Все еще пребывая под впечатлением от антиутопии «О дивный новый мир» Олдоса Хаксли, хочу написать о прочитанном.
Жанр антиутопии (да и дистопии, хотя граница между ними довольно условна) предлагает читателю модель государства «идеального». Да, именно в кавычках. Обычно с первых страниц становится понятно, что именно не так с вымышленным миром. К примеру, в романе «451 градус по Фаренгейту» люди подвергают жизнь неоправданному риску, а чтение находится под строгим запретом; персонажи «Жёлтой стрелы» живут в поезде, сойти с которого невозможно; «1984» вообще переписывает историю по своему усмотрению и пытается раздавить личность. Что в них общего? Главный герой чувствует над собой насилие, да и читателю система неприятна. Так бывает обычно.
Что же происходит в «дивном новом мире» Хаксли? Насилие было, но читатель узнает о нем только, как о странице истории: девятилетняя война была призвана искоренить всех несогласных с новым порядком людей, и ей это удалось. Что же получилось? Мир разделен на касты: альфы, беты, гаммы, дельты и эпсилоны. Иерархия, я полагаю, ясна. Право принадлежать к определенной касте не передается по наследству, так как института семьи нет и родителей тоже. Это своего рода лотерея. Люди выращиваются искусственно, в бутылях со свиной брюшиной, а затем так же искусственно воспитываются. Прелесть, правда? Но это еще не всё. Сотворить мало, нужно сформировать личность. И тут на помощь приходит гипнопедия и методы Павлова. Детишкам внушают определенные правила и вырабатывают у них нужные кастовые рефлексы. Всех объединяет разве что любовь к соме (разновидности наркотика, подавляющего неприятные эмоции), уверенность в том, что твоя каста лучше всех (даже если ты эпсилон-полукретин, похожий на обезьяну) и развязное половое воспитание.
И в этом вся соль романа. Любви нет. Каждый принадлежит всем. В этом обществе потребления человек – еще один продукт, которым можно пользоваться и посоветовать пользоваться другим. Сексуальная революция прям! Что примечательно, девушки точно так же должны пользоваться мужчинами, так что +1 от меня Хаксли за равноправие в этом плане. Однако длительное «взаимопользование» (термин не мой, так и написано в тексте) считается антиобщественным и аморальным.
У всех есть работа. У всех есть свои развлечения. У всех есть сома. Каждый может пользоваться каждым. Занятия спортом активно поощряются. Люди больше не стареют, а тихо умирают лет в 60, когда их организм изнашивается изнутри. А раз нет ни родных, ни семей, ни любимых, то и смерть воспринимается как обычное жизненное явление. Войн нет. Все счастливы.
К тому же есть резервации, где люди до сих пор живут со старыми ценностями, где дети рождаются естественным путём и люди вступают в брак, но условия жизни жуткие: ни дать ни взять племенная жизнь, с ритуалами, жертвоприношением, антисанитарией и проч.
А дальше? Дальше читайте сами. Могу лишь сказать, что мне понравились Гельмгольц (увидела в нем себя) и Мустафа Монд (такой персонаж должен быть в каждом произведении). А Джон? Бедняга Джон. Он слишком неправдоподобен. Для меня он так и остался персонажем. Слишком мало в нем реальных человеческих черт.