Глава VI

В этот раз я проснулся рано, минут на пятнадцать раньше будильника. Почему-то слегка болела голова, а в горле пересохло так, будто я с вечера пил. Вставать не хотелось, я лежал и глядел на причудливые трещины на побеленном потолке. Мне внезапно показалось, что все произошедшие события мне привиделись, и на самом деле ничего не произошло. Ни волнующих губ Насти, ни жаркого дыхания Светы, ни темной бездны зрачков Веры. Все это только чудесный сон после хорошей пьянки.

Я тряхнул головой и, наскоро одевшись, побрел через огород к туалету. Погода по-осеннему испортилась, было пасмурно, хоть дождь и перестал моросить, но от земли веяло противной холодной сыростью. На обратном пути зашел на кухню и поставил чайник. Из-за вчерашнего позднего ужина есть совсем не хотелось, однако жажда продолжала мучить. Девочки еще спали, и я тихонько расставил чашки, чтобы заварить чай сразу на всех, но внезапно вспомнил, что кто-то может захотеть кофе, и решил не спешить. Почти одновременно с закипанием чайника, в комнате девочек запищал будильник, и я решительно постучал в дверь:

- Подъем, лучезарные! Доброе утро, кто какой напиток желает?

- Двойной мартини со льдом, - отозвалась Вера. – Не ори так, лучше заходи, чего стесняешься.

Я толкнул дверь и вошел в комнату. Девочки только просыпались и выглядели очень мило и заспанно. Настя только что сняла ночнушку и теперь торопливо пыталась застегнуть бюстгальтер, Света и Саша еще валялись на кровати, собираясь с силами, чтобы подняться, а Лена в одних трусах и майке делала какую-то физкультурную разминку, стараясь привлечь к этому процессу заспанную Веру, сидящую на кровати.

- Оставь меня, старуха, я в печали! – нудно канючила Вера. – Курить не дают, физкультура по утрам, концлагерь какой-то.

- Вставай, красотка, нехрен филонить, - решительно заявила Лена. – Ты сколько биточков на ночь слопала? Давай уже будем о здоровье думать, а?

- Ладно-ладно, - нехотя согласилась Вера, и поднялась с кровати, - Но и остальные пусть не отстают, а то разлеглись, кобылицы.

Девочки зашевелились и потянулись к одежде. Все-таки до конца избавиться от всякого стеснения получилось только у Веры. Глядя, как она, одетая в одну футболку, делает наклоны, я совсем забыл, зачем зашел. 

- Ярик, ты что-то спрашивал через дверь, - поинтересовалась Настя. – Что-то про напитки.

- А? Да, я хотел спросить, кому что сделать, кому чай, кому кофе там, ну и вообще… - рассеянно ответил я, отрываясь от великолепного зрелища. – Чайник закипел, ну я и вот…

- Мне кофе, - отозвалась Вера.- Ты же знаешь, утром без кофе никак.

- Мне тоже – подхватила Лена, а остальные девочки пожелали чай.

Я поспешил на кухню, пока чайник не остыл, и принялся выполнять заказы. Закончив с чашками, вдруг вспомнил, что еще не умывался и поспешил к раковине, пока девушки не перешли к водным процедурам. Холодная вода пришлась весьма кстати, смыв с меня утреннее эротическое наваждение, и я немного пришел в себя. 

Девочки понемногу выползали из комнаты, направляясь, кто в туалет, кто умываться.

Через пару минут появился недовольный и заспанный Витька. Он угрюмо плюхнулся за стол, сгреб кружку с кофе и, сразу жадно её уполовинив, произнес:

- Ярик, бля, нахрен ты вчера так биточки пересолил?

- А, точно, блин, - воскликнула Света, тоже уже пьющая чай. – А я-то думаю, что у меня с утра сушняк-то такой. Мы же вчера их, считай, два раза посолили, а так вроде и вкусно, и незаметно было.

- Да просто все голодные пришли, вот и съели на ура, - умываясь, заметила Саша. – Голод – он лучший шеф повар.

Толком завтракать никто не стал, поздний ужин давал о себе знать не только мне. Все молча пили чай или кофе, погрузившись каждый в свои мысли. То ли мрачная погода оказывала влияние, то ли второй день недосыпа, но все выглядели как-то угрюмо и невесело.

Когда я уже собирался встать и отправиться в универ, ко мне на колени плюхнулась Вера и, прильнув к уху, зашептала:

- Что-то ты сегодня прямо грустный? Проголодался, наверное? Ну, ничего, потерпи до вечера, я тебя накормлю!

Она игриво куснула меня за ухо и тут же первой выпорхнула из кухни на улицу.

В этот раз в универ я почему-то шел в паре с Сашей. Она завозилась с вещами и вышла последней, а я, после обещания Веры, впал в очередной ступор и тоже задержался. Саша заботливо тронула меня за плечо и кивнула в сторону часов, намекая, что мы опаздываем. Я вскочил и, набросив куртку, поспешил следом.

Погода испортилась еще сильнее. Снова зарядил мелкий промозглый дождь, а я, как назло, забыл зонт и теперь прижимался к Саше, чтобы не промочить голову. Она шла быстрым шагом, почему-то все время прикасаясь к волосам, словно проверяя на месте они или нет. Мы молча дошли до главного корпуса и там разделились. Саша даже чмокнула меня в щеку, на прощанье шепнув «конспирация», и исчезла в людском потоке.

Уже зайдя в аудиторию, я подумал, что появление в универе каждый раз под ручку с новой девушкой как раз наоборот привлекает лишнее внимание, и надо бы что-то делать, но тут дверь распахнулась, и аудиторию буквально вбежал заместитель декана.

- Так! - сходу заорал он – Объявляется общая перекличка. Николай Семеныч, организуйте, пожалуйста. И данные сразу секретарю, в деканат. Уважаемые первокурсники, занятия на сегодня отменяются. Вам необходимо срочно пойти в общежитие или по домам, переодеться, и через час всем собраться перед клиническим корпусом. Вы все будете задействованы на обязательных хозяйственных работах на два дня. Все отсутствующие без уважительной причины немедленно будут поданы в списки на отчисление. Всё понятно?

ПОВТОРЯЮ! ЧЕРЕЗ ЧАС ВСЕМ ЯВИТЬСЯ В РАБОЧЕЙ ОДЕЖДЕ В КЛИНИЧЕСКИЙ КОРПУС! БЕЗ ОПОЗДАНИЙ! У меня все.

  Выпалив эту грозную тираду, замдекана развернулся и исчез так же быстро, как и появился. По рядам пронесся недовольный ропот, но лектор, не обращая внимания на гневные возгласы, взял журнал и начал перекличку. Спустя полчаса я уже был на квартире, где с удивлением застал все наше племя в полном составе, обсуждающее на кухне последние новости.

- Короче, нам куратор сказала, что приезжает в четверг из Москвы комиссия. И до её приезда нужно весь универ и учхоз вычистить так, чтоб блестело и сияло.

Всех студентов первых трех курсов задействовали, со всех факультетов! – убежденно вещала Лена.

- Бля, надо было в поликлинику за справкой пойти, - огорчилась Вера. – Сейчас, как на практике, припрягут чего-нибудь мыть или красить, к гадалке не ходи.

- Ниче, зато уроки учить не надо, пар же нет! – обрадовался Витька. – Давайте я, в порядке культурного развития, устрою вечер зарубежного рока? У меня вырезки из журналов есть, целая папка, я и про группы расскажу, и послушаем. 

- О, похвальная инициатива! – обрадовалась Вера. – Я за!

- Я рок как-то не очень, - засомневалась Света. – Громыхают, орут чего-то.

- Есть и мелодичные композиции, рок-баллады и рок-оперы. – возмутился Витька.- Я все расскажу, будет интересно.  

- Не придирайся, Светик, - возмутилась Саша, – про оперу ты тоже фыркала, а потом понравилось.

- Надо поторапливаться, а то еще влипнем из-за этого, - сказала Настя, поглядывая на часы. Нас возле главного корпуса собирают, надо еще дойти.

- А нас возле клинического, - махнул рукой Витька, - Яр, пошли, а то опоздаем.

    Я в беседе участия не принимал, потому что выудил из холодильника пару последних «райских биточков» и, соорудив бутерброд с горбушкой хлеба, угрюмо жевал. Что-то мне подсказывало, что с обедом будет все плохо, и решил быть к этому готов. 

    Когда мы подошли к клиническому корпусу, перед ним уже собралась внушительная толпа. На ступеньках стоял замдекана, сам одетый в камуфляжную рабочую куртку, и громким голосом раздавал команды. Мы подошли ближе как раз в то время, чтобы услышать:

- Парни! Первый и второй курс построиться справа у стены. Девочки! Первый и второй курс – войдите во внутрь и постройтесь внутри, возле гардероба! Третий курс – всеми строиться на улице, возле левой стены!

 Я подумал, что наш замдекана явно в детстве мечтал быть генералом, но потом как-то не срослось. Студенты очень вяло принялись исполнять его распоряжения, а он повторил их еще несколько раз. А уж о том, чтобы «построиться», и речи не шло, студенты просто разделились на две неравные кучи, а ко входу в клинический корпус потянулся ручеек из студенток. Замдекана, между тем, продолжал раздавать указания, хотя его, похоже, никто не слушал:

- Третий курс! Сейчас вы, во главе с кураторами, пешком отправляетесь на учхоз. Для того, чтобы приводить в порядок молочную и свиную ферму, необходимо побелить…

- Он что, совсем долбанутый? – поинтересовался Витька. - Дождь на улице, что он белить собрался?

- Тише ты, - цыкнул я на Витьку. – Нас, походу, листву заставят на деревья клеить и в зеленый цвет красить. Комиссия едет, все дела.

     Как ни странно, моя догадка оказалась очень близка к истине. Замдекана закончил раздавать ценные указания третьему курсу и переключился на нас.

- Так, парни, первый - второй курс. Сейчас придут машины, погрузитесь и поедете к агрономам, помогать в расчистке лесополос вдоль дорог на учебных полях. Инструмент будет в машинах, перчатки тоже…

- Ну, вот бля, накаркал, - ругнулся Витька. – Поедем в лесопосадки гандоны использованные собирать. Что, реально, они там будут комиссию таскать?

- Меня смущает упоминание инструментов, - осторожно сказал я. – Какие инструменты нужны для сбора мусора? Тут что-то другое.

Как раз в эту минуту на площадку перед корпусом выползли старенький ПАЗик и пара раздолбаных ЗИЛов-сельхозников с облезлыми бортами. 

- Загружайтесь! – скомандовал замдекана, и мы нехотя двинулись к машинам.

В автобус первыми уселись преподы, в основном из молодых, а также старосты и особо ушлые. Когда до остальных дошло, что тем, кто не влезет в автобус, придется ехать в кузовах ЗИЛов, то желающих ехать с комфортом прибавилось. Но автобус, набрав еще некоторое количество «стоячих» и закрыв дверь, медленно двинулся к выезду. 

Нам с Витькой, волей-неволей, пришлось лезть в кузов ЗИЛа. Народу набилось довольно плотно, и мы ехали стоя, держась друг за друга и за борта. Ехать было в принципе недалеко, но из-за своеобразного груза, машины еле ползли, и мы успели слегка промокнуть и замерзнуть.

    Нас высадили на краю поля, а дальше на дороге располагался натуральный лесоповал. Дело в том, что прошлая неделя выдалась довольно ветреной, и даже в университетском парке было несколько поломанных деревьев и много упавших веток. Тут же, на открытой местности, ситуация была еще хуже. Скорее всего, вчера-позавчера тут потрудилась еще и бригада «лесорубов» с бензопилами, которые повалили все подозрительные и сухие деревья в посадках, чтобы они не упали ненароком на дорогу. Теперь асфальт впереди по дороге был завален «буреломом» насколько хватало глаз. Нам предстояло все это распилить, порубить, поломать, погрузить на машины и вывезти. Причем, в кратчайшие сроки. Студентам выдали несколько топоров, двуручных и одинарных пил, а большинство получили только строительные перчатки.

        Работа оказалась очень тяжелой. Посадки были засажены акацией, и её ветки изобиловали огромными шипами, что очень затрудняло работы и приводило к бесконечным уколам и царапинам. Мы вкалывали почти непрерывно, без передышек. Преподаватели работали наравне со всеми и зорко следили, чтобы никто не филонил, благо, на открытой дороге все были на виду и спрятаться было негде. Единственной передышкой был часовой обеденный перерыв, во время которого нам раздали одноразовые тарелки с котлетами и перловой кашей, а также стаканчики с чаем. Все было уже остывшим, но жрать хотелось страшно, поэтому никто не возмущался. В самом начале я наивно думал, что мы будем работать столько же по времени, сколько должны были длиться занятия, но это оказалось не так. Мы прекратили работу только тогда, когда стемнело настолько, что дальнейшая работа стала невозможной. Обратно увозили исключительно автобусом, и нам еще пришлось ждать второго рейса, чтобы добраться обратно в университет.  

        Вернувшись посёлок, мы с Витькой едва доползли о квартиры. Усталые, грязные, исцарапанные, мы мечтали только о еде и горячем чае, все другие потребности как-то отошли на задний план. На кухне мы застали только Сашу, которая жарила на самой большой сковороде огромную яичницу с сосисками.

- Вернулись, мальчики, ну, слава богу! – поприветствовала она нас.- Мы уже забеспокоились, Верка предложила организовать поисковую операцию. 

- Живые хоть? Что делали? – крикнула Вера из комнаты. – Мы, вот, кафедры пидорасили, заебались, пиздец!

- Ну, не матерись ты так, - вмешалась Лена. – Сама же призывала к культуре и саморазвитию.

- Бля, это тот случай, когда выражение «изволили утомиться», нихуя не подойдет! – огрызнулась Вера. – Прикиньте, парни, нас заставили всю мебель на кафедре двигать и буквально вылизывать пол и стены. Да я ведер натаскалась на сто лет вперед.

- У нас не лучше, - отозвался Витька. – Мы на лесоповале срок мотали.

Саша оторвалась от приготовления ужина и взглянула на Витьку.

- Ой, - воскликнула она, - Вы же подратые все, надо вам царапины обработать, а то еще нарывать будет.

- И душевные раны тоже, - сказал я. – У нас внутри накопилось. Чем-то со спиртом, желательно.

- Давайте к концу недели, - предложила Лена. – Я думаю, в пятницу можно, деньги есть как раз, а там домой поедем и еще привезем.

- Осталась сущая мелочь, - устало выдохнул Витька. – До этой пятницы дожить!

      Мы поужинали почти в полном молчании и, не сговариваясь, разошлись спать. Уставшая Настя даже задремала прямо за столом, недопив свой чай, остальные девочки были в похожем состоянии. Я, конечно, не забыл, про утреннее обещание Веры, но решил ей не напоминать, подозревая, что буду не в состоянии получить желаемое.

       На следующее утро мы отправились в университет без учебников и сразу в рабочей одежде. Худшие опасения подтвердились, и нас опять отправили на ту же работу. Единственным утешением стало то, что третьему курсу повезло еще меньше. Если их девочки белили и красили корпуса на фермах, то парни, все как один, чистили говно в промышленных масштабах. Кроме того, разнеслась отвратительная новость, о том, что комиссия приедет только в понедельник, а работы продлятся, чуть ли не по воскресенье включительно.

- Да ну на хуй, - не выдержал Витька скорбных вестей. – Тогда я сваливаю!

- Ты куда, - испуганно спросил я. – А перекличка? Нас вчера три раза пересчитывали, по-любому проблемы будут.

- Не боись! – ответил Витька коронной фразой. – Есть одна идейка. 

  С этими словами он развернулся и бросился бежать, не дожидаясь появления транспорта. Я остался на месте и вместе с остальными отправился на «лесоповал». В этот раз работа показалась еще тяжелее, ныли мышцы после вчерашнего, а царапин от шипов становилось еще больше. Примерно через час работы, меня окликнул одногруппник Юра, который трудился неподалёку. 

- Ярик, слышь, там водила на ЗИЛе сказал, что тебя в деканат срочно вызывают. Чего ты уже натворил?

- Не знаю, - удивился я. – Поеду, узнаю.

 Подойдя к машине, я услышал от препода подтверждение слов Юрыча и полез в кабину. В декнате секретарь объявила мне, что нужно отправляться в главный корпус, там требуется моя помощь в научном отделе библиотеки. По дороге к главному корпусу я ломал голову над тем, что от меня потребовалось и почему столь ценным «специалистом» оказался именно я. Когда старушка - библиотекарь проводила меня в дальнюю комнату за стеллажами, все сразу встало на свои места. В комнате за двумя большими столами сидело наше «племя» в полном составе.

- Ну, что я говорил, - самодовольно ухмыльнулся Витька, хлопая меня по плечу. – Тут получше, чем на лесоповале. Я как с клиник свалил, сразу побежал домой к проректору. Жене его нажаловался на наши проблемы со здоровьем, усталость и вообще. Она предложила посадить меня на непыльную работенку. Ну, я еще поплакался, и она согласилась нас всех сюда определить. Прямо вот при мне мужу позвонила и все фамилии продиктовала. И вот – мы тут теперь книжки аккуратненько заклеиваем. Тоже не самый кайф, но зато сухо и в теплой компании.

- Эй, не болтайте там, работайте аккуратно, вы не на базаре, молодые люди! – раздался окрик одной из библиотекарш, и Витька, приложив палец к губам, кивнул на стопку книг.

      До конца дня мы дружно трудились в библиотеке. Работа была по-своему непростой, но действительно лучше, чем в посадке. Мы с Витькой в основном таскали стопки старых книг, а девочки аккуратно заклеивали обложки и надорванные ветхие страницы. Во время работы мы совсем не разговаривали, и в этом было свое, особое удовольствие. Понемногу мы стали понимать друг друга с помощью легких прикосновений, взглядов и жестов. Обед мы дружно пропустили, потому что Витька с Леной сходили в столовую за булочками, а говорливая Вера умудрилась выклянчить у сердобольных архивариусов чай и варенье. Обедали мы в той же комнате, практически молча, наблюдая за ливнем, который зарядил за окном. От капель, которые звонко барабанили по металлическому карнизу окна, было особенно уютно и хорошо.

       На квартиру мы снова вернулись поздно, но в гораздо лучшем расположении духа. По дороге Витька и Вера упражнялись в  остроумии, по очереди пародируя разных знакомых преподов. Сегодня тоже ни у кого не было желания готовить, и по общему решению ужин состоял из чая и обильных бутербродов с паштетом и плавленым сыром.

- Эх, гулять, так гулять – резюмировала Лена излишнюю растрату денег. – На выходных из дому привезем, не обеднеем.

- А если на выходных не отпустят, - забеспокоилась Света. – Слышали же, комиссия в понедельник, до конца недели общий аврал.

- Не боись, - махнул рукой довольный Витька, – нас по-любасу отпустят, я договорюсь. Видишь, Ярик, а ты стебался с меня, когда я курятник пошел строить! А видишь, как все обернулось? Связи решают, такие дела. Если бы не я, ты бы под ливнем ветки грузил, а девочки ведра таскали и кафедры драили. 

- Витек, ты молодец, дай я тебя поцелую, - восхищенно воскликнула Света.

    Витька с готовностью вытянул губы, но Света, под общий смех, чмокнула его в лоб.

- Аванс! – объявила она, - Надо пыль книжную смыть, тогда и зарплату обсудим.

- Я готов, - бодро ответил Витька. – Только за ударный труд еще и премию надо! 

     Лена и Саша хитро захихикали, а Настя густо покраснела сразу за всех. Вера, которая до этого задумчиво смотрела в бездну своего чая, подняла голову и произнесла:

- Ярик, а ты чего молчишь? Я же тебе еще позавчера обещала, а ты все стесняешься, как не родной? – она склонила голову и внимательно посмотрела мне в глаза.- Тебя всегда уговаривать придется, или ты научишься делать первый ход?

 Помня старую игру Веры, я не отвел взгляд, и около минуты мы ожидали, кто первым не выдержит. Через минуту я сдался, встал и взял Веру за руку.

- Флигель на вечер занят, - объявил я. – Прошу отнестись с пониманием.

 Мы молча вышли на улицу и скользнули во флигель. Вера плюхнулась на кровать и произнесла:

- Молодец, растешь над собой. Еще немного, и слово «трахаться» научишься девочкам говорить.

Я сел с ней рядом на кровать, и Вера тут же переместилась ко мне на колени. Обхватив мою голову руками, она шепнула мне на ухо:

- Ничего не говори, просто молчи.

   Затем она принялась осторожно меня целовать, будто собирая губами невидимые капли с моего лица. Уголки губ, нос, глаза, лоб, ничего не пропуская, она двигалась нежно и равномерно, пока не дошла до другого уха:

- Знаешь, я хочу сделать тебе приятный сюрприз, но нужно подождать пару минут, я быстро вернусь!

 С этими словами она вскочила с кровати и сделала шаг к двери. Но в этот момент створка содрогнулась от мощных ударов кулаком. Прежде, чем Вера успела взяться за шпингалет, тот оказался «с мясом» вырван из косяка, и дверь распахнулась от мощного удара ногой…

В открытую дверь вломилась тётя Галя в сопровождении какой-то толстой рыжей бабы неопределенного возраста. Хозяйка была в изрядном подпитии и, схватившись за спинку кровати, чтобы не упасть, истошно заголосила:

- Что, суки, не ждали? Бля, зажимаетеся тут, нахуй. Пошли пить! Родина в опасности, атакуют танковые войска! Да, Танюшка?

- Без базара, Галюсик, в атаку! – пьяно оскалилась рыжая.

       Тётя Галя качнулась вперед и, уцепив Веру за руку, потащила за собой на улицу, та еле успела попасть ногами в шлепанцы. Рыжая Танюшка, гогоча, последовала за ними, оставив меня в одиночестве. Я тут же подскочил с кровати и побежал за ними, на ходу пытаясь сообразить, что вообще происходит. 

       Последние пару месяцев мы почти не виделись с хозяйкой, её контрольные визиты стали крайне редки. Причиной был несчастный случай, произошедший с дядей Сережей по пьяной лавочке. Во время памятной поездки к родственникам он умудрился грохнуться в открытый погреб и сломать ногу в двух местах. В результате полученной нетрудоспособности, весь семейный бизнес, состоявший в торговле овощами на рынке в райцентре, рухнул на плечи тёти Гали. Их сыну Жоре тоже перепало обязанностей, так что мои походы в гости, с целью помочь ему поиграть в компьютер, тоже прекратились.

 В принципе, в свете последних событий, данная ситуация нас вполне устраивала, племени и так было весело. А теперь тетя Галя, похоже, решила оторваться сразу и по полной.

     Все эти мысли пронеслись в голове за доли секунды, пока я спешил к дому девочек. Когда я распахнул дверь, стало ясно, что ситуация кардинально изменилась не в лучшую сторону. На кухне в кратчайшие сроки разворачивался пир горой. За столом, отодвинутым от стены, сидел дядя Сережа уже без гипса, а также еще какая-то высокая черноволосая тётка с вытянутым лицом, напоминавшим лошадиную морду. 

У стола стояла тётя Галя, настойчиво тыкая рюмкой в лицо Веры, а у входа в комнату девочек заливисто гоготала рыжая Танюшка. Рядом с ней, в дверях, замерли Лена и Саша, из-за спин которых робко смотрела Настя. 

- Пей, сучка, выселю, нахуй, - грохотала тётя Галя. – И родакам расскажу, какая ты шалава - блядь!

    Вера дернулась, схватила рюмку и, осушив залпом, звонко стукнула пустой по столу, а затем гордо уставилась тёте Гале прямо в глаза.

- От, наш человек! – обрадовалась тётя Галя и с размаху хлопнула Веру по плечу. – Садись за стол, принимаем тебя в танковые войска!

     Она усадила Веру рядом с дядей Сережей и двинулась к рыжей. С трудом обойдя подружку, тётя Галя обратилась к оставшимся девочкам. 

- А вы, целки, че мнетесь? Марш к столу, ебать вас не будем, посидим культурно, выпьем по-людски. У вашей тётки сёдня праздник, бля! Танковые войска приехали, нахуй. Жанка, хуля сидишь, как хуй в жопе? Наливай, бля!

   Тётя Галя бесцеремонно схватила Лену за руку и потащила к столу, а рыжая последовала её примеру с Сашей. Настя без принуждения пошла за ними, и на кухне стало как-то очень тесно. 

- Эй, Ярила, че стал, тащи стулья с комнаты, баб же рассадить надо, это ты, как хуй, и так постоишь, 

     Я вышел из состояния шока, вызванного увиденной сценой, и двинулся в комнату к девочкам, аккуратно обходя собравшихся. Пока я ходил за стульями, тетя Галя заставила Лену и Сашу выпить по рюмке, а вот с Настей номер не прошел, жидкость попала не в то горло, она закашлялась и её чуть не вырвало. Я поставил стулья, и все уселись к столу. Ассортимент блюд был неширок: имелись соленые огурцы, колбаса, вяленая вобла и вареные яйца. Середину стола занимали три бутылки, содержащие местный самогон с улицы Мичурина, печально знакомый нам с Витькой.

       Отсутствие Светы и Витьки за столом внушало некоторую тревогу, я попытался спросить, где они, у Лены, которая сидела рядом со мной, но тут тётя Галя ухватила меня за ухо и подняла с табуретки, со словами:

- Че лепечешь, сучонок, Верку мне обрюхатить хотел? А ну, давай со мной выпьем на брудершафт! 

      С этими словами она сунула мне в руку не стопку, а одну из чайных кружек, а затем скрестила свою руку и осушила рюмку. Я заглянул в чашку и увидел, что самогонки в ней хоть и на донышке, но гораздо больше, чем все, что мне доводилось пить за раз.

- Филонишь, гад, или брезгуешь? – взревела тётя Галя и, схватив меня за шиворот, буквально залила самогон в мой рот. А затем приподняла за подбородок и поцеловала в засос.

Меня обдало буквально волной отвратительного запаха, состоящего из самогона, табака, копченой колбасы и еще какой-то совершенно отвратительной хрени. Это было настолько тошнотворно, что я даже не почувствовал противного привкуса самогонки. О чем-то таком говорила Пилар Джордану, описывая запах смерти матадора.

- От так-то оно, по-настоящему, блядь! – воскликнула тётя Галя. – Сереженька, проснись и наливай, Жанка льет, как ссыт в стакан. Да поживей, блядь, девочки скучают, и родина в опасности.

       Дядя Сережа немедленно взял бутылку и принялся наполнять кружки и рюмки. 

Настя и Саша с ужасом смотрели в протянутые им посудины, а Лена явно пыталась найти способ аккуратно вылить содержимое. Только Вера крепко вцепилась в свой стакан и с явным вызовом смотрела на тётю Галю. 

- Выпьем за милых дам! – провозгласила хозяйка. – За милых дам из танковых войск!

- Ура! Ура! Ура! – загормыхали Таня и Жанна, высоко подняв рюмки и чокаясь с хозяйкой.

 Дядя Сережа выпил свой стакан и, разорвав на себе рубашку, заорал:

- Нахуй танки, гробы чугунные! За ВДВ! Крылатая пехота, бля! Никто кроме нас!

В этот момент дверь на кухню распахнулась, и на пороге появился Витька, нагруженный пакетами, из которых торчали бутылки пива «Ячменный колос», пачки с сухариками и солёным арахисом. Из-за Витькиной спины осторожно выглядывала Света, обозревая масштабы разворачивающейся катастрофы.

- О, заебись, - обрадовалась рыжая Таня. – Хотелось пивком заглянцевать.

Она тут же выхватила из крайнего пакета бутылку и приложилась прямо из горла. Потом оторвалась от напитка и принялась разливать пиво по всем емкостям крупнее рюмки, не заботясь о том, чтобы посмотреть, оставался в них самогон или нет.

- Давай выпьем, Галюсик, за твое здоровье! За твой замечательный дом, твоего золотого мужа и умненького сыночка, - соловьем заливалась рыжая. – Давай выпьем за то, чтобы у тебя все было, и тебе за это ничего не было!

- Отлично! Выпьем, - радостно подержала тост тётя Галя. – Девочки, а ну-ка взяли!

- Нет, - неожиданно вскочила Лена. – Я не буду пить! Хватит. Идите к себе в дом и бухайте там.

- Ах, ты, блядь, - тётя Галя вскочила с места и замахнулась на Лену. – Я тебя выселю нахуй!

Неожиданно Вера сделала неуловимое движение рукой и на лету перехватила хозяйку за запястье, до того, как её пощечина достигла цели.

- Тетя Галя, ну ёбаный в рот, хуля вы продукт переводите? Она ж этот коктейль пить не сможет. Ну, кто пиво с сэмом в одну кружку бадяжит? Ну, налейте пива, и всех делов!

    Вера ловко выплеснула содержимое Лениной кружки в раковину, до краев наполнила её пивом и, сунув Лене, провозгласила:

- Пей! За здоровье хозяйки! До дна!

     Лена, глядя на неистово подмигивающую ей Веру, взяла кружку и молча выпила.

- Ну вот, видите, и никакого кипиша, - обернулась Вера к тёте Гале. – Девочки сегодня по пивку, а мы с парнями вас с сэмом поддержим, да, парни?

  Мы нехотя кивнули, и тут снова вышел из оцепенения дядя Сережа:

- Парни, хуля вы бля, давай за ВДВ, выходи бороться! На руках давай! Да я вас двоих одной левой…

       Дядя Сережа предприянл попытку выбраться из-за стола, но натолкнулся на преграду в виде Жанны. 

- Галюсик, давай врубим музыку и пойдем танцевать! У тебя таки симпатичные мальчишки живут, прямо вообще. Жалко Аня на дежурстве, она бы точно оценила.

- А чё, внатуре, надо музон, - подхватила рыжая подруга, - Галюсь организуй.

- Да говно вопрос, - гаркнула хозяйка, - у девок магинтафон был, надо только кассет нормальных и заебись. А ну-ка, Ярик, сгоняй к нам, скажи Жорику, пусть три кассеты даст, что на подоконнике лежат, мои любимые, он знает. И бегом, бля! А вы что в дверях стали? А ну, давай к столу, и по штрафной обоим!

     Витька и Света, до этого стоявшие в дверях, нехотя двинулись в комнату, а я поспешил на улицу. Все происходящее казалось мне жутким кошмаром, но проснуться никак не удавалось. Я вспомнил, что девочки рассказывали про запои хозяев, и как их сын пережидал это время у них, но что гайгуй переместится к нам, я представить совсем не мог.

    Дома у хозяев я выяснил, в чем была причина внезапной «атаки». Судя по всему, хозяйка затеяла ремонт и, решив не принимать гостей посреди разгромленных комнат, определила бухать у нас. Единственной неповрежденной комнатой оказалась спальня хозяев, куда переместилась часть вещей и мебели, в том числе и стол с компьютером. Разумеется, Жорик обнаржился именно там, за игрой в Коммандос.

- О, привет, Ярик! – обрадовался пацан. - Поможешь мне тут с двумя патрулями, а то они меня в углу зажимают все время.

- Жора, твоя мамка меня за какими-то любимыми кассетами послала. Говорит, три любимых, на подоконнике. 

- А вон там возьми, - махнул Жорик в сторону окна. – Тут, блин, линкор надо подорвать, а там танк еще.

- Ты не в курсе, что вообще происходит? – поинтересовался я.

- А чё? – удивился Жорик. – Бате сегодня гипс сняли, типа праздник. Ну, к мамке подружки приехали. Они в соседнем поселке живут, в военном городке. Обычно втроем приезжают, а тут двое. Кажись, они с мамой еще в школе учились, а теперь вот в армии служат, в танковых войсках. У нас же тут дивизия недалеко, они тут даже по полям ездят, я в том году видел – круть офигенная.

- А они надолго?

- Ну, они обычно с ночевкой остаются, но сейчас я не знаю, - пожал плечами Жорик. Главное, что мне в комп играть не мешают, это прямо зашибись!

     Жорик вновь уткнулся в монитор, не желая продолжать разговор. Я махнул рукой и, подхватив кассеты, поспешил вернуться на квартиру. Зайдя на кухню, я застал еще более отвратительную картину. 

      За кухонным столом сидели Таня и Жанна, явно пытаясь напоить Сашу, Свету и Настю. В комнате, за учебным столом проходил импровизированный турнир по армреслингу. Дядя Сережа на одном краю стола боролся с Витькой и явно уже одерживал верх. На другом краю шла напряженная борьба между тётей Галей и Верой. Лена следила за ходом поединков не то, как судья, не то, как болельщик. 

- Ах ты, сука, сопротивляешься, ах ты, зараза, - тяжело дыша давила тётя Галя.

 Вера отвечала молчаливой стойкостью, ни на миллиметр не изменяя стартовое положение руки.

- Так-то! За ВДВ! - радостно заголосил дядя Сережа, уложив Витькину руку на стол. – Будешь знать, щегол, как со мной тягаться!

   Судя по лицу Витьки, он не слишком рвался тягаться с дядей Сережей, но другого выбора не было. Вера внезапно ослабила руку, и тётя Галя тут же стукнула её рукой о стол.

 - Опа-на, сучка, не лезь против мамки! – радостно заорала хозяйка. – Ярчик, чё стал, врубай музон. И пошли выпьем, нахрен.

     Я включил первую кассету, и комната наполнилась тошнотворной смесью из самописного сборника шансона и попсы. Исполнители мне были не знакомы, но от их песен блевать хотелось не меньше, чем от поцелуя тёти Гали.

 С появлением музыки пьянка вновь стала набирать обороты. Тётя Галя в добровольно-принудительном порядке залила в девочек еще по чашке пива, а сама с подругами бахнула самогона.

 Нам с Витькой и Верой тоже достался самогон, и я, подглядев за Витькой, выпил так, что большая часть напитка растеклась по подбородку, капая на футболку и на пол. Тётя Галя в это время внимательно смотрела на Веру, и той пришлось пить до дна.

    Письменный стол был сдвинут в угол комнаты девочек, и начались какие-то дикие пляски. Тётя Галя с подругами скакали как безумные, пытаясь увлечь все остальных в свой хоровод. Получалось это с переменным успехом, но в основном доставалось мне, Вере и Витьке. У меня началась кружиться голова. Потные груди, вонючее дыхание, топочущие ноги – все это буквально выворачивало меня наизнанку. Кроме того, уже шел первый час ночи, и после напряженного дня очень хотелось спать.

       Но хозяева и не думали униматься. Прервав танцы для очередного тоста, лошадиномордая Жанна вновь начала восхвалять хозяйку:

- Я вот сейчас, блять, хочу обратиться к девочкам. Девчата, давайте выпьем за женское счастье! Я вот чего хочу сказать. Из нас вот троих, настоящее женское счастье только Галюсик обрела. Берите вы, молодые, с неё пример, вот. Оно ж как получается, женское счастье - оно в хорошем мужике. И тут даже не хуй главное. Хороший муж даже с маленьким хуем бывает.

- С бааальшим хуем любовник должон быть, - хохотнула рыжая, поддакивая подруге.

- Во! Правильно!- Кивнула Жанна и продолжила. - Так вот, хороший мужик – это женское счастье. Он, главное, не должен три вещи делать:

Не должен налево ходить, не должен на жену руку подымать…

- И не должен жене перечить! - закончила рыжая.

- Это, точно, - согласилась Жанна, – короче, давайте выпьем за Сережку, женское счастье Галюсика, ну и за их идеальную семью.

     Было заметно, что речь Жанны вызвала у Веры приступ острого негодования и, казалось, она вот-вот бросится на неё в драку. Я сделал шаг к ней и склонился к уху, собираясь отговорить от опасной затеи, но Вера повернула голову и, прильнув к моему уху, зашептала первой:

- Надо, бля, этот цирк закачивать, Сможешь помочь их вытолкать обратно к хозяевам домой допивать?

- Вер, там у них ремонт, вот они к нам и попёрли, - шепнул я в ответ. – А вот эти две дуры из военного городка, который в соседнем поселке. Они сюда, походу, с ночевкой прибыли.

- Это - жопа, но есть план Б, - быстро отреагировала Вера и ринулась к Витьке. Склонившись к его уху, она что-то быстро прошептала, тот кивнул и что-то зашептал Лене. Между тем Вера вернулась к столу и громогласно объявила:

- Эй, вечер хорош и все заебись. Но я одного понять не могу. Какого хера вы так пьете слабо? Да у нас школьники круче пьют, чем те ВДВ и танковые войска!

- Хуля ты гонишь, болезная, - взвилась рыжая Таня. – Ты кого слабаком обозвала, да я тебя щаз!

 - Спорим, я вас всех одна перепью! – гордо заявила Вера. – Пусть Ярик считает как в боксе, кто отвалится на десять секунд – тот в нокауте и выбывает!

- Давай, бля, - воскликнула тётя Галя, - я тебе, сучке, покажу, где раки ебутся!

За стол теперь уселись только участники поединка, а в качестве спортивных снарядов одинаковой емкости были задействованы одноразовые стаканчики. Первые пару тостов соперники шли на равных. Краем глаза я заметил, что пока гости были погружены в поединок, кухню, прихватив одеяла, покинули сначала Настя и Саша, а чуть позже и Витька с Леной и Светой. Они явно решили лечь спать во флигеле, пока мы с Верой держали оборону.

 Первой не выдержала Жанна. Она уронила голову на руки и засопела, не реагируя на мой счёт. По требованию тёти Гали я оттащил гостью в комнату девочек и уложил на ближайшую кровать. Через два тоста, почти одновременно сошли с дистанции дядя Сережа и рыжая Таня. Причем дядя Сережа опрокинулся со стула и, звонко стукнувшись головой, захрапел прямо на полу. Таня закрыла глаза, привалилась к стене и также перестала на что-либо реагировать. Вера и тётя Галя ожидаемо вышли в финал состязаний и выпили еще три «рюмки», прежде чем тётя Галя не выдержала и заснула, ткнувшись мордой в стол. Все гости были обезврежены.

- Ну, Вера ты даешь, - удивился я. – Как тебе это удалось?

- Ярик, я встать не могу. Выведи меня на улицу, срочно.

Я подхватил её за плечи и спешно вывел на улицу. Едва мы свернули за угол дома в огород, как Вера извергла из себя мощный поток рвоты, который показался мне бесконечным. Я придерживал на весу её хрупкое тело, а она содрогалась в спазмах, избавляясь от принятого яда. Мне казалось, что она растает у меня в руках как снегурочка, превратившись в место воды в ужасное месиво. Когда все закончилось, Вера сказала:

- Пошли назад. Я умоюсь, а ты прихватишь матрас с подушками и одеялами. Нам с тобой, походу, придется во флигеле на полу спать.

- Вера, зачем ты так? Это же опасно. У алкоголя есть смертельная доза. Хрен его знает, что там на Мичуринской бадяжат.Так можно погибнуть!

- Забей, это старый семейный секрет, как пить не пьянея, со мной ничего не будет – отмахнулась Вера. – Лучше я проглочу это чем девочки. Мне нужно защитить и сохранить наше «райское племя». А то если нас с квартиры попрут, нам всем очень тяжко придется и вместе мы быть не сможем.

Мы сделали все задуманное и через пятнадцать минут уже укладывались спать во флигеле. Витька сдвинул кровати вместе и теперь спал там вместе с четырьмя девушками, а нам с Верой досталась узкая полоска пола у стены. Я застелил матрас, и мы замотались вместе в общий кокон из двух одеял. Моя голова торчала наружу и располагалась на подушке, а Вера уютно устроилась внутри кокона, положив мне голову на грудь.

- Я только одного опасаюсь, - прошептала она, зевая, – что завтра этот цирк продолжится, и тут номер с состязанием уже не пройдет, придется что-то другое придумывать.

- Давай решать проблемы по мере их поступления. Утро вечера мудренее, спи, лучезарная, я надеюсь, все образуется.

Вера улыбнулась и, чмокнув меня в небритый подбородок, закрыла глаза.

   Ночью я спал плохо. Было холодно и тревожно. Вера буквально забралась на меня сверху и свернулась как кошка, используя мое тело как грелку. Несмотря на всё своё изящество, весила она гораздо больше кошки, и спать мне, поэтому, было не слишком комфортно.

 Вдобавок, после пива с самогоном болела голова и страшно хотелось пить, но я не смел пошевелится, боясь потревожить Веру, которая прижалась к моей груди и что-то тихонько бормотала во сне. Я старался разобрать слова, но кроме «нет» и какого-то свистящего «сс-сс» ничего не понял.

 К утру ситуация стала совсем невыносимой, и прозвучавший без пятнадцати семь писк будильника был для меня как крик петуха, разгоняющий мрак и ужас прошедшей ночи.

 На сдвинутых кроватях зашевелилось, просыпаясь, наше «племя». Я поспешил разбудить Веру, опасаясь, что кто-нибудь на нас наступит, спускаясь с кровати. Возвращая долг, решил будить её как спящую красавицу, при помощи романтичного поцелуя. 

- Уфф, бля, - выдохнула Вера. – Я уже сдохла или еще надо помучиться? Что ж башка так трещит. Ярик, блин, ты колючий как расческа, отвали нахрен. 

 Девушка пружинисто встала с меня, наступив на грудь, и потянулась за одеждой.

- Подъем, дорогие соплеменники, объявляю военный совет! – громогласно объявила она, бесцеремонно дергая девочек за ноги, а Витьку ласково шлёпнув по заднице.

- Вождь «Мохнатая Жопа», ты тоже вставай, - обратилась Вера ко мне, а затем продолжила для всех. – Ситуация сложная, нам пора откопать томагавк войны! 

- Какие ваши предложения? – сонно зевнул Витька. - Применить сто первый прием карате и изматывать противника бегом?

- Я не знаю, - развела руками Вера. – Но что-то делать придётся. 

- Надо сходить на кухню посмотреть, что там, как? – предложила Лена. – Как минимум, нужно одежду взять и сумки, чтобы на пары пойти.

- А ещё неплохо бы что-нибудь пожрать, - вступила в беседу Света.

- Так, в разведку отправляемся я, Лена, Ярик и Витька. Остальные приводят комнату в порядок, - скомандовала Вера

- Есть, товарищ полковник, - козырнула Света, не вставая с кровати.

- Кому какие вещи принести? – деловито поинтересовалась Лена.

- Мои там, на вешалке приготовлены, на шкафу сбоку. И носки на полке, - отозвалась Настя. – Вы там аккуратнее только.

- Я лучше сама схожу, если всё спокойно, - зевнула Света,- мои кучкой не сложены, заколебетесь искать.

- Я со Светой схожу потом за вещами, - присоединилась Саша, – вы пока поесть раздобудьте, завтракать лучше во флигеле.

 Кухня после вчерашней пьянки больше всего походила на место преступления из популярной телепередачи «Дорожный патруль». Судя по всему, кто-то из гостей ночью просыпался и куда-то пытался идти, но не дошёл. Стол на кухне был перевёрнут, у входа виднелась лужа мочи, а все захватчики досыпали в комнате девочек. Тётя Галя с подругами на кроватях, а дядя Серёжа прямо на полу.

- Хорошо хоть в комнате посрать не сходили, - мрачно констатировала Вера, аккуратно переступая лужу. – Ребята, пошарьте в холодильнике и чайник с кофеём захватите. Чай заварить сегодня не судьба, хоть кофиём отравимся.

 Лена проследовала за Верой в комнату и, оглядевшись, произнесла:

- Хорошо, что мы сегодня опять в библиотеке батрачим, значит, учебники с тетрадками не нужны. 

- Это точно, - согласилась Вера. – Не ори только, хватай шмотки и валим по-рыхлому.

 Мы смогли провернуть спецоперацию в духе коммандос, не потревожив спящих хозяев, и вернулись во флигель с трофеями. Пока Настя с Витькой сооружали нехитрый завтрак из холодного кофе с бутербродами, Саша со Светой сходили в повторный рейд, уже за своими вещами. По возвращению Света сообщила:

- Они уже тоже просыпаются, походу. Давайте поторапливаться, чтобы свалить до их воскрешения.

- Так мы и не решили, что делать будем, - вспомнила Настя. 

- Давайте вечера дождёмся, - предложила Лена. – Я думаю, они протрезвеют и разойдутся, а нам только убрать останется.

- Сомнительное удовольствие, - вздохнул Витька. – Что-то у нас тут часто как-то генеральные уборки.

- Не ной, боец, чистота - залог здоровья, – хлопнула его по плечу Вера. – Зато потом надо будет нежные игры какие-нибудь замутить, а то, действительно, как-то уныло живём, на Ярике, вон, третий день лица нет, постепенно обратно в гориллу превращается.

- Пошли уже, хватит рассиживаться, - скомандовала Лена. – Так как мы все вместе работаем, нет смысла в конспирации, двинули уже разом.

 В библиотеке тётушки-архивариусы встретили нас уже как родных и сходу предложили чай с булочками. Не последнюю роль в таком приёме сыграло качество сделанной вчера работы, которую они оценили по достоинству. На нас уже не кричали за каждый шорох и позволяли спокойно перемещаться по библиотеке. К сожалению, мы сидели в научном отделе, и каких-то интересных книг в доступе не имелось. Ближе к обеду я набрался наглости и поинтересовался у одной из бабушек о точном расположении художественного отдела библиотеки:

- Художественный отдел? Он на третьем этаже, справа от лестницы, в конце коридора, за кафедрой философии, - любезно ответила библиотекарь. - Там сегодня Людочка дежурит, выдаст, что тебя интересует. Можешь сходить после обеда, только студенческий захвати, там отдельный формуляр заводят.

- Большое спасибо, обязательно схожу, - ответил я и вернулся к соплеменникам 

В комнате перед обедом опять назревал "военный совет"

- Надо опять на разведку сходить, - предложила Лена. - Посмотреть, чё там, как на квартире.

- Я схожу, - вызвался Витька. - Заодно на базарчик загляну и наберу нам дошираков, а то на одних булочках как-то неправильно сидеть, надо жидкого похлебать.

- Ага, доширак, как основа здорового питания, - ухмыльнулась Вера, откладывая очередной заклеенный том. - Отличная тема для докторской диссертации, кстати. А насчёт разведки - это правильно. Хрен его знает, как нам следующую ночь спать придётся.

- Хотелось бы в комфортных условиях, - вступила в разговор Света. - А то кое-кто полночи пихается и толкается, спать не даёт.

Саша, которая спала рядом со Светой, тут же надулась и парировала:

- А кое-кто храпит как свиноматка, даром, что не подвизгивает, тоже как-то не поспишь.

- Девочки, не ссорьтесь, в тесноте, да не в обиде, - примирительно провозгласила Лена. - Фиг с ним, с храпом, в таком помещении толпой спать по-любому неудобно.

- Особенно, когда кто-то пёрнул под утро, - не унималась Света. - А ну, признавайтесь, кто хотел геноцид племени устроить в газовой камере?

 Настя очень резко покраснела, став буквально пунцового оттенка, но тут резко среагировала Вера:

- Может, и я была, и что? Что естественно, то не безобразно. А может это ты сама, и теперь на воре шапка горит? Хватит ссориться по мелочам. Витька, иди уже, удачи в боях. Ярик, ты за книжками собирался? Тоже топай, чтобы к обеду вернулся.

 Я поднялся на третий этаж и разыскал заветную дверь. На ней и правда не было ни номера, ни таблички и на вид она не отличалась от стандартной двери в аудиторию на этом этаже. Я вошёл и оказался в довольно просторном помещении, по размеру как две стандартные аудитории для семинаров. Небольшой участок был свободен, и на нём стоял стол с регистрационными карточками и пара стульев, а остальную площадь занимали стеллажи с книгами. На свободном пятачке никого не было, а из-за стеллажей доносились звуки музыки. Я прислушался - играла магнитофонная запись группы "Чайф" - Оранжевое настроение. Через минуту после моего появления, на звук открывающейся двери появилась улыбающаяся женщина, лет тридцати пяти, и сходу заговорила:

- Здравствуйте, что будем читать?

 Я несколько смутился. По идее, я собирался взять что-нибудь для всей компании, чтобы провести очередной вечер "саморазвития", например, про художников, с иллюстрациями. Но учитывая, что творилось у нас на квартире, тащить туда сейчас библиотечную книгу большого формата было очень рискованно. 

- Добрый день, я точно не знаю что.

- Фантастика, детектив, любовный роман - чуть растягивая последнюю фразу, произнесла библиотекарь. - А может быть, вы интересуетесь поэзией или сами пишите?

Я смутился. "Как она догадалась?" - пронеслось у меня в голове, а женщина, будто читая мои мысли, продолжила:

- Вы уже пару минут смотрите на правый стеллаж, где у нас выставлена классическая поэзия, вот я и подумала. Что же вам подойдет? Может быть Гёте? Вы читали Фауста? Очень полезно для сомневающихся молодых людей. И там есть моменты, которые обязательно понравятся вашей девушке, если их выучить наизусть!

 Я смутился еще сильнее. Гёте я действительно не читал и молча закивал, решив, что для первого раза всё равно, что брать, а классика пригодится для "саморазвития". Женщина взяла мой студенческий и принялась заполнять формуляр, попутно что-то рассказывая о поэзии вообще и о Гёте в частности. Я слушал вполуха, задумавшись о том, что рассказать девочкам вечером.

- ... если сами пишите - приносите, я очень люблю поэзию. У нас тут замечательный музыкально-поэтический клуб, много талантливых ребят, - расслышал я в конце слова библиотекаря. – Вот, пожалуйста, неделю читайте на здоровье, потом либо сдавать, либо продлевать, но зайти обязательно.

- Большое спасибо! - кивнул я и заторопился к выходу. - Я через неделю обязательно приду.

 Вернувшись в научный отдел, я застал в комнате только девочек, уже основательно проголодавшихся и недовольных.

- Куда подевалось это лихо одноглазое, - хлопнула по столу Вера. - Хоть денег ему не давай, ей богу, послала за хлебушком.

- Ты так говоришь, будто вы женаты двадцать лет, - хихикнула Настя. - У меня маман на батю точь-в-точь так же бузит.

 В этот момент дверь открылась, и в комнате появился запыхавшийся Витька с пакетом дошираков и батоном под мышкой.

- Пиздец, дамы и господа, - с порога заявил он. - Пьянка продолжается, и еще гости подъехали. Прапор какой-то и еще одна тётка почти приличного вида. Они там теперь у нас во дворе шашлыки мутят, мангал приволокли, все дела. Меня штрафную заставили выпить, прежде чем я успел съебать через забор возле туалета. Из положительных моментов, я со стола четыре сосиски стянул, можно в доширак покрошить, на всех.

- Герой! - воскликнула Вера. - Дай я тебя поцелую, ты ж мой Джеймс Бонд! Похитил четыре сосиски в тылу врага!

- Что делать будем, - мрачно спросила Настя. - Опять во флигеле забаррикадируемся?

- Это не вариант, - отозвалась Лена.- Надо ночевать по знакомым или в общаге, кто как сможет, а завтра новую квартиру искать. В соседней деревне, говорят, можно за недорого снять приличный дом, правда, без газа, но все-таки. Далековато, конечно, восемь километров, но автобус ходит, а в хорошую погоду можно пешком. Других вариантов я не вижу.

- Может, тут поищем два отдельных флигеля на учхозе, по соседству. Будем просто в гости каждый день ходить, - робко предложила Настя.

- Нахер. - резко ответила Вера. - Я не хочу сдаваться без боя! Если мы всё время будем отступать, мир нам не изменить. Надо поставить этих мудаков на место!

- И как ты предлагаешь это сделать? - поинтересовалась Саша.- Ленка права, мудаков много, разумнее отступить, чем бодаться со всеми. Печень у тебя одна.

- Нет! - упрямо заявила Вера. - У меня есть план. Надо их припугнуть, тогда они как шёлковые будут. Мы спровоцируем драку, я получу травму или даже просто сделаю вид, что получила. А дальше, утром, предложим хозяйке выбор - или заява на неё в ментовку, или мы живем, как жили, она нас не заёбывает, а платим мы вдвое меньше. Нашему племени нужно наращивать финансы, а это отличный способ!

- Это слишком рискованно, - забеспокоилась Света. – Ты можешь пострадать.

- Поддерживаю – огласилась Саша. – Слишком опасно, пьяная драка непредсказуема.

- Я тоже согласна, - сказала Настя. – Фиг с ней, с квартирой, не ходи.

- Со мной пойдут мальчики и прикроют, если что, – уверенно сказала Вера. – У Ярика точно хватит яиц, думаю, и Витька не слабее. Так, мальчики?

 Вера переводила взгляд с меня на Витьку и обратно. Я не выдержал и сказал:

- Давай попробуем. Я с тобой. Предлагаю выждать время и пойти, когда они напьются посильнее, и с ними легче будет справиться.

- Я с вами, – кивнул Витька и принялся, наконец, распаковывать обед. – Ярик дело говорит, надо дождаться, когда они нажрутся, а там можно только изобразить Вере синяки и царапины. 

       Остаток дня мы провели за составлением плана будущего сражения. Девочки должны были ночевать в общаге у одногруппниц, а нам троим надлежало продержаться на квартире до утра. Витька предлагал забаррикадироваться во флигеле после «псевдодраки», а утром прямо насесть на хозяйку с целью добиться от неё желаемых уступок.

- Неплохо бы какую-то расписку с неё взять, - предложила Лена. – А то её обещания только до следующей пьянки. 

- Возьмем, – уверенно заявила Вера. – Уверена, у нас все получится!

После окончания работы в библиотеке мы выждали еще часик и, когда совсем стемнело, выдвинулись на квартиру.

   Веселье там было в самом разгаре. За столом сидели, кроме вчерашней команды, еще какой-то толстый мужик в потёртых камуфляжных штанах и тельняшке, а также довольно красивая пышногрудая женщина лет тридцати. 

- О, пришли, заблудившиеся, чё, натрахались уже? – пьяно оскалилась тётя Галя при нашем появлении – пожалуйте к нам за штрафной, а то, может, я мальчикам потрахаться заверну или ты, Ань?

- Чё ты, Галюсик, при живом муже!- Возмутилась черноволосая и кивнула на толстого «морячка».

- Ха, шутю, блять, - оскалила хозяйка, - Ну, че встали, к столу давай, хлопнем для рывка.

- Это можно, - отозвалась Вера, – только, чур, не отрубаться как вчера, а то я только во вкус вошла, а вы брык - и спать.

- Эх, огонь девка, - рыгнула тётя Галя, хлопнув Веру по заднице, точь-в-точь я в молодости. Помнишь Серёж?

- Зыгрбур – пробурчал дядя Сережа, в кусок шашлыка. – Ага, сто пудов, бля.

  Вера действительно выпила, отвлекая внимание, а мы с Витькой аккуратно расплескали самогон по щекам и подбородкам.

В комнате девочек по-прежнему грохотала музыка, и две подружки хозяйки отжигали там помесь твиста и лезгинки. Вера ринулась туда и принялась разыгрывать следующий акт спектакля. 

- Эй, а у меня тут над кроватью кулон золотой висел с цепочкой, - громогласно заявила Вера, – тётя Галя, вы не видели?

- А? Чё бля? – непонимающе отозвалась хозяйка.

Вера вернулась на кухню и, став ближе к входной двери, повторила вопрос.

- Кулон с цепочкой висел, на гвоздике, над кроватью, а теперь пропал. Мне мама на день рождения дарила, вы не видели?

- Не, не было нихуя, - сказала тётя Галя.

- Как, блять, не было, я уходила - была? – Вера решительно перешла на повышенные тона, – кроме вас тут кто-нибудь был?

      В этот момент раздался громкий стук в кухонное окно. Это было совершенно не по плану, и Вера оборвала свою фразу на полуслове. Витька стоял ближе всех двери и первым рванул во двор. Тётя Галя, моргая, таращилась на Веру, силясь врубиться, что вообще происходит, а остальные гости продолжали танцевать и жрать шашлык, вообще не обращая внимания на ситуацию.

        Витька почти сразу вернулся и замахал рукой, призывая выйти на улицу. Мы с Верой немедленно последовали за ним. На улице нас ждала, кутаясь в чужую олимпийку, Лена, дрожа то ли от холода, то ли от нервного возбуждения. 

- Ребята, я тут поняла, – возбужденно заговорила. – Не нужно никакой драки. Нужно надавить на их источник финансирования.

- Какой еще источник, - не поняла Вера.

- Блин, ну я вечером сидела, считала. У них два дома, причем этот недавно куплен, машина была, они её расхуярили, - торопливо продолжила Лена. – Сейчас ремонт масштабный затеяли. По ним видно, что бухают конкретно и не в первый раз. Откуда у них деньги на всё это? Явно им кто-то им даёт. Или родители, или родственники богатые. Иначе, у них все уже давно бы кончилось. Вот к этим родственникам и надо прийти с угрозой заявы, это будет гарантия от повторения этой хуйни.

- А как мы этих родственников найдем? – спросил Витька. 

- Жорик! - воскликнул я. – Сынок ихний точно в курсе родственников, может, он и телефончик знает?

- Так, - быстро сориентировалась Вера. – Ярик, Лена, дуйте к Жорику и узнайте как чё. Мы с Витькой время потянем и, если вы ничего не выясните, вернемся к моему плану. Ну, пошли!

Мы с Леной бегом бросились по улице к хозяйскому дому. В этот раз в спальне хозяев было многолюдно. У Жорика гостили трое пацанов на пару лет постарше, рядом с компом красовалась бутылка пепси-колы и чипсы, а на экране вместо коммандос красовался квест «Приключения Ларри». Парень явно использовал ситуацию по полной и организовал свою собственную вечеринку, пользуясь запоем родителей.

- Эй, Жорик, тебе кто разрешал друзей приводить сюда, а? – с порога перешла в атаку Лена. – Скажи, как твоего дядю зовут, который на дом денег дал?

- Дядя Денис, - удивился Жора, - а ты откуда знаешь?

- Телефон, номер телефона его, блять, дал быстро, - не выдержал я. – Не то через пять минут твоя мамка тут будет, со всеми вытекающими!

- Я не знаю, правда, - не на шутку испугался пацан моего крика, – может, в записной книжке есть, она рядом с телефоном лежит. 

 Я тут же бросился в соседнюю комнату, где посреди ремонтного разгрома на тумбочке стоял телефон, и рядом действительно была толстая потертая телефонная книга. Между тем Лена склонилась к Жорику и продолжала допрос, не обращая внимания на старших пацанов, откровенно пялящихся в разрез её футболки:

- Дядя Денис далеко живет?

- В райцентре, у него там дом и магазин.

- Он папин или мамин брат?

- Мамин младший.

- Часто приезжает?

- Редко, он занятой, у него бизнес, это мама к нему ездит.

      Номер Дениса, заботливо обведенный сердечком с подписью «братик», обнаружился на второй странице книги. Я окрикнул Лену и она, бросив Жорика, поспешила к телефону.

- Не поздно еще звонить? - Встревожено спросил я.

- Десять часов – детское время, – огрызнулась девушка, набирая номер. – Не мешай.

Несколько секунд прошло в томительном ожидании, а затем Лена услышала в трубке ответ и заговорила взволнованным голосом.

- Алло, Денис Михайлович. Меня зовут Лена, я квартирантка вашей сестры Галины, из посёлка. Она напилась и вместе с мужем устроила пьяный дебош у нас в домике, раскидывает вещи, бьет девочек. Я хотела вызвать милицию, но ваш племянник дал номер и умолял позвонить вам, сказал, что вы со всем разберетесь. Что? Жорика позвать? Да, сейчас, одну минуту…

     Она зажала рукой трубку и, мотнув головой в сторону комнаты, прошипела:

- Тащи сюда пиздюка!

 Я мигом приволок Жорика, и Лена коротко обратилась к нему:

- Скажи дяде, что мама с папой уже второй день бухают у нас в домике. 

Парень испуганно кивнул и заговорил в трубку:

- Здравствуй, дядя. Да, пьёт с тетей Таней и тетей Жанной. И папа тоже. Да, сняли гипс. Нет, не голодный, макароны есть в холодильнике. Нет, бабушке не звонил. Да, я понял, хорошо, сейчас передам.

    Жорик протянул трубку обратно Лене, и та продолжила разговор:

- Да, хорошо, я поняла. Ладно, найдем. Да, хорошо. Мы придем к восьми, хорошо. До свидания.

Лена повесила трубку и повернулась ко мне:

- Говорит, что сейчас занят, приехать только утром сможет. Попросил не вызывать милицию, а до восьми утра уйти куда-нибудь с квартиры. Обещал со всем разобраться и возместить ущерб. 

- Получается, план сработал? – обрадовался я  

- Похоже на то, - кивнула Лена, поднимаясь с пола, – пошли остальных вызволять, пока они не пострадали.

    Я поспешил за ней на улицу, и мы направились на квартиру. Едва Лена собралась постучать в кухонное окно, как внутри раздался грохот и погас свет. Тут же распахнулась дверь кухни, оттуда выскочила Вера и, не разбирая дороги, бросилась во флигель. Через секунду на пороге возник Витька со стулом в руках и завертел головой в поисках Веры. Прежде чем я успел его окликнуть, он тоже рванул в нашу халабуду. 

- За ними, бегом – скомандовала Лена и показала пример. 

     Через секунду мы все были во флигеле, и Витька, ни слова не говоря, принялся подпирать стулом дверь.

- Что случилось? – спросила Лена.

- Не сдержалась, - с трудом переводя дыхание, ответила Вера. – Съездила тёте Гале в ебало от всей души. Очень давно хотела. А Витька молодец, не растерялся. Стул схватил и по лампочке уебал, вот мы и сдрыстнули.

- Какого хера ты сюда побежала, а не на улицу? – выдохнул Витька. – Как теперь выбираться будем?

 - Я оказалась права, - сообщила Лена. – У тёти Гали есть брат, мы ему дозвонились, он обещал приехать утром и всё решить…

 В этот момент во дворе раздались громкие вопли, а дверь содрогнулась от мощных ударов.

- Отличные новости, - улыбнулась Вера. – Осталась сущая мелочь – дожить до утра…

- Бля, сука, разъебу нахуй, – разрывалась во дворе тётя Галя. – Выходи, сука, убью нахуй.

- Галюсик, чё за хуйня? – крикнул кто-то из подружек.

- Это блядина мне нос сломала, кажись! – не унималась хозяйка. – Серёга, блять, открой нахуй эту дверь!

     За дверью раздались неразборчивые выкрики, и удары усилились. 

- Да ну нахер, тут ломик нужен, и всех делов, – раздался голос «прапора». – Так ты только плечо себе расшибёшь.

- Ща, пять сек, это, я домой сбегаю, – буркнул хозяин.

- Топор, топор, блять, захвати – завопила тётя Галя. – Я этой сучке пальцы отрублю.

 Тем временем, внутри флигеля Витька пытался подтащить к двери стол, чтобы усилить баррикаду.

- А окна мы чем заткнем? – неожиданно спросила Лена. – Думаешь, они не догадаются в окно полезть?

- Сетки от кроватей можно приспособить, – предложил Витька. – Надо только ножки отсоединить.

- Так давай быстрее, - скомандовала Вера. – Сейчас дядя Серёжа с топором прибежит, и нам пиздец. 

- Нет, – неожиданно заорал я. – Нахуй стол, брось его, Витька. 

- Не понял? – удивился он.

 Я дернул его за руку обратно в комнату и зашептал так, чтобы слышали только девочки.

- Как ни запирайся, до утра дохера времени, а они злые, пьяные и их больше. Даже если они внутрь не залезут – могут просто со злости флигель подпалить. Надо прорываться и валить по-рыхлому. 

- Как? – быстро сориентировалась Вера.

- Надо разделиться, вы с Леной бегите назад, к сортиру, и через забор, как Витёк сегодня с сосисками. А мы с ним напролом, отвлекая внимание. Во дворе темно, авось сработает, но надо, пока хозяин не вернулся.

- Хорошо, встречаемся возле ларька на остановке, а если будет погоня, тогда возле пятой общаги,- предложила Лена. – Поехали?

 - Окей, на три-четыре, - скомандовала Вера. – Парни, вперёд.

- Так, хватаю стул, ты открываешь дверь – выдохнул я. – Ну, три-четрые. 

Я схватил стул, и Витька тут же распахнул дверь! Во дворе в слабом свете из окна дома виднелись три фигуры: прапор, тётя Галя и кто-то из её подруг. Я первым выскочил во двор и тут же метнул стул в сторону прапора, затем, не разбираясь попал или нет, бросился к калитке. Тётя Галя попыталась меня перехватить, но я скользнул мимо, и она переключилась на Витьку. Уже возле калитки по крику и взрыву мата до меня дошло, что он тоже как-то прорвался. Не оборачиваясь, я помчался к остановке, очень надеясь, что топот за спиной принадлежит Витьке.

  Через две минуты мы уже переводили дух возле ларька. Лена постучалась в окошко и купила бутылку минералки. Вера первой припала к горлышку, затем передала бутылку Лене и сказала:

- Вольно! Поздравляю, товарищи партизаны, операция прошла успешно. Медали будут розданы по возвращению в расположение отряда!  

- Где ночевать будем? – мрачно поинтересовался Витек.

- По общагам пойдем, - сказала Лена, взглянув на часы. – Сейчас пол-одиннадцатого, до закрытия еще полчаса, попроситесь к одногруппникам. Вера, я тебя с собой возьму, мне кровать широкую уступили, вдвоем поместимся.

- О, отлично, - обрадовалась Вера. – Извините, мальчики, вы опять в пролете. 

- Давайте двигать отсюда, - настороженно вглядываясь в темноту, сказал я. – Хозяева с горя могут за бухлом пойти, не хотелось бы с ними тут ещё встретиться.

Все согласились, и мы быстрым шагом направились в университетский городок. Перед тем, как разойтись по общагам (мы с Витькой пошли в ветеринарную общагу, а девочки в цитадель экономфака), Вера озвучила план на завтра:

- Ярик, давайте встретимся в семь тридцать на остановке, выберем место и будем ждать, когда приедет братец нашего Галюсика. А ты, Витька, топай утром в библиотеку, остальным обрисуешь ситуацию.

- А чё сразу я, - обиделся Витька, – может, я тоже посмотреть хочу, как там чё будет?

- У тебя особое задание! – важно произнесла Вера. – Гарантий успеха у нас нет, так что на тебе запасной вариант. Когда девочкам расскажешь ситуацию, сразу топай к своей проректорше и как хочешь языком работай, но отмажь нас от каторги на выходные. Потому как придётся или по домам ехать или квартиру искать. Или и то и другое, но время на это всё равно нужно.

- Даже если у нас все выгорит, там уборки за этим скотом на целый день, - мрачно заметила Лена. – И стирка опять же. Так что да, Витя, надо отпроситься по-любому.

- Блин, это сложно будет, но я попробую.

- Короче, при любых раскладах встречаемся возле главного корпуса в двенадцать часов! – подытожила Вера - Передашь девочкам.

- Хорошо, до завтра! – кивнул Витька

- Спокойной ночи, - добавила Лена, и мы разошлись.

Я ночевал у Тохи, вкратце описал ситуацию конфликта с хозяевами, не упоминая девочек, и получил гостевую раскладушку. Витёк приткнулся где-то у своих одногруппников, и ночь прошла относительно спокойно. Минусом стал только зверский голод, за чередой волнующих событий как-то не хватило времени на ужин и завтрак.

     Утром я поспешил на остановку, кляня себя за то, что не взял вчера у Лены денег хотя бы на пирожок. Обычай племени по сдаче денег в общий котел имел свою явную отрицательную сторону. 

        Девочки уже ждали меня. Когда я подошел, Вера протянула мне большое красное яблоко.

- Доброе утро! На, подкрепись! – бодро сказала она.

- Мы уже прошлись аккуратно по улице. Во дворе все тихо, калитка закрыта, - сообщила Лена. – Решили тут стоять и поглядывать на улицу, явно будет видна машина, если к дому подъедет. Не пешком же этот товарищ придёт.

     Я жадно вгрызся в яблоко, подумав, что в этот момент в Вере было что-то от Евы с роковым яблоком (похоже, она опять читала мои мысли). Получилось как-то невежливо, я не ответил на приветствие и только кивнул Лене в ответ. На моё счастье, никто не обиделся, и мы сосредоточились на наблюдении. 

    Минут через двадцать из райцентра появился фургончик «Форд-транзит». Он свернул на нашу улицу и тормознул перед воротами «квартиры». Из машины вышло три человека, один вошёл в калитку, а двое остались у машины.

- О, наш спаситель, пошли, – обрадовалась Вера.

Из описания Жорика я ожидал, что приедет «новый русский» на мерседесе, но когда мы приблизились, оказалось, что у калитки курят два молодых парня в спецовках грузчиков, а машина походила на обычный рабочий фургон с логотипом какой-то фирмы на борту. Вера молча прошла мимо грузчиков и свернула во двор. Лена последовала за ней, а я замыкал группу.

- Говорить буду я, - сказала Лена, хватая Веру за руку. – Давайте во дворе подождем, мне кажется, внутри опасно.

Двор напоминал теперь поле боя. В доме девочек были выбиты стекла, на земле валялись сломанная тумбочка и пара стульев, одежда, битая посуда. Особенно неприятно выглядели вырванные из учебников и тетрадей листы, беспорядочно разбросанные везде. Похоже, тётя Галя вчера в ярости крушила всё, что попалось под руку, не заботясь о последствиях. Вера подняла с земли обложку от нового учебника по химии, который мы получали в библиотеке, и мрачно сказала:

- Походу, мы в библиотеке застряли надолго. То чужие книги восстанавливали, а теперь свои придётся.

          В этот момент из дома появился длинноволосый молодой человек в толстых очках. Он был одет в джинсы и куртку и чем-то неуловимо напоминал гениального хакера из какого-то американского фильма. Коротко взглянув на нас, парень сразу перешел к делу:

- Привет, меня зовут Денис. Кто из вас вчера мне звонил?

- Это я, здравствуйте – удивленно сказала Лена.

   Молодой человек был совершенно не похож на тётю Галю. Я бы в жизни не подумал, что они родственники. Парень улыбнулся и продолжил:

- Я хочу извиниться, девушки, за поведение моей сестры и её мужа. Вы, конечно, после всего хотите съехать, я верну деньги за последний месяц, плюс возмещу ущерб за испорченные вещи.

- Но мы не хотим съезжать, - влезла в диалог Вера. – За вещи, конечно, возьмём деньги, но нам квартира нужна.

Денис удивленно уставился на Веру, не произнося ни слова, а та продолжала:

- Мы просто хотели, чтобы в связи с ситуацией нам бы уменьшили квартплату. Ну, там, на треть, например. Ну и порядок поможете навести, мебель там, стёкла вставить.

Денис снял очки, и устало потер переносицу, а затем обратился к Вере.

- А почему бы мне вас не послать куда подальше? В первый раз таких наглых вижу. Я тут приехал вам помочь, а вы мне еще условия ставите? Живете тут нелегально, договора нет, я сейчас ребятам скажу, они ваши шмотки на улицу выкинут, и идите куда хотите. И милицию бессмысленно вызывать, все соседи подтвердят, что вы тут никогда не жили.

        Вера открыла рот от удивления. Она явно не рассчитывала на подобный поворот событий и теперь замерла, не зная, что сказать. Лена скорчила страшную гримасу, взбешённая тем, что Вера влезла в переговоры. Я почувствовал, что необходимо вмешаться и что-то сказать, в голову ничего не приходило. Неожиданно вспомнился вчерашний разговор Дениса и Жорика по телефону, и тут у меня как в мультфильме «Том и Джерри» зажглась над головой лампочка, с надписью «Эврика»! (жаль, что никто её не заметил).

- Вы нас не пошлете, потому что мы вам нужны, – резко выпалил я, сам поражаясь собственной наглости.

- Это зачем? – с любопытством спросил Денис.

- Чтобы не приезжать сюда раз в пару месяцев ликвидировать последствия пьянки, - быстро ответил я. – Ты сам только что сказал, что мы не первые квартиранты, съезжающие отсюда. Вон, ты уже подготовленный приехал, с работниками, зная, что тут будет. Значит, такая фигня регулярная. Ты платишь за восстановление, возмещаешь ущерб и возвращаешь деньги за месяц. Плюс, пока квартиранты новые найдутся, хата пустая стоит. Короче сплошные убытки. А ведь тебе нужно, чтобы у сестры был стабильный доход, чтобы она тебя не доставала непрерывно. Вот мы и будем тут жить, точно не съедем, только платить хотим чуть меньше. Зато будем приглядывать за Галей и тебе сразу позвоним, если что. Мы-то теперь подготовленные, даже сможем дать отпор.

- Хм, а у вас тут, значит, и парни живут, семейная общага значит? Встречаешься с ним? – неожиданно спросил Денис у Веры.

Вера рассеяно кивнула, а Лена уставилась на меня с открытым ртом. Денис снова повернулся ко мне и сказал:

- Это уже деловое предложение, которое можно рассмотреть. Треть, конечно, жирно будет, но могу скинуть пятнадцать процентов с квартплаты. Плюс возмещение ущерба, восстановление стёкол и мебели. От вас будет нужно звонить мне в случае возобновления запоя. Да и всё, в принципе. По рукам?

- По рукам, - ответил я, пожимая протянутую ладонь.

- Хорошо, - сказал Денис. – Тогда вы пойдите часик погуляйте, я провожу гостей и с сестрой переговорю, а потом приходите, посмотрим насколько пострадали ваши вещи, и какой ущерб я возмещу. 

       Он развернулся и скрылся в доме, а мы молча вышли за калитку и отправились в библиотеку. Метров через пятьдесят Лену попустило и она набросилась на нас с Верой:

- Блин, Вера, какого черта ты влезла? Чуть не испортила всё! А если бы он нас и правда послал?

- Ну, так не послал же, - ухмыльнулась Вера. – А ты, Ярик, хорош, прям прирожденный дипломат. Как ты догадался, что ему сказать?

- Не знаю, как-то само собой вышло.

- Он мой разговор телефонный вчера слышал с этим Денисом, - вмешалась Лена. – Вот и догадался. Я, в принципе, то же самое ему хотела сказать, только Ярик опередил.

- Ну, так чего ж не сказала? – ехидно спросила Вера. – Ладно, у тебя еще будет шанс, подсчёт ущерба – это точно по твоей части, будешь его трясти по полной программе.

    В библиотеке нас ждали Настя, Света и Саша за ставшим уже привычным занятием по восстановлению книг. Витька еще не вернулся от проректорши, но успел просветить девочек насчет событий прошлой ночи.

- Ну что там, договорились? – взволнованно спросила Света.

- Во-первых, здравствуйте, – важно начала Вера. – А во-вторых, я имею вам сообщить две новости. Хорошую и плохую.

- Давай плохую, - не выдержала Саша, – не томи.

- Квартиру разнесли, и вашим вещам пиздец, – скорчив скорбную гримасу, произнесла Вера. – И учебникам с конспектами тоже.

- Как! – громко воскликнула Настя. – У нас же скоро сессия, нас же отчислят, мы же не подготовимся.

Саша дёрнула Настю за рукав, и приложила палец к губам, а затем заговорила шепотом:

- А хорошая?

- Нам возместят ущерб и еще уменьшат квартплату. И да, мы остаёмся жить вместе!

- О! Это отлично, - обрадовалась Света. – А с конспектами выкрутимся как-нибудь. В конце концов, на трояк всегда что-нибудь можно наплести.

- Какой дальнейший план действий? – поинтересовалась Саша. 

- Клеим книжки и ждем Витьку, - уверенно ответила Лена. – А там посмотрим.

 Витек явился минут через двадцать и сообщил, что жены проректора нету дома, а значит, из библиотеки нас никто не отпустит. Веру эта новость ничуть не смутила, и она снова бодро принялась раздавать указания:

- Так, девочки, вместо обеда топайте на квартиру и соберите все порванные учебники и тащите сюда. Заодно посмотрите, что там с вещами, а Лена выторгует возмещение. Парни, мы с вами должны показать максимальное рвение в поклейке книг, а уж я позабочусь об остальном.

- Только денег нам оставьте хоть на столовую, - взмолился Витька. – А то я со вчерашнего обеда ничего не жрал.

    После обеда, когда девочки вернулись, Вера притащила библиотекарям изуродованные книги и рассказала слезливую историю об алкашах-хозяевах и их ненависти к книгам. Под предлогом необходимости ехать к родителям за деньгами, а потом в областной центр за новыми учебниками девочек тут же освободили от работы и отправили домой.

- Парни, а вы как-нибудь сами, я не могла сказать, что мы вместе живем, - развела руками Вера. – Неудобно получится.

- Пф, делов-то, - воскликнул Витька и побежал договариваться.

 Через пять минут он вернулся и сообщил:

- Ну как же прекрасные дамы могут отправиться в большой город без верных рыцарей? Кругом же насильники и другие Чикатилы. Так что мы с вами, пошли.

- А куда мы, собственно, пойдем? – спросил я. – На квартире ведь еще разгром?

- Да, я тоже хотел спросить, - поинтересовался Витек. – Что сейчас делать будем?

- По домам надо ехать, за новой одеждой как минимум – вздохнула Саша. – Да и не только за ней.

- Ярик, тебе нужно будет для всех купить учебники, по списку, я уже набросала, – сказала Лена. – Деньги Денис уже дал.

- Да этот Денис просто душка, - вмешалась Света, - Я вам, мальчики, не сказала, но он обещал мне, что поставит нам б/у телевизор и видик, так сказать, за моральный ущерб. Правда, здорово?

- А телефончик не попросил? – мрачно заметил Витька. – Что-то вы про него сильно много рассказываете.

- О-о, заревновал, красавчик, - улыбнулась Вера и чмокнула его в лоб. – Забыл, что я говорила про чувство собственности, это до добра не доведет!

- Пойдемте всё-таки на квартиру, соберём уцелевшие вещи - и в дорогу, – сказала Лена. – Я всем деньги раздам на билеты, с запасом. А тебе, Ярик, еще и на книжки.

- Есть тут одна проблема, - мрачно заметила Вера. – Я как-то не планировала на этих выходных домой ехать, а тут оставаться тоже не вариант. Лена, можно с тобой?

- Наверное, лучше не стоит, – насторожилась Лена. – Давай в другой раз? Я могу больше денег тебе выделить, чтобы ты из одежды себе что-то купила, но ко мне ехать не нужно.

- О, это мысль! - воскликнула Вера. – Тогда мне лучше с Яриком ехать в большой город и посетить знаменитый китайский рынок. Ты не против?

 Вера посмотрела мне прямо в глаза, и я почувствовал, что меня прошибает холодный пот. 

- Есть одна проблема, я маме рассказал, что у меня появилась девушка, и её зовут Настя. Я бы мог солгать, что Настя это ты, но мама хорошо чувствует, когда я вру и боюсь, что возникнет много сложностей.

- А вот это уже интересно – неожиданно завелась Вера. – Чего это ты решил маме девушкой хвастаться? Но я не вижу проблемы, давай возьмем с собой Настю. А что? Ты приехал со своей девушкой, а она позвала с собой подругу. Ну, например, в музей сходить, а? Ты же можешь сводить двух девушек в музей, как культурный молодой человек, тут ничего такого…  

- Но, я же домой собиралась, - забеспокоилась Настя. – Меня родители ждут, волноваться будут.

- Сегодня пятница, - ни секунды не сомневаясь, продолжала Вера. – Значит, родители думают, что их дорогая отличница еще в субботу на занятиях. Вот поехали сегодня в город, там переночуем, утром на рынок, дальше я с обновками сюда вернусь, а ты поедешь себе к родителям, как и собиралась. Всё ровно будет.

- Ну, да, так можно, - кивнула Настя. – Заодно поможем Ярику книжки купить.

   Мы ненадолго зашли на квартиру, чтобы собрать вещи. Подручные Дениса уже возились с новыми стеклами в окнах, а тётя Галя внутри мыла полы. Нос и верхняя губа у неё распухли, а от исходившей злобы казалось, что воздух вокруг буквально сгущается. Всё время, пока мы там были, хозяйка молчала, будто ей отрезали язык, и старалась не смотреть в нашу сторону. Мы быстро собрали вещи и поспешили на вечерний автобус.

Девочки сели вместе, а мне пришлось ехать стоя, что изрядно утомило после и без того бурной недели. 

          Дома первой неожиданностью для девочек стал Рой – моя немецкая овчарка. В прошлый приезд родители брали его с собой, и потому гостей не встречал могучий раскатистый лай. 

- Ой, а он не кусается? – Испуганно дернулась Настя. 

- Нет, не бойся, он хороший, - ответил я, перехватывая пса за ошейник. – Рой, место, это свои.

- Говорят, собаки похожи на своих хозяев, - улыбнулась Вера. – Этот мохнатый с тобой просто одно лицо!

     На моё счастье, дома был только отец и то собирался уехать на рыбалку. Появление девочек он воспринял совершенно спокойно и продолжил свои приготовления. Мама допоздна была в школе и должна была вернуться часам к девяти.

- Ну, вы тут сами с ужином разберётесь, если что, мама потом подскажет, а я поехал, - сказал он, уходя. – Вернусь в воскресенье, как раз вам тут со спальными местами будет свободнее. 

- Приятно было познакомиться, большое спасибо вам, – вежливо сказала Настя.

- Как говорится, ни пуха, ни пера, - весело добавила Вера.

- К чёрту! – соблюдая традицию, сказал отец и отправился.

Оставшийся час до маминого прихода я сидел как на иголках. Маме спешить было некуда, и она наверняка обязательно проведет длительную беседу с множеством вопросов. За Настю я не беспокоился, а вот Вера вполне могла брякнуть что-нибудь эдакое, и я не знал, как это предотвратить. Решение пришло само собой уже перед самым маминым приходом. 

- Девочки, как вы относитесь к прогулкам по ночному городу? Здесь есть много красивых мест, которые в темноте приобретают особое очарование.

- О! Я за, - обрадовалась Вера. – Обожаю ночные прогулки.

- А это не опасно? – забеспокоилась Настя.

- Я возьму с собой пса, - уверенно ответил я. – Всегда выгуливаю его по ночам, и пока никто связываться не рискнул. 

- Пойдем, Настя, с таким эскортом нам ничего не страшно, - сказала Вера. – Помнишь, мы после театра гуляли, и было круто, а теперь нам Ярик покажет вообще особые места.

        Мы собрались как раз во время и столкнулись с мамой уже в дверях. Я сразу затараторил скороговоркой, не давая ей опомниться 

- Мам, привет, познакомься. Это Настя, моя девушка, а это Вера, её подруга. Они в гости приехали, с ночевкой, я им завтра хочу художественный музей показать. Девочки - это моя мама, Виктория Викторовна, я вам про неё рассказывал.

- Очень приятно! – хором ответили девочки, а Настя добавила:

- Мне очень нравятся ваши работы, я восхищаюсь стилем и деталями.

- Здравствуйте, мне тоже очень приятно, - удивленно сказала мама, - Это все так неожиданно.

- Мам, мы прогуляемся, Ройчика выгуляем, ладно? Вернемся часа через два, не беспокойся, – я спешил закончить разговор и быстрее уйти.

- Ну, хорошо, я пока что-нибудь испеку к чаю. 

- Не надо, мам, лучше отдыхай, мы по дороге чего-нибудь купим, - махнул я рукой и выскользнул в прохладную осеннюю ночь.

Первые полквартала мы шагали молча. Я чуть впереди, а девочки отставая на пару шагов. Рой натянул поводок и рвался вперед, радуясь долгожданной прогулке. Было довольно прохладно, но ветер стих, и в целом погода была терпимой, главное, что без дождя. Неожиданно Вера подхватила Настю под руку и, догнав меня, зашагала рядом:

 - Куда ты ведешь нас, Сусанин Иван, - с улыбкой пропела она и добавила. – Мы разве не должны спокойно прогуливаться?

- Рой, ко мне, рядом, – рявкнул я, усмиряя порыв пса.

     Тот нехотя ослабил поводок и пошел рядом с левой ногой. Теперь наша процессия колоритно перегородила всю ширину тротуара.

- Так гораздо лучше, - сказала Вера. - После последних дней я к физкультуре не расположена.

- Я тоже очень устала и переволновалась, - призналась Настя. – Прошлой ночью долго не могла заснуть, переживала, как вы там.

- Все хорошо, что хорошо кончается, – уверенно заявила Вера. – А куда мы идем?

- Я проведу вас по обычному своему маршруту долгих ночных прогулок, – ответил я. – В последних классах школы я мечтал, что проведу по нему свою девушку. Буду читать стихи и целовать её под луной.

- Ну, можешь поставить галочку, план пятилетки ты успешно перевыполнил, девушек сразу две, – хихикнула Вера. – Только давай без стихов. Как-то я после всего к романтике не расположена. Тем более, что луны нет. Расскажи лучше что-нибудь интересное, хоть бы и из своего прошлого.

- Я не знаю, что вам рассказать, - честно признался я. – Ничего особенно примечательного, мне кажется, что уже все рассказывал.

- Всё да не всё, - не отставала Вера. – Вон, про собаку забыл рассказать.

- Да как-то к слову не пришлось, - пожал плечами я. – Собака и собака, не думал, что это важно.

- Он прикольный, - сказала Настя, осторожно погладив пса по спине. – Мохнатый такой, я не знала, что овчарки такие бывают. 

- Я ж говорю, на хозяина похож, - усмехнулась Вера и почесала меня за ухом.

 Свернув с освещенной центральной улицы, я повел девочек по тёмному переулку с редкими фонарями. Настя заметно занервничала, а Вера продолжала шагать твердо и беззаботно.

 - Вот смотрите, первая достопримечательность, - гордо заявил я, указывая на мрачное четырехэтажное задние, в темноте напоминающее замок вампира. – Школа, где я учился.

- А почему нет мемориальной таблички? – ехидно спросила Вера. – Не заработал еще? Хотя да, табличка - это мелковато. Надо, чтобы школа носила твое имя, а пред входом памятник в полный рост! Со стулом в руке, которым ты замахнулся на невидимых врагов племени!

- Какая большая школа, - удивилась Настя. – Тут, наверное, человек триста учится?

 - Больше тысячи, в две смены, – важно ответил я. – Это густонаселенный район. А школа еще до войны построена, сталинская архитектура.

- Значит, именно тут ты скучал на уроках и мечтал о тугих попках одноклассниц, которые ты будешь мять во время долгих ночных прогулок? – продолжила прикалываться Вера. 

- Не только об этом, - признался я. – На скучных уроках я писал стихи и мечтал как стану великим поэтом, и уж тогда «ОНА» поймёт, кого она упускает.

- Вот опять ты всё к стихам сводишь, - надулась Вера. – Прикинь, не всем девушкам они интересны. Крутой накачанный парень, особенно который может по морде дать любому, по-моему, гораздо круче. Особенно в школьные годы. Да и сейчас полезно иногда.

- А я вот не соглашусь, - вступила Настя. – Лучше пусть парень умный будет, а сила второстепенна уже. Силой денег много не заработаешь, а зачем тебе нищий качок?

- Ох, какая ты тихоня, меркантильная, всё бы тебе деньгами мерить, - язвительно отозвалась Вера.

- Это просто трезвый взгляд в будущее, – не сдавалась Настя. – Умный парень сможет любить тебя не только за красоту, а значит, не уйдет к более молодой, когда твоя красота станет увядать.

- Ой, какие наивные мечты, - улыбнулась Вера. – Раскрою тебе одну тайну: мужчины все одинаковые, они всегда будут уходить к молодым и красивым, ум тут ни при чём. Возьми биографии разных гениальных мужчин. Почти все были женаты не один раз, а каждая следующая жена была моложе предыдущей. А уж про любовниц я вообще не говорю. Очень редко кто был однолюбом, это, скорее, исключения. Так что, если хочешь быть замужем за умным, будь готова, что он тебя бросит.

    Настя недовольно сжала губы, и я решил вмешаться:

- Пожалуйста, не ссорьтесь. Давайте сменим тему.

- Хорошо, - кивнула Вера. – Расскажи тогда о своих школьных мечтах. Вот прямо подробно в последнем классе, как ты представлял свою будущую жизнь? Какие планы строил и что делал для их реализации? 

- Прямо допрос какой-то. Тебе по хронологии или только последние?

- Давай по итогу, - сказала Вера. – Нечего растекаться лужей соплей. По состоянию на одиннадцатый класс, будь любезен.

- Ну, хорошо, попробую, - ответил я. – Короче, в одиннадцатом классе я уже решил поступать на ветеринара, был влюблен в самую красивую одноклассницу, без малейшего шанса на взаимность. Написал тогда ей целую поэму мистическую про неё, «Ночь» назвал, но один фиг не помогло. Зато она все-таки была поражена.

- Блин, опять поэтические сопли, - оборвала меня Вера. – Можешь не стараться, мы с Настей и так в тебя влюблены, давай к делу.

        Настя засмеялась после последней фразы, а я почувствовал себя неуютно, как-то слишком буднично. Вера отзывалась о моих мечтах и возвышенных чувствах. Вроде бы, когда я читал Бродского, ей всё нравилось, а теперь какое-то прямо отвращение к поэзии.

Вера заметила мое замешательство и, резко приобняв за шею, игриво куснула мое ухо. Рой резко остановился и оскалился, видимо приняв этот жест за нападение на хозяина. Я дернул поводок короче к ноге и произнес:

- Фу, Рой, спокойно, свои. Ну, в общем, если о конкретных планах, то я хотел отучиться, пойти поработать в какую-нибудь ветклинику, потом набраться опыта и открыть свою. Где-то в процессе жениться на Лене, той однокласснице, детей родить… трёх или четырёх. Дом ещё свой построить, машину там, все дела.

- Банально, как банально, - вздохнула Вера. – Ты, по-моему, это уже как-то рассказывал, может, и не один раз. Что там было про великого поэта? Эта мечта хоть пооригинальнее!

- Ну, я еще на рубеже восьмого-девятого классов выиграл несколько поэтических конкурсов, - признался я. – Ну и решил, что я крут и весь из себя поэт, стал стихи свои тулить везде и всем. Думал, потом буду книжки издавать, в залах выступать и вообще.

- Понятно, - кивнула Вера. – Тщеславие - это хорошо. Это двигатель развития.

- О, вспомнил, была еще одна мечта, – сказал я. – Вывести новую породу собак. Не очень крупную, для квартиры. Но чтобы главная функция была защита человека. Такой своеобразный спутник-телохранитель.

- Вот это уже хорошо, - обрадовалась Вера. – И амбициозно, и реализуемо. Опять же, имя своё можно увековечить. Яр-терьер! Звучит, а? Если что, патентуй название, дарю! Настя, а ты там не спишь на ходу? Ты о чём мечтала в последнем классе школы?

- Ты скажешь, что мои мечты обычные, - отозвалась Настя. – Мечтала о доме, семье, работе интересной. Например, в лаборатории, всякие там анализы продуктов делать. Чтобы муж заботливый был, на море, там, ездить. Я на море никогда не была, но очень хотела его нарисовать. Вроде бы всё.

- А желания стать великой художницей не было? – продолжала наседать Вера.

  Настя отрицательно покачала головой. Мы, между тем, вышли из переулка и двинулись по тропинке через широкий пустырь. Вера огляделась по сторонам и спросила:

- Ты точно решил нас куда-то в самые дебри завести. Слава Сусанина покоя не даёт?

- Это просто короткая дорога, - успокоил я. – Дальше опять цивилизация будет, а там и вообще в центр выйдем.

- Ну, смотри, а то если у тебя похабные мысли, то давай лучше здесь, чего далеко ходить, - усмехнулась Вера. - А что это за странные заборы слева и справа? Вроде как промзона, но освещено всё как днем. 

- Слева трамвайный парк, мы его меж собой «пиздюлятник» называли, потому как там, если кого поймают, то навешают от души. Наши самые отчаянные пацаны туда за медью лазили. А еще за пластиковыми трамвайными седушками. Из них стулья делали, а ещё самодельные карты, машинки в смысле, на больших подшипниках вместо колес.

- Ого, я думала ты у нас домашний пай-мальчик, а ты, оказывается, с района пацан, с богатым криминальным прошлым, - усмехнулась Вера, хлопая меня по плечу. – Почему раньше не рассказывал?

- Ну, это всё класса до третьего было, да и то я бегал плохо, только на шухере стоял. Меня брали, потому что голос громкий. Как заору, слышно далеко и все убежать успевают. Потом уже, класса с пятого, я увлекся серьезно книгами, стал меньше гулять, отдалился от всех, ну вот и стал тем, кем стал.

- А справа тогда что? – спросила Вера, словно пропустив мое признание мимо ушей.

- А это пункт гидрометеостанции. Вон, видишь, там вертушки крутятся, ветер меряют, а вон дальше антенны всякие. Мы сюда ходили смотреть, как они воздушные шары-зонды в атмосферу запускают, очень прикольно.

- Да, интересно, - сказала Настя. – Вера, а ты о чем мечтала? Какие планы строила на будущее?

- Моя мечта уже сбылась, - воскликнула Вера и обняла разом меня и Настю. – Я о вас мечтала, мои хорошие! А планов много, целая куча, прямо целая куча. Может, лавочку найдём и попробуем записать? Настя, у тебя же по-любому в сумочке и блокнот и ручка найдется, я тебя знаю. Пошли к цивилизации и передохнём заодно!

       Настя кивнула, а я свернул с пустыря в очередной переулок, попетляв по которому, мы снова вышли на прилично освещенную улицу.

- О, тут даже урны есть, - заметила Вера. – Отлично, точно цивилизация, значит, и лавочки тоже будут, а может, чем чёрт не шутит, и круглосуточный магазин.

- Я бы водички какой-нибудь купила, что-то пить хочется, - присоединилась Настя. – Давай найдем ларёк. 

Примерно через квартал мы свернули к рыночной площади, где перед двухсотлетним зданием торговых рядов светилась пара маленьких круглосуточных ларьков. Но внимание привлекла огромная трехметровая фигура, стоящая на краю площади. 

- Ого, вот это неожиданность, - воскликнула Вера. – Неужели ему, правда, тут памятник поставили? 

- Ну, видишь же, стоит,- отмахнулся я. – Давно уже. Я, сколько себя помню, он тут стоит. Я когда маленький был, почему-то считал, что это Железный Дровосек. Видимо потому, что памятник железный.

      Мы остановились у памятника, и Рой бесцеремонно поднял лапу, описав героя. Вера подошла к монументу и прикоснулась к железному колену.

- Это один из моих любимых героев, – сказала она. – Бунтарь и боец, бесстрашный и непобедимый. И целеустремленный. Идеал просто, жаль, фотоаппарата нет, я бы с ним сфоткалась. Необычный памятник, редко такой увидишь. 

- Может быть, вообще уникальный, - добавила Настя. – Такой авангардный, или даже модерновый, я в скульптурах не очень разбираюсь, но точно необычный.

- Самое главное узнаваемый, ни с кем его не спутаешь, - сказала Вера. – Ладно, пошли в ларек.

       В ларьке Вера купила бутылку культовой сладкой газировки, чипсы и, внезапно, красное крепленое вино.

- Это для согрева и вдохновения, - ответила она на мой вопросительный взгляд. – Не бойся, твоя мама ничего не заметит, а сам, если не хочешь, можешь не пить.

- Ну, спасибо, что разрешила, - хмыкнул я. – пошли, тут моя любимая лавочка неподалеку.

     Мы прошли мимо базарной площади и свернули в старый парк. Пройдя по боковой аллее, я остановился на небольшом пятачке под фонарём, где стояла лавочка со спинкой.

- Вот моё любимое место. Прямо как в песне, перекрёсток семи дорог.

В этой части парка, действительно, от перекрёстка двух асфальтированных аллей разбегались три тропинки, протоптанные собачниками, таким образом, путей было ровно семь. 

- Я помню, ещё фильм был такой, мне нравился, – сказала Настя. 

- Да, мне тоже, – сказал я. – Давайте тут сядем, здесь и выпить можно, менты здесь редко шарятся. 

- Отлично, - обрадовалась Вера и плюхнулась на лавочку. – Ярик, есть ключ длинный? Пробку в бутылку пропихнуть. Насть, доставай блокнот, будем планы строить! Вообще, очень символично, нас сейчас семь человек в племени, и дорог тут семь сходится. Короче, счастливое число!

 После нескольких попыток, я сумел протолкнуть пробку в бутылку, а Настя разыскала блокнот в своей сумочке. Вера в это время чухала уши Ройчику, который уложил морду ей на колени и довольный молотил хвостом, выражая крайний восторг.

- Готово, - провозгласил я, подавая Вере бутылку.

 Та кивнула и, сделав большой глоток, принялась излагать свой план:

- Первое, что нам нужно, так это отучиться и получить профессии. Но это не значит, что этим все ограничится. Любые дополнительные знания и умения приветствуются. Например, желательно, чтобы пара человек, а лучше трое, получили права. Потом, есть всякие курсы, которые можно закончить без отрыва от учебы, это тоже всё в плюс.

- У нас на факультете есть курсы дезинфекторов и дератизаторов. – вспомнил я, тоже сделав глоток из бутылки и передавая её Насте.

- О, отлично, такие люди везде нужны, – кивнула Вера. – Кроме этого, нужно заранее накопить некоторую сумму денег, довольно большую, чтобы обеспечить нас жильем. Скорее всего, придется переехать из этой области, возможно, куда-нибудь поближе к Москве. Или вообще из страны. Нас семеро, однокомнатной квартирой не обойдешься, в идеале, как сейчас, нужен частный домик, пусть без удобств, зато с участком земли.

- Ты давно это все так продумала? - удивленно спросила Настя, отпив из бутылки совсем чуточку. – Можешь чуть помедленнее, я не успеваю.

- Нет, это чистая импровизация, - улыбнулась Вера. – Можешь всё не писать дословно, пометь пункт первый – профессии и навыки, второй - сбор денег, третий – жильё подальше от теперешних домов, ну и так далее. Так, о чём это я…

     Вера сделала новый бодрый глоток и, захрустев чипсами, продолжала:

- Значит, дом с участком подальше от соседей, но не слишком далеко от большого города. Купим газельку и будем на работу ездить. А в идеале лучше на дому какую-нибудь деятельность развить. Ферму, конечно, тяжело, а вот собак разводить – вполне. Породу, конечно, быстро не выведешь, но если то, что уже есть, тоже норм. Породистые щенки - они дофига стоят, у нас в команде два ветеринара, так что справитесь!

- Можно разные породы разводить, - вклинилась Настя. – Я всегда хотела себе чау-чау. 

- Хочешь, можно и Чау-чау, - милостиво разрешила Вера. – С этим мы разберемся. Тут самые проблемы потом начнутся. Когда дети появятся и начнутся разборки с государством. Наследство, там, фамилии, свидетельство о рождении и прочее. Тут, я думаю, нам надо будет несколько свадеб и разводов организовать. Чтобы, значит, я сначала за Яриком замужем была, например, а потом развелась и вышла за Витьку, а ты сначала за Витькой, а потом за Ярика. Ну и остальные потом. Как-то так, короче, там разберемся, главное, чтобы все не чужие были. Ну и детей тоже, с матерями понятно, а отцы по ситуации. Это же чистая формальность, но осторожность надо соблюдать.

- Я вот хотела спросить, - сказала Настя, - Сколько еще человек ты хочешь в племя позвать? 

- Не знаю, - пожала плечами Вера, – одного-двух, не больше, мальчиков, скорее всего. Но тут надо осторожно выбирать. Я бы вообще позвала кого помоложе, чтобы и чуть воспитать сразу. Вот того Жорика. Будет он с такими родителями счастлив? Помнишь, Настя, как он у нас летом от мамки пьяной прятался? А так мы будем ему как старшие сестры, а потом и возлюбленные, почему нет?

        Вера сделала большой глоток вина, а затем неожиданно обхватила голову Насти и принялась целовать в губы, пытаясь таким образом угостить её вином. Настя закашлялась от неожиданности, вино брызнуло в разные стороны, пачкая куртки, блузку и прочее. 

- Эх, не романтичная ты, - рассмеялась Вера и стала вытирать Насте лицо платком. – Иногда хочется делать веселые глупости, просто так, без причин. Давайте сейчас попробуем крикнуть все вместе, кто громче: «Райское племя!» Ну, три-четыре!

- РАЙСКОЕ ПЛЕМЯ! – заорал я, что есть мочи, так, что мой пёс от неожиданности разразился громким лаем.

Настя и Вера тоже вроде бы закричали, но за моим криком их толком не было слышно. Между тем, Рой стал лаять в определенном направлении, повернувшись в сторону базарной площади. Взглянув в ту сторону, я заметил свет фонарика и предположил, что крик таки привлек внимание милицейского патруля.

- Похоже, мы тут не одни, пора уносить ноги, - бодро скомандовал я. Взял Настю за руку и помог подняться с лавочки.

 Вера схватила бутылку и резко вскочила без моей помощи. Мы побежали прямо по газону в угол парка, где уже тысячу лет была дыра в ограде. Протиснувшись, я сразу направился в проходной двор, а из него бегом в боковой переулок. И только там остановился перевести дух.

- Погони нет? - тяжело дыша, спросила Вера, вглядываясь в темноту.

- Сейчас узнаем, - выдохнул я и отстегнул поводок. – Ройчик, гулять!

Я махнул рукой в сторону проходного двора, и пёс тут же бросился туда. Минут пять он бегал там, оставляя метки на деревьях, а затем вернулся по команде «ко мне».

- Всё спокойно, - сказал я – иначе бы он лай поднял.

- Умный пёсик, - сказала Вера, почесывая мохнатое собачье ухо, - Хороший мальчик, дай лапу! Вот молодец. Ну что, пошли дальше?

- Давайте возвращаться, - попросила Настя. – Я устала, а у нас завтра тяжелый день.

- Хорошо, не вопрос, пошли назад, - согласилась Вера. – Как раз допьем по дороге. Ярик, будешь?

Я кивнул, но Вера вместо того, чтобы дать мне бутылку, сама припала к горлышку и, набрав полный рот, прильнула к моим губам. Это было очень необычно и приятно, хотя из-за того, что Вера отдавала вино слишком быстро, едва не захлебнулся.

- Эх, какой ты не романтичный, а еще поэт, – улыбнулась Вера, - Надо тренироваться как-то.

Мы не спеша пошли назад, перебрасываясь фразами и шутками, но скорее лениво и нерегулярно. Я отпустил пса с поводка, и Настя развлекалась, бросая ему палку. Вера несколько раз останавливала то меня, то Настю, чтобы наградить беспричинным поцелуем, но так как вино уже кончилось, всё проходило легко и приятно.

      Когда мы вернулись, мама уже собиралась спать и застелила девочкам две кровати в детской, а меня с раскладушкой выселила на кухню.

- Отодвинь от двери, чтобы в туалет можно было пройти, - напутствовала она напоследок. - Спокойной ночи, девочки, чувствуйте себя как дома!

- Большое спасибо, у вас очень уютно, – отозвалась Вера.

     Устав от насыщенного дня, я быстро уснул. Где-то после часа ночи проснулся от легкого прикосновении к уху. Открыв глаза, я с трудом различил в полумраке силуэт Веры. Она схватила мое ухо двумя пальцами и, прильнув совсем близко, зашептала:

- Не шуми, одеяло на пол, раскладушку осторожно на бок и в сторону.

- Что? – не понял я.

Вера заткнула меня поцелуем, а потом зашептала. 

- Я хочу секса, ты тоже, но ты попусту тратишь время. Давай быстро, тихо и осторожно.

     В этот момент мне показалось, что глаза Веры светятся в темноте алыми огоньками. Я кивнул и приник к её груди затяжным поцелуем.