лучшие клиенты этих обанкротившихся учреждений — более сорока крупнейших российских экспортеров — перевели свои счета в новые банки, оставив внешнеторговые долги российскому правительству».
В. Потанин использовал государственные ресурсы для обеспечения роста своих компаний не только в виде перетягивания клиентов из госбанков. Доходило до прямого продвижения услуг банков В. Потанина государственными органами и придания особого статуса уполномоченного банка. А позже в отношении его финансово-промышленной группы разрабатывались специальные меры государственной поддержки. В. Потанин активно использовал свои связи для использования госресурсов и принятия госрешений в интересах его бизнеса. Это впоследствии стали называть сращиванием финансового капитала и госвласти. И именно этот процесс определил становление олигархии.
«ОНЭКСИМ банк» - частный банк с государственными ресурсами
«ОНЭКСИМ банк» с самого момента основания в 1993 году продвигался как новая структура для обслуживания экспортно-импортных операций. В. Потанин упирал на «государственный менталитет» организации, что как бы ставило банк в один ряд с государственными институтами развития.
Похоже, банк В.Потанина изначально получил поддержку правительства. В январе 1993 года министр финансов Б. Федоров отмечал в письме к главе ЦБ В. Геращенко необходимость создания нового банка для проведения международных расчетов. И спустя два месяца «ОНЭКСИМ банку» была выдана генеральная лицензия на банковские операции. Офис нового банка занял площади МБЭС. При чем это было осуществлено по специальному указанию Министерства внешнеэкономических связей.
Акционерами банка выступили более 30 крупнейших российских внешнеторговых объединений, чей совокупный годовой оборот составлял более 10 млрд долларов. В том числе среди них были — «Норильский никель», «Нафта-Москва», «Росвооружение», «Соврыбфлот». При этом речи о диверсифицированной структуры собственности не было, потому что большая часть капитала банка (54,2%) принадлежала структурам В.Потанина.
Также банк не раз представлял интересы правительства и других госорганов в качестве уполномоченного агента в разных операциях. В 1993 году «ОНЭКСИМ банк» стал официальным дилером по ГКО и агентом по облигациям внутреннего валютного займа, в 1994 году — агентом правительства по обслуживанию централизованных внешнеэкономических связей, а также уполномоченным депозитарием и платежным агентом по казначейским обязательствам, в 1995 году — уполномоченным банком Госкомимущества, уполномоченным Федерального управления по делам о банкротстве и т. д. Деловая пресса 1990-х гг. называла «ОНЭКСИМ банк» «банком, перед которым открыты все двери». И это было оправдано.
Финансово-промышленная группа особого статуса
Старт следующему бизнес-проекту В. Потанина дал указ президента «О выработке мер государственной поддержки создания и деятельности финансово-промышленных групп на базе финансово-промышленной группы «Интеррос»». Документ передавал в ведение предпринимателя РАО «Норильский никель», несколько других металлургических компаний, а также внешнеторговых объединений, в их числе «Союзпромэкспорт», «Экспортхлеб», «Тяжпромэкспорт» и др.
Кроме того, новая ФПГ по ряду критериев не соответствовала условиям создания таких групп, которые были установлены указом президента о финансово-промышленных группах и порядке их создания. Поэтому в новом указе президента был сделан специальный пункт, который разрешал формирование такой группы и закладывал основу для ее дальнейшего расширения.
Также президент поручил правительству «принять программу мер государственной поддержки указанной ФПГ», в частности, обеспечить возможность «передачи в коммерческое или доверительное управление предприятию — представителю интересов финансово-промышленной группы временно закрепленных за государством пакетов акций предприятий участников группы».
Среди прочих президентских указов, посвященных формированию ФПГ и мерам их поддержки, указ об ФПГ «Интеррос» содержит наиболее широкий перечень разрешительных норм и мер поддержки.
В целом В. Потанину, принявшему роль если даже не автора, то, бесспорно, идеолога залоговых аукционов, эта роль подходила как нельзя лучше. Ведь, по сути, передача акций предприятий в залог банкам — это именно то, что требовалось для развития ФПГ «Интеррос», а «ОНЭКСИМ банк», тесно связанный с государственными структурами, мог воспользоваться выгодами, которые потенциально сулили залоговые аукционы.