Несколько лет тому назад я отдыхала в одном волжском санатории. И вот в один прекрасный вечер, сидя в фойе отдыхающие и в том числе я, смотрели по телевизору передачу про то что мужчина, оставленный ребёнком в роддоме, искал много лет и наконец нашёл свою мать. И вот эта, так сказать мать, оправдываясь перед своим сыном, говорила что она считала ребенок умер при родах, что мол так сказали ей врачи. Она вроде как тогда плакала - убивалась, очень переживала, всю жизнь вспоминает о своем умершем сыне. На вопрос, а почему не потребовала свидетельство о смерти, почему сама не похоронила своего ребенка, женщина мямлила что-то невнятное, не вразумительное.
И вдруг женщина, сидящая в уголке, плюнула в сторону телевизора, сказав "Нагло врёт и не краснеет", и резко вышла из фойе. Мне показалось что зацепила эта передача её незря, почему-то я подумала что может она сама была в подобной ситуации или кто-то из близких.
Немного погодя я тоже вышла на воздух, не люблю я "малаховские" и им подобные передачи. Решила, лучше похожу да подышу. Я дошла до конца алеи и услышала всхлипы, которые вскоре перешли в плач.
На лавочке сидела женщина, та самая что так бурно отреагировала на сюжет. Я хотела дипломатично пройти мимо, но увидев меня, женщина ещё громче заплакала, у неё просто началась истерика. Я остановилась, присела рядом. И не знаю почему, обычно я так не делаю, обняла ее за плечи.
Женщина, мы потом познакомились, Катерина выдавила из себя:
- Это про меня, я такая же кукушка. Тоже оставила сына в роддоме. А когда через много лет опомнилась и нашла своего мальчика, то смогла только цветочки на могилу положить. А этой с экрана телевизора повезло, сын жив здоров и мать нашёл. Я бы не смогла приехать на передачу, на всю страну показаться. Сидеть, нести бред сивой кобылы,что ни сном ни духом не знала. Сама отказную написала, сидит врёт перед сыном, перед народом. Стыдобище, где совесть. Я бы в ноги упала, прощения просила, но не на публике.
- Вы плачьте, не стесняйтесь. Если желаете, то расскажите. Если выговориться, то легче станет.
- Я ведь никогда никому ни слова. Храню в себе всю жизнь, все нутро себе выжгла этой виной. Родила как говорят в девках. Парень вроде как учиться в город уехал, а сам подальше и надольше, вернее навсегда сгинул. Аборт делать не стала, надеялась что у будущего отца совесть проснется и отцовский инстинкт появится. Ан, нет. Сам без отца рос, а отцом не захотел стать. Родители мои, вернее мать и очередной отчим, как узнали про счастье стать бабушкой и дедушкой, сразу мне от ворот поворот. Хотя обеспеченные, большое хозяйство в селе, не пьющие, не гулящие. Но не нужны им ни я, ни мой ребёнок. Раз аборт поздно делать, то рожай и оставляй в роддоме. И от нас съезжай, поезжай в город, работай, сама себя обеспечивай, раз научилась детей делать значит и для самостоятельной жизни созрела. С одной стороны правы, а с другой стороны ну кто как не мать поможет. А мать все уши прожужжала "кто тебя с ребенком возьмёт, кому твой хвост нужен, мужики своих детей хотят ро́стить, а не чужого дяденьки, тем более нагуленых никто не примет. Я вот вдовой с тобой осталась, а и то не больно спешили мужики в мужья и в отцы записаться , ладно хоть сейчас нашла мужика нормального, и то косится на тебя, все твердит скорее бы подросла да от нас отвалила."
Видать не самая любящая мать у меня, и я в неё пошла. Кукушка я, а не мать. Испугалась, послушалась. А что с этим грехом всю жизнь жить не подумала.
Уехала из села, пошла на завод работать, общежитие дали. Потом с парнем познакомилась. Честно скажу не любила, но все замуж выходят, значит и мне надо туда. А как забеременела в скором времени и родила, тут меня и накрыло. Проснулся материнский инстинкт, на сына смотрю, а в голове первый сыночек. И такое чувство вины, такая боль в сердце,что дышать больно. Плачу потихоньку, а когда муж на работе реву белугой. Молоко даже пропало, на смесях сына растила. Муж косится, говорит "что-то твоя родовая депрессия затянулась." Я вспомнила Анну Каренину, первого Серёженьку любила, а к дочери равнодушной была. Так и у меня. Вся в думах о первом, тоска вселенская, боль невыносимая. И стала я искать сыночка, не сама, подключила подругу, а та своего мужа полицейского. Только один человек, моя подруга в курсе моей ситуации была, ведь не скроешь в селе. Только всем сказали что ребенок умер, а она знала что Я отказалась. И то не от меня узнала, а от своей родственницы, что в роддоме работала.
И нашли моего сыночка, вернее его могилку на кладбище. Сказали что умер от воспаления лёгких, в детдоме, который был в нашем городе. То есть рядом, но не со мной жил мой сын. Пять лет я ходила рядом, пять лет ребенок прожил в доме, где не было родителей, самое главное не было меня - его матери. Были бы вместе, может ребёнок не заболел, если заболел может не умер. Наверняка не умер, я бы вылечила, я бы позаботилась, я бы выходила. Вот это БЫ мне жить не даёт.
С мужем жизнь под откос пошла, чувствует он что-то не так, я как зомби, ничего не радует, ничего не интересует, а самое главное он обижался на то что с сыном холодна. А муж без ума от своего чада, потрясающий отец. Когда сын подрос, муж съездил с сыном в отпуск к матери в Израиль. А как вернулся, стал меня уговаривать на переезд. Я ни в какую. Так и дожили до совершеннолетия сына. Муж уехал , и сына с собой увёз, тот с удовольствием с отцом поехал на историческую родину. А по правде сказать, сыну с отцом лучше, там взаимопонимание, любовь и кровная связь сильная.
Вот так и получилось в моей жизни от одного сына я отказалась, а другой меня оставил. Наверное, в старости дом престарелых мне светит, а сыночку первому детский дом домом был, а сейчас кладбище пристанище.
Всё возвращается, сама виновата, сама и расплачиваюсь. Скорей бы туда...
Женщина подняла глаза к небу, взгляд такой, что у меня дрожь по телу пробежала. Отсутствующий и страдальческий...