Я поступил в училище Римского-Корсакова. Это одно из самых крутых заведений для людей, которые хотят связать свою жизнь с академическим вокалом. Это была вторая моя попытка. Первая была 7 лет назад, после 9 класса. Тогда я был маленький, ничего не умел и не поступил. Мы тогда условились с моим преподавателем по вокалу, что я попробую после 11 класса. Но я тогда обиделся на жизнь, что решил не поступать. Пошел, куда глаза глядят. Поступил на факультет математики в РГПУ им. А. И. Герцена. Мой педагог по вокалу мне тогда сказала, что от музыки я все равно никуда не уйду. И оказалась права.
Тяжело было поступать после поражения?
- Нет, прошло уже очень много времени. В университете оказался музыкальный театр, благодаря которому я всегда был при деле. Всегда пел, правда, без индивидуальных занятий. Я ощущаю себя человеком театра, который готов отдавать жизнь театру. Люблю эту обстановку, этот хаос, это бурление. Когда из всего рождается что-то.
А сколько уже занимаешься в Доме Музыканта?
- Год. С октября. Я прекратил обучение в университете, и пришло время что-то делать со своей жизнь. Я такой человек, который привык обращаться к опыту прошлого, чем пробовать что-то новое. Поэтому подумал еще раз поступить. Может быть, все-так, это мое? Ну и для этого надо было возобновить свои занятия. Обращаться к старому педагогу я не хотел. Это все как-то осталось в прошлом. Я решил, что мне нужен педагог мужчина. Тот, кто был бы мне близок. И судьба подарила мне большой подарок. Листая ленту в вк, я наткнулся на пост школы вокала Дом Музыканта о Вадиме. 3 консерватории, 10 лет в Италии. И тут моя судьба определилась.
Поделись, как проходили занятия с Вадимом?
- Очень легко. Вадим — человек невероятных познаний. В каждый момент времени он призывает тебя что-то делать. Даже если до конца не понятно, как ты хочешь и как надо, в принципе. Все равно он всегда укажет, подскажет. На каждый момент у него всегда есть что-то новое, что можно попробовать. Благодаря чему можно еще больше понять, как нужно петь. Я ходил не часто, всего один раз в неделю. Был несколько месяцев установочный период психологического привыкания. Поэтому нужно было время, чтобы я мог не зажиматься и быть психологически расслабленным. Пришел я к нему, как баритон, у меня был сильнейший горловой зажим. Мы сначала готовили программу под баритона, а потом в феврале я сходил на консультацию к педагогу в училище, и он сказал мне, чтобы к поступлению я готовил теноровую программу. Сам педагог мне не понравился, и заниматься в училище я не хотел и не стал. К тому же я по-человечески не мог бросить Вадима, когда он — подарок судьбы. Мы с Вадимом стали намного решительнее убирать мой горловой зажим. Петь гаммообразные распевы в пределах си и до 1 октавы. И тут оно прорвалось и все снялось. Мы сумели резко поменять программу на теноровую.
Я много думал, может быть не поступать. Но в итоге я пришел к Вадиму и высказал ему свою нерешительность. Он сказал, что с таким голосом обязательно нужно попробовать поступить. И вот тут я понял, что раз даже Вадим сказал, то отступать больше некуда.
Вторые полгода я ходил на подготовительные курсы по сольфеджио в училище. И вполне достаточно занятий раз в неделю, чтобы подготовиться к экзаменам по сольфеджио. Там все хорошо объясняют, и много раз вы с педагогом, который будет принимать экзамен, проигрываете ситуацию экзамена. И ты уже привыкаешь и ко всему готов.
Самым страшным был экзамен по вокалу. Там еще была консультация с комиссией. Нужно было подготовить арию, романс и народную песню. Обычно из этого поют только 2 произведения. Я пришел на консультацию с комиссией, очень нервничал, голос срывался, в горле пересохло. Я еще забыл снять очки. У меня очень плохое зрение. Консультация с комиссией проходила в очень маленьком классе. Тут еще новые визуальные ощущения, комиссия находилась на очень близком расстоянии. Я разволновался и не смог. Они мне посоветовали петь арию и народную песню. Я решил, что на экзамене я демонстративно сниму очки и спокойно спою, никого особо не видя. Так и произошло. За день до этого была репетиция с концертмейстером в зале. Училище за плату предоставляет концертмейстера, если ты не имеешь своего. Мне нужен был концертмейстер. И вот была репетиция в этом малом зале, где должен был проходить экзамен. И вот там со мной произошла удивительная вещь: оказавшись на сцене, я сразу понял, как надо петь. То есть я интуитивно понял, что сделать со своим голосом, чтобы он запомнил зал. И все стало на свои места. Я понял, как важно петь в рабочей акустике. Не в классе. И когда я попробовал с концертмейстером, я был в себе гораздо больше уверен.
И я понял, что в нужный момент я все смогу сделать правильно. И на следующий день, в день экзамена, я собрался и все выдал, что мог. И у меня получилось! Я смог это сделать! Я поступил!